Айлей

Объявление



sarita   talion



01.01.2022 С Новым годом, друзья! Пусть в наступившем году посты пишутся легко, фантазия летит высоко, и времени хватает и на реальную жизнь, и на сказочную! Мы любим вас, спасибо, что остаётесь с нами!



12.11.2021 В честь годовщины основания в Белой Академии объявляется бал-маскарад! Приглашены все ученики и преподаватели, обещают почти безалкогольный пунш, сладости и танцы, и пусть никто не уйдет несчастным!



С 30.10 по 14.11 на Айлей праздник в честь Самайна! Приходите к нам рисовать тыковки и бросать кости на желание



16.10.2021 Перекличка завершена. 30.10.2021 стартует неделя Самайна, тема - колдуны и ведьмы. Ищите аватарки!)) Объем тем сокращен до 1000 сообщений в теме, не пугайтесь



Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Discord - Денаин#2219
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » • Архивы эпизодов » Некоторые осечки стоят головы


Некоторые осечки стоят головы

Сообщений 1 страница 30 из 46

1

НЕКОТОРЫЕ ОСЕЧКИ СТОЯТ ГОЛОВЫ
(изображение по желанию - не шире 500 пикселей)

Участники: Шеду Грэй, Дарина
Место: Восток Ушсахайской степи. Окраина.
Время: 3995 год. Месяц Дагона. Поздний вечер.
Описание: Не успел далеко уйти последний пролитый Богом Войны дождь, что любезно смочил степную землю и подарил некоторую прохладу вечернему воздуху, как на промысел вышли работорговцы, которые были искренне уверены в своей удаче. Ещё бы, они уже давненько следят за своей новой добычей, бодро направляющейся в сторону людских земель. Мужчина полный сил и энергии, лучше товара не сыскать. Задача легче лёгкого, ведь знакомый алхимик создал удивительное снадобье, помогающее усыплять противника почти мгновенно. Не учли только молодцы, что не одни оказались в степях; что хозяева мест ещё не променяли свой нюх на тёплый угол у камина. А путник, наверное, и представить не мог, что его возможно перепутать с вульфаром.

0

2

Этот переход, как и прочие, Шеду совершал пешком, на своих двоих. Да, не самый быстрый способ - зато совершенно бесплатно, ведь, как и всегда, денег у него было не густо. Тем более, в этот раз он пошел в месяц Дагона, что было однозначно лучшим вариантом, чем в месяц Ашхаи, в тот раз он, конечно, невероятно сглупил. Погода стояла весь день солнечная, и весь день Шеду проклинал все на свете: глаза ужасно болели и слезились. Лишь сейчас, к вечеру, стало легче, солнце, хотя еще и не село, но смотрело ему в спину, а перед глазами стоял сине-серый горизонт, кое-где прерывавшийся лесами. Голод уже просыпался, но мужчина лишь поправил лямку котомки и упорно шел вперед. Устраивать привал в степи не хотелось, здесь он был открыт всем ветрам, как на ладони, и это его определенно не устраивало. Он был намерен идти еще несколько часов и добраться до ближайшего леса.
Он шел к границе вульфарских земель, путь его лежал в Лигву. Он провел у вульфар довольно времени, и, видят боги, отлично провел, но никогда не мог засиживаться на месте слишком долго, и тому было несколько причин.
Но степь ему все-таки нравилась, здесь свободно и хорошо дышалось, и было много воздуха, что он не мог не оценить, как маг Воздуха. Необъятные просторы Ушсахайской степи всегда дарили ему ощущение полной свободы, а свободу он любил, ценил и всячески к ней стремился. Именно из-за этого он так и не сподобился закрыться в храме Шиархи и со всей отдачей посвятить себя обучению самоконтролю, чтобы держать в узде силу Хаоса. Из-за него люди умирали. И для него была разница между теми, кто погиб в результате действия силы Хаоса, и теми, кого он убил собственноручно. За вторых совесть его не тревожила, а вот за первых...
Шеду тряхнул головой, привычно отгоняя невеселые мысли. Он знал: им поддаваться нельзя ни на секунду, иначе жизнь будет не мила. Вместо этого он уцепился взглядом за ближайший лес и стал негромко напевать один из тех мотивов, которые часто слышно от рабочих, строящих дом, или от гвардейцев во  время тренировок на плацу, один из мотивов с четким ритмом, под который хорошо делать что-то столь же ритмичное. Например, идти.
Вскоре солнце село, и в силу вступили луны, а иссиня черный бархат неба усыпали звезды. По расчетам Шеду до леса оставалось всего ничего - около часа пешего пути в таком же небыстром темпе, когда почувствовал тревогу. И он вдруг понял, что заворочалась она, эта тревога, уже какое-то время назад, а сейчас это уже больше было похоже на удары в гонг. Мужчина насторожился, напрягая слух и зрение и озираясь, но в темноте мало что было видно. Впрочем, кое-что он все-таки услышал. Сперва шорох и треск сухих стеблей, а затем уже нескрывающиеся шаги. Но он все еще не видел, кто это, потому стал отступать. Он не стал спрашивать, кто это, предчувствие говорило ему, что добра от этого кого-то ждать не стоит, потому он развернулся и перешел на бег. Но много пробежать он не успел: что-то ужалило его в левое плечо. Он глухо зарычал, но устоял на ногах, лапнул ужаленное место и почувствовал торчащее из него древко стрелы. Даже успел удивиться: как это лучник смог так метко попасть в него в темноте. А затем земля вдруг скакнула навстречу, и Шеду и сам погрузился во тьму.

+1

3

Дарина натягивала на себя рубашку, морщась. Та оказалось несколько влажной, хотя девушка старательно прятала её под отрезом плотной ткани. Самка чуяла приближение дождя, но отложить свою вылазку не могла. Необходимо было обратиться и побегать в волчьем облике, иначе это могло произойти в самый неподходящий момент. А может, обращение стоило бы кому-то жизни. Волчица хмыкнула: удружил отец, ничего не скажешь. Не смотря на то, что дядюшка строго-настрого запретил появляться в вульфарских землях хотя бы пяток лет, Дарина не могла отказать себе в удовольствии вдохнуть ароматы родной степи, тем более после дождя. Смесь пряных и сладковатых ароматов, витающих в звенящем от свежести воздухе, могла вскружить голову кому угодно. Поэтому волчица не торопилась уходить восвояси. Она медленно облачалась в одежду, впрочем, не теряя связи с реальностью. В какое-то мгновение охотнице почудилось, что она не одна. Девушка мгновенно напряглась, сжав в руке лук и присев настолько низко, чтобы густая и относительно высокая трава, в которой были спрятаны вещи, хоть как-то укрыла её от чужих глаз. До чуткого звериного слуха донеслись тихие разговоры и смешки, которые почти сразу прекратились. На смену им пришёл шорох травы под тяжёлыми шагами. Дарина нахмурилась. Существовала вероятность, что ей встретились простые путники, но что если это кое-кто пострашнее? Обычные разбойники не слишком пугали самку. Опаснее были те, кто тщательно изучал повадки вульфаров с целью похищения. Этот враг был слишком подготовлен, но не всегда дальновиден.
Решив, что гадать нет смысла, девушка слегка выглянула из своего укрытия и брови в удивлении тут же поползли вверх. В нескольких метрах от неё двое широкоплечих молодцев осторожно следовали за выбранной жертвой. Та, в свою очередь, будто не осознавала, какая опасность витает над ней. Точнее над ним. Хищница чуть качнула головой, подцепила рукой ремень колчана со стрелами, скоренько повесив его на себя.
«В эту игру можно играть нескольким игрокам», - пронеслась в голове Дарины злорадная мысль, а внутренний зверь одобрительно заурчал. Было удивительно, что преследуемый до сих пор не заметил слежки. Однако враги шли с подветренной стороны, поэтому могли позволить себе подобраться максимально близко. Монлуа же считала своим долгом помочь собрату, а заодно и наказать тех, кто считает себя владетелями чужих жизней. В конце концов, она не только воин, но и маг.
Дарина осторожно направилась за охотниками, бесшумно ступая практически по их следам. Стремительно темнело. Мужчины, видимо будучи столь увлечены поимкой своей будущей выгоды, не слишком прислушивались к происходящему позади них. Возможно, считали, что в такой глуши никто не сможет помочь одинокому спутнику или не станет. Девушка поджала губы, когда охотники уже не таились и уверенно приближались к жертве. Один из них чем-то смазал стрелу и наложил её на лук. Дарина слегка прищурилась, задумывая гадость молодчикам. Однако она немного не успела исполнить свой план. Жертва побежала, а преследователи были готовы, их явно забавляло происходящее. Лучник выпустил стрелу и та хищно впилась в плечо убегающему незнакомцу. Того будто подкосило, он мгновенно упал. На несколько секунд воцарилась тишина.
- Славное снотворное алхимик сделал, - хохотнул один из мужчин, возможно, главарь. Волчица тем временем уже создала нескольких теневых фантомов, сложила руки лодочкой и взвыла. Охотники резко замолчали и стали озираться. Звук шёл с одной стороны, но теней приближалось несколько. Крупные, тёмные звери, открывающие тёмные же клыкастые пасти напугают кого угодно. К тому же Дарина добавила огоньку представлению, выпустив несколько стрел в обидчиков. У одного стрела пролетела над ухом, другому, лучнику, впилась чуть выше локтя правой руки. Звери наступали, чем немало напугали мужчин. Фантомов не брали стрелы. Бежали охотники за лёгкой наживой так быстро, что даже бросили лук и потеряли несколько стрел. В назидание их ещё немного провожали теневые детки волчицы, а после исчезли. Дарина прислушалась, но не приметила каких-либо подозрительных звуков. Вокруг снова воцарилась тишина, и цикады принялись перепевать друг друга.
Сама хищница облегчённо выдохнула и поспешила к выведенному из строя собрату. Хотя относительно расовой принадлежности незнакомца имелись некоторые сомнения. Вёл он себя не совсем как вульфар. Монлуа присела рядом и проверила пульс мужчины на шее. Потянула носом воздух. Волком не пахло.
- Скорее жив, чем мёртв, - пробормотала Дарька под нос, хорошенько помня о словах работорговцев-неудачников. Она могла бы броситься за ними вслед и попытаться скрутить, но оставить раненного одного в поле без объяснений было выше всяческих сил. Самка дотянулась до одной из стрел, которые оставили в спешке храбрецы. Без зазубрин.
«Вот это уверенность в своих силах, - восхитилась она, покрутив в руках стрелу, - Впрочем, мне же проще».
Через полчаса пострадавший был лишён инородного предмета в плече и любезно перебинтован. Уж что-что, а вытаскивать стрелы и обрабатывать раны Дынко учил её и брата едва ли не первым делом. Вдобавок волчица оттащила молодца немного в сторону, но разводить костёр не рискнула, дабы не привлечь иных любителей лёгкой наживы. Дарина даже начала волноваться, что незнакомец не просыпается, а потому решила похлопать его по щекам, чтобы ускорить процесс пробуждения. Ну, сколько же можно спать в сырой траве? Заболеет и помрёт. Такого здоровяка она в одиночку не закопает.

0

4

Какой-то совершенно неопределимый отрезок времени мир был словно застывшим в черной смоле, и Шеду вместе со всем миром. Ощущения начали возвращаться рывками, волнами. Сперва вернулся слух, принесший с собой стрекот ночных сверчков и мягкий шелест степных трав. Практически одновременно со звуками пришли запахи - пыли и травы, словно посреди степи кто-то нашел зеленый луг и примял на нем молодую поросль. В ту же секунду плечо ожгло болью, а по щекам прошлись легкими шлепками чьи-то прохладные ладони. Но он все еще не открыл глаза. Ему это сейчас и не требовалось. В голове уже сложилась примерная диспозиция.
Из совершенно расслабленного состояния он одним рывком бросился на хозяина прохладных ладоней, мгновенно выхватывая из-за голенища нож, опрокинул противника на спину и придавил его своим весом, прижав лезвие к шее врага, а свободной рукой фиксируя голову за волосы. И обнаруживая внезапно себя верхом на девушке. Страха в ее... золотых? И впрямь, золотых. Страха в ее золотых глазах не было, а если и был, то удивления все равно было больше. Шеду был удивлен не меньше, потому что перед выстрелом в темноте ему почудилось, что его преследовал как минимум один мужчина.
В сущности было не так уж важно, мужчина или женщина. Что было действительно важно - какого затхлого гхыра он вообще словил стрелу в плечо. За какие такие благодеяния? Нет, он, конечно, не был воплощением добра, и вообще был довольно далек от определения добродетели, но зато он всегда был внимателен и осторожен, так что был вполне уверен, что это не какая-нибудь месть.
- Ладно, солнышко, давай не создавать друг другу лишних проблем, просто скажи мне, почему пытаешься меня убить, решим проблему и разойдемся. Как тебе такое предложение? - быстро, но внятно проговорил Шеду, следя периферийным зрением за конечностями женщины - ему ведь не нужны были сюрпризы.
Что ему было нужно - так это разобраться, что за ерунда с ним вдруг происходит на окраине Ушсахайской степи, где в прежние времена он ходил в тишине и спокойствии, так или иначе разойтись с этой белогривой дамочкой, а затем, не тратя более времени, продолжить путь, потому что припасы его не безграничны, и ему стоит добраться до города или какой-никакой деревни до того, как они закончатся.
Запоздало в голове всплыл вопрос, почему он все еще жив, если она хотела его убить. Может быть, она не хотела? Вообще, если начать об этом думать, то он отчетливо помнил, что тьма поглотила его практически сразу после того, как стрела вонзилась в плечо. Очевидно, стрела была смазана снотворным зельем, и не слабым, ведь иначе одна стрела, да еще и в плече, его бы никак не свалила. Опять же, пока он вынужденно отдыхал, его уже не раз можно было убить, расчленить, зажарить и съесть, ну или разобраться любым иным удобным способом, однако же вот он, живой, хотя и не вполне невредимый, но это уж как водится. И оба кинжала, как и нож, были при нем. То ли у среброволосой совсем плохо с головой, раз начала приводить его в чувство не обезоружив, то ли инстинкт самосохранения начисто отсутствует, но тогда удивительно, как она до своих лет вообще дожила, то ли... а вот Геддон ее разбери, что с ней не так.
Шеду глядел в ее золотые глаза, благо взошедшие две из трех лун давали света более, чем достаточно, и силился понять ее мотивы. В этих глазах не было безумия, или, во всяком случае, ему так казалось. Так что же за дурь в ее милой головке ею движет? Иногда он жалел, что не умеет читать мыслей, и вот сейчас был один из таких случаев.
По крайней мере, если переживет эту ночь, то усвоит еще один важный урок: даже в пустой безлюдной степи нельзя расслабляться, нужно оставаться настороже, прислушиваться и присматриваться. Возможно, когда-то степь и была вполне безопасна и пуста, но не теперь. Теперь здесь можно легко схлопотать стрелу ни за что ни про что. Интересно, как долго она за ним шла? Точно не от города, иначе бы он заметил еще тогда. В окрестностях города он внимание не ослабляет. Значит, привязалась сравнительно недавно. Другое дело, что шел он по голой степи, а не по лесам, впрочем, попадались по пути заросли кустарников, да и островки густой высокой травы. Должно быть, где-то там она и укрывалась.
А все-таки не понятно, чем он ей так насолил, и когда успел.

+1

5

«Этого следовало ожидать», - подумала волчица, без страха и стеснения глядя в глаза мужчине, который оказался прытким как кот, вспугнутый неосторожным и резким движением хозяйской руки. Видимо, чувствовал себя мужчина не так уж плохо. Конечно, у него было лишних полчаса на сон. Дарька едва успела упереть в его здоровое плечо руку, не желая наносить ещё больше вреда. Волчица хмыкнула, почувствовав, что к шее был приставлен клинок. В голове заворочались мысли о том, что незнакомец мог быть каким-то разбойником, и она зря вспугнула двух ловцов-неучей. Другое дело, что хищница не чувствовала в тех охотниках собратьев, что наталкивало на мысль об отсутствии благих намерений в их действиях. Самку немало позабавило написанное на лице незнакомца удивление. Саму её скорее поразила его прыть и желание взять ситуацию в свои руки при помощи оружия. Ну хлопнула пару раз по щекам. Чего так бурно реагировать? Но удивление довольно быстро сменилось лёгкой иронией во взгляде. Земля была холодной, а трава мокрой, что заставило  волчицу в недовольстве завозиться под придавившим её довольно увесистым телом. Если бы она боялась клинка всякий раз, как в неё им тычут, то давно бы сидела в какой-нибудь укромной подворотне и носа не совала наружу. На долю секунды в голове появилась жуткая мысль о том, что она сама попала в ловушку и тогда хищница сузила золотые глаза, со звериной угрозой глядя на человека. Он мог расценить данный жест по-разному, но нападать волчица пока не собиралась.
Стоило мужчине высказать свои предположения, как Дарина едва сдержалась от того, чтобы издевательски усмехнуться. Это скольким же женщинам он успел насолить, чтобы одна отдельно взятая решила преследовать его. Она в принципе не стала сразу же разубеждать его. Пусть подумает, если голова не пустая. Если бы она хотела его убить,  то сделала бы это намного раньше, даже не стала бы стрелу вынимать. Если бы хотела выкрасть для своих целей, то связала бы.
«Неужто так головой приложился, что нужно время, чтобы сообразить?» - недовольно подумала самка, а на лице её явно читалось осуждение и простой человеческий вопрос «Совсем ку-ку?». Однако, судя по взгляду, какие-то проблески разума и понимания всё-таки ворочались в черепной коробке оппонента. Радовало, что у него хотя бы рука не дрожала, а то ходила бы уже волчица вся исполосованная его грозным оружием.
- Не за что, - с милой улыбкой, благодаря которой были видны несколько удлинённые клыки, довольно вкрадчиво произнесла самка, вместо того, чтобы ответить на поставленный вопрос и согласиться со столь выгодными условиями. – В следующий раз попроси стрелу самостоятельно покинуть твоё плечо, а работорговцев не путать тебя с вульфаром, - излишне приободрённо сказала волчица, выжидательно глядя на пострадавшего, но после тон речи изменился, стал более серьёзным: – Не знаю, что ты натворил, но твоя голова мне без надобности. Я просто не смогла пройти мимо беды. Так что хватит прохлаждаться, мне ещё тем удальцам уши отрывать, - она слегка качнула головой и заелозила уже чуть более ощутимо, желая выбраться из-под «нависшей угрозы». Сколько можно использовать её как насест?

0

6

При едком замечании о стреле до Шеду дошло, что рана его перевязана, а при упоминании работорговцев, спутавших его с вульфаром, он едва не рассмеялся. Девушка завозилась под ним, и он сообразил выпустить ее и усесться рядом, убрав нож. Плечо саднило, но это уж он как-нибудь переживет.
Потихоньку в голове разрозненные кусочки начинали складываться, но от самой мысли, что кто-то мог принять его за вульфара, ему делалось смешно, не верилось в это, и все тут. Но ведь и правда, хотела бы она его убить - уже убила бы. Мимо беды она пройти не смогла...
- А что ты вообще в этой части степи делала? - с подозрением спросил Шеду. Чтоб не смочь пройти, надо как минимум оказаться рядом, а тут, мягко говоря, не проходной двор, стада особо не пасутся, особенно к ночи ближе, дамских приблуд тоже не продается.
Извиняться за свою реакцию он не собирался, поскольку не было в ней ничего удивительного. Говорить спасибо - тоже. Но это уже потому, что слово это вообще не было в его привычке. Если она и впрямь его спасла, значит выходит, что он теперь ее должник. А как она это сказала? Удальцам уши отрывать? Стало быть, подсобит в отрывании ушей, тем и рассчитается. Долг, как говорится, платежом красен, а "спасибо" ни в карман не положишь, ни на хлеб не намажешь.
Подумав об этом, он снова почувствовал голод, который от стрелы в плече никуда не делся, да и от внезапного отдыха тоже. С некоторым сожалением подумал, что еду в очередной раз придется отложить: до леса он все еще не добрел, да и уши отрывать на сытую морду совсем не с руки. Хм.
- Чем тебе-то работорговцы насолили? Они же вроде, я слышал, только вульфар отлавливают, так, может, оставишь их на милость вульфар?
Все-таки и впрямь, чего вмешиваться, вульфары сильнее, быстрее, и еще по ряду параметров лучше людей, им сподручнее с этой напастью бороться, не говоря уж о том, что это в их интересах. Ей-то, белоголовой, какая в том выгода? Или за работорговцев нынче награду, может, какую дают? Тогда ему, может, и рано в Лигву, а то вон какая тут охота пропадает?
- И как меня вообще за вульфара принять можно было, - пробормотал он недовольно себе под нос. Конечно, вульфары были похожи на людей, когда не находились в звериной форме, но Шеду довольно прожил среди них, чтобы заметить, что в среднем вульфары крупнее людей и выглядят крепче. А еще их сопровождает этот запах, он едва заметен, в городах его заметить проще, там где скопления народа, такой... как бы мокрой шкуры, что ли. Шеду посмотрел на сивую спасительницу во внезапной догадке. Ну не было у него привычки обнюхивать каждую встречную-поперечную женщину, и вообще особо полагаться на нюх привычки не было. Потому-то он и не обратил внимания на это. Но если так, то это бы хотя бы объяснило, на кой черт ей сдались браконьеры.

+1

7

Дарина села и зашипела, потерев лопатку. Это незнакомцу было удобно сидеть, а она хлопнулась аккурат на вершину лука, крепко приложившись об него спиной. Извинений или благодарности, конечно же, не последовало. Дарина и не ждала их, прекрасно понимая то, какая ситуация сложилась. Оружие она не стала забирать у мужчины, пока он был без сознания, с тем, чтобы не было лишних вопросов и подозрений после. К тому же, она его не боялась. Даже внутренний зверь молчал, сохраняя нейтралитет, а чутью хищница привыкла верить. Волчица встала на ноги и машинально отряхнула одежду. Однако не прошло и пары минут, как мужчина решил вновь включить подозрительного и недоверчивого типа. Дарька вздохнула и сдула, упавшую на глаза прядь светлых волос.
- А с каких пор вход в родные степи запретили? – с лёгкой ехидцей спросила девушка, с интересом глядя на собеседника. Она прекрасно понимала причины и истоки его осторожности. Мало ли зачем она у него стрелу из спины вытащила. Монлуа хмыкнула: люди. – Считай, что тебе повезло: моё появление защитило тебя от чёрного рынка, где ты был бы неплохим товаром, - пожала волчица плечами и задумчиво посмотрела в ту сторону, куда в спешном порядке улепётывали горе-охотники. Подняв с земли лук, девушка покрутила его в руках, а после серьёзно взглянула на оппонента, приподняв левую бровь.
- Что такое, волнуешься за невинную деву, что отправится в логово коварных работорговцев? – посмеиваясь, уточнила Дарька, наверное, заранее зная ответ. Едва ли ему было какое-то дело до неё. Она его спасла и не считала, что тот был ей чем-либо обязан. Ещё дядя научил тому, что добро должно делаться не ради чего-то, а просто так. От этого даже на душе становилось теплее и светлее. Как считал сам человек – это его личное дело. Волчица обратила довольно добродушный взгляд на мужчину, ведь тот ожидал её ответа и, кажись, начал осознавать, что его спасением занималась не просто путница, путница-вульфар. Поэтому наказать прохвостов, которые человека от зверя отличить не могут – её святая обязанность. Это сейчас они зелёные, а потом детей не сыщешь, будут красть как зайцы морковку.
- Да-да, твоя догадка верна, - улыбнулась Дарина, чуть кивнув головой. Очень уж взгляд красноречивый был у мужчины, когда его осенило.  – Я – вульфар, а, следовательно, для меня дело чести открутить головы этим неумёхам, которые крадут всех, кто идёт с наших земель, - пожала она плечами и припомнила, что неподалёку оставила часть своих вещей.
«Проклятье, придётся вернуться и забрать», - думала она, при этом несколько озадаченно глядя на повреждённое плечо странника. В связи с произошедшими событиями, планы приходилось корректировать на ходу. При хорошем раскладе она должна была уже к утру добраться до интересующего её людского городка, а в итоге приносит большую пользу своему народу. В принципе, её это устраивало.
- Как твоя рука, не болит? – чуть склонила голову набок. – Был бы ты поосторожней. В другой раз я могу мимо не проходить.
На данной весёлой ноте волчица подобрала ещё и колчан со стрелами, дабы повесить его на себя и хотела было отправиться за вещами, но решила уточнить:
- Куда ты вообще направляешься? Может, тебе дорогу показать? – спросить стоило, ведь неизвестно по каким причинам мужчина оказался здесь. На торговца не был поход, на знатную особу тем более. Возможно, простой путешественник, ищущий приключений на свои тылы и, к слову, успешно с данной задачей справляющийся. В любом случае, самка считала, что если она взялась помогать, то стоило доводить дело до конца.

0

8

Шеду усмехнулся: это, похоже, какая-то характерная черта вульфаров думать, что люди хрупче песчаных замков, тронь - рассыпется. Конечно, люди уступают вульфарам во многом, но уж не настолько, чтоб о каждой царапине печься.
- Заживет рука, что ей сделается, - ответил он, с добродушной улыбкой. - Да буду уж, милая, куда денусь, - пообещал, поднимаясь на ноги. Плечо все же саднило, но стреляли в него, видать, сблизи, стрела не успела набрать максимальную скорость и вошла не так, чтоб уж глубоко. Шеду пару раз с силой сжал и расслабил кулак, проверяя ощущения от напряжения. Было неприятно, но не критично.
Судя по вопросу девушка не ждала от него, что он помчится ей помогать в ее свершениях. Он бы и сам от себя этого не ждал, если на чистоту. Но намерение такое имел. И дело было вовсе не в мести за то, что его подстрелили, как могло бы показаться. Как ни парадоксально, тут скорее имела место месть за обман. Гхыр не разберет, почему у мужчины было такое ощущение, будто его обманули, обвели вокруг пальца, как дитя малое, а только стерпеть обмана он не мог. И если он чувствовал себя обманутым, значит обман имел тут место быть, под какой бы личиной не прятался: Грэй своим ощущениям доверял. Вероятно, так себя и чувствуют вульфары, которых выкрадывают браконьеры. А может, и нет. Он-то не вульфар. Его, выходит, аж дважды обманули. Как его мысль провернула такой финт, чтобы придти к этому выводу - он не знал, потому что уже запутался, пытаясь объяснить себе свои же мотивы, но зато стал еще злее, чем был, и еще более обижен на несправедливость, которую срочно требовалось устранить. И это уже не говоря о том, что стрела испортила его единственную куртку, и весь путь до ближайшего поселения придется идти в дырявой. И хотя он не был образцом для подражания по части костюма, но на этот счет у него был своеобразный пунктик: одежда, пусть простая и недорогая, должна быть аккуратной, чистой, опрятной, без прорех.
Улыбка его из добродушной стала злой, следуя за настроением хозяина, и он сдержанно ответил на последние вопросы девушки:
- Покажи, милая, обязательно покажи, - кивнул он. - Что твой нюх говорит, где мне этих геддоновых отродий искать?

+1

9

Дарина смиренно ожидала ответа на свой вопрос, попутно принюхиваясь и прислушиваясь к окружению. Дядя всегда говорил, что нужно быть начеку. У разведчиков иначе не выходит. Если ты не будешь бдительней потенциального врага, то он сожрёт тебя и не подавится. В данный момент её интересовало: насколько вероятно, что убежавшие охотники за лёгкой наживой могут вернуться, сменив свои штанишки. То, что она изрядно их напугала – было видно невооружённым взглядом. Возможно, они вообще решат, будто в данной области имеются какие-нибудь духи-хранители или же колдовство старое, мешающее жить. Тогда выберут иное место, что никак не облегчало положение любого представителя свободолюбивого волчьего народа. Когда человек вновь назвал её «милой», девушка едва заметно поморщилась. Захотелось мстительно называть его «красавчиком», но Дарина ещё размышляла, стоит ли поступать подобным образом, ведь брать его с собой она не планировала вообще. Она вопросительно приподняла брови, сделала несколько шагов к злорадно улыбающемуся незнакомцу, внимательно на него глядя, а после нагло тронула тыльной стороной ладони лоб храбреца, вкрадчиво произнеся:
- Эй… мне кажется, что у тебя жар, - с лёгкой задумчивостью и крайне доверительно объяснила она свой жест. – Ты сам только что говорил мне, что это дело вульфаров, - недоверчиво напомнила волчица, уже убрав свою руку, минуя незнакомца и делая несколько шагов в ту сторону, где оставила свои вещи. – Так, может, оставишь этих крутых охотников на нашу милость? Какой тебе в этом деле интерес? За их поимку даже не платят, только благодарно хлопают по плечу.
Нет, конечно, Дарина понимала, что любому уязвлённому живому существу охота выбить зубы своему обидчику. Она даже поддерживала это стремление. Но при этом волчица не знала, в каком количестве будут располагаться в убежище работорговцы. Она подсознательно не хотела рисковать чьей-либо жизнью. И дело было даже не в том, сомневается она в силах мужчины или нет. Не сомневалась. Она повидала достаточно людей, которые в ловкости, силе и даже проворстве могли потягаться с вульфарами, если их правильно обучить и наставить на пусть истинный. Возможно, ей бы пригодилась помощь в лице этого удальца, но ведь он сам обозначил свою позицию относительно этого дела ранее. Он делал это не ради кого-то, лишь ради себя. Но если они придут вдвоём, а работать каждый для себя, то из этого мало чего хорошего выйдет. Дарина хмыкнула и обернулась к мужчине, приняв решение.
- Мне нужно забрать кое-какие вещи, - перехватив лук другой рукой и опустив его одним концом на землю, сказала волчица. – И там, куда ты планируешь идти, нужно будет работать в команде, - Дарька сощурила золотые глаза и на мгновение на щеках и скулах обрисовалась белая шерсть, будто отблеск лунного света. Если он не согласен работать в команде, то она не согласна быть ищейкой.

0

10

Когда прохладная ладонь легла на лоб, Шеду невольно скосил туда же глаза, потому что жест этот и впрямь был страннее некуда, но девушка, видимо, поняла его замешательство и пояснила, к чему она это. Жар мужчина допускал, но чувствовал себя вполне сносно, поэтому не видел повода для беспокойства.
Не хотелось ему признавать, что весь его интерес по сути заключался в том, что то, что его в темноте в степи подловили, проткнули стрелой, да еще и оказывается дали почувствовать себя неудачливым вульфаром, уязвило его и пошатнуло представление о самом себе, как о лихом и умелом, внимательном и осторожном. Потому что так себя только дети малые ведут, а он-то уж давно вырос. Вроде и поумнел давно, и опыта немало набрался, а мало того, что попался глупо, так еще и женщина спасла. Срам сплошной. Мнение о нем окружающих его всегда мало волновало, но тут-то речь шла о его собственном мнении о себе. Оно пошатнулось, и теперь его срочно нужно было укрепить обратно. И лучший для этого способ - дать на орехи тем, кто в этом повинен. Но сказать это все вульфарке он не мог никак, а чего такого убедительного соврать - не придумывалось со злости, потому он просто проворчал:
- Да уж есть интерес. А по плечу потом пусть тебя похлопают, обойдусь без нежностей.
На фразу о том, что ей требуется забрать какие-то вещи, он отступил на шаг и оглядел ее с головы до ног. Одетая, при оружии. Какие ей еще вещи нужны? Вот чудная! Ну да раз нужны, то шут с ней, придется идти. Тут он вспомнил, что у него-то тоже были при себе кое-какие вещи, что он не с пустыми руками через степь перся, что была у него на плече котомочка. Он оглянулся несколько нервно: хоть он к вещам и не особенно привязывался, но идти ему еще далёко, без котомки и ее содержимого он, конечно, все равно дойдет живой и здоровый, но только проблем в пути больше будет. Имущество нашлось тут же поблизости, и чтоб уж точно не забыть, Шеду подхватил это самое имущество за лямку и повесил на плечо.
- Надо так надо, - пожал он плечами. А вот в команде работать не умел - ни разу не доводилось попросту, а вернее - доводилось, но было это так давно, да и напарник тогда помер. Но вульфарка говорила об этом так уверенно, словно уже имела дело с браконьерами, и окажись так - Шеду бы не удивился: вульфарка же. У них, небось, каждый десятый встречался с ними хоть раз в жизни. Может, конечно, и нет, но раньше ведь и он с ними не встречался, и в его представлении браконьеров было, стало быть, совсем мало, а теперь встретился, и теперь в его представлении браконьеров сразу стало пруд пруди, практически натуральное засилье вульфарских земель. Короче, видно, пришло время ему учиться работать в команде. Радовало в этой новости то, что вся команда - два человека, включая его самого, а два - это почти как один, только на одного больше.
- Слушай, златоокая, я ведь в команде работать не умею, случая не подворачивалось. Я не отказываюсь, пойми меня правильно, раз говоришь, что надо работать в команде, должно быть, так оно и есть, ты, вроде, не глупая, ерунды не сморозишь. Предупреждаю просто. Но уж не сомневайся, что смогу - сделаю.
Он склонил голову, исподлобья глядя на девушку. Искать этих псов облезлых самому нечего было и думать: обоняние у него было самое обыкновенное человечье, где они мыкаются, по запаху не найдет, следов в степи, поди, тоже уже не сыщешь, да и если есть они - в темноте, даже при свете лун, он их не увидит. Этакая работа - для следопытов или охотников, может. Вору же требуется указать, куда идти, а убийце нужно хотя бы имя - ни того, ни другого у него не имелось. Может быть, будь он вежливее, да порасшаркивайся перед ней (волосы-то белые, слыхали мы, каким вульфарам такой цвет свойственен), она бы и была посговорчивее, а тут, вишь, играет. Ну, молодая, это видно, волчонок, поди. У людей графья на охоту на животных выходят, а у вульфаров, видать, на браконьеров - и польза, и приключение. Но игры играми, а ему бы самооценку на прежнее место вернуть.

+2

11

За тем, как незнакомец отправился за собственными пожитками, девушка наблюдала с лёгкой усмешкой. У неё в голове сложилось уже несколько вариантов относительно жгучего интереса раненого храбреца. От шутки глуповатых друзей до простого уязвлённого мужского самолюбия. Притом последнее могло быть более вероятно, хотя бы с той точки зрения, что она оказалась не широкоплечим воином, который немного подсобил в виде мужской солидарности. Однако знать наверняка девушка не могла, а потому не стала действовать на нервы мужчине (а ведь хотелось) и, не дожидаясь его возвращения, двинулась туда, где были оставлены её собственные вещи. В конце концов, он сам вызывался идти в змеиное гнездо, поэтому пусть догоняет.
Дарина подняла лицо к небу и глубоко вдохнула прохладный и душистый воздух, который наполнял каждую клеточку тела желанием жить и двигаться вперёд. Волчица любила родные степи, и ей ужасно хотелось как можно чаще бегать по ним в волчьем облике. Однако девушка не могла позволить себе такую роскошь, и дело было далеко не в занятости или ином месте жительства. Вульфаре недолго пришлось идти в одиночку, прыткий спутник довольно быстро нагнал её и даже безропотно согласился с тем, что вещи нужно всё-таки забрать.
«Надо же, признал мою полезность настолько, что готов протащиться ещё несколько метров в обратную от врагов сторону», - беззвучно хмыкнула самка, то и дело бросая взгляды на несколько озадаченного мужчину. Видимо, ему было о чём подумать, а потому волчица не спешила нарушать этот сложный процесс. В конце концов, шорох травы, стрекот насекомых и далёкий волчий вой были тем ещё фончиком, способным нарушить логическую цепочку в голове. Но, как ни странно, они этого не делали. Когда до места, где девушка оставила немного своих вещей, оставалось всего несколько шагов, безымянный обиженный на работорговцев товарищ решил вновь напомнить о себе.
«Так во-о-от, что тебя взволновало», - заинтересованно подумала она, внимательно глядя на собеседника, что решил признаться в своём неумении работать в команде. По мнению самой волчицы это не было такой уж большой проблемой, но стоило кое-что прояснить до того, как они попадут в ситуацию, когда можно и жизни лишиться.
- Не сомневаюсь, - улыбнулась волчица, качнув головой и оценив взгляд исподлобья. Ему что, сказали, что вульфары так делают, чтобы убедить в своих серьёзных намерениях? Если так, то стило рассказать ему правду. Попав на небольшую полянку с примятой травой, девушка присела подле своих вещей, как можно плотнее свернула мокроватую ткань и уложила в тряпичный мешок с лямкой, где хранились припасы, деньги и некоторые мелочи. Кто же отправляется в путешествие вообще без всего? Вдруг, по пути что-то случится. Собрав всё своё самое нужное, Дарина выпрямилась и закинула сумку на плечо, окинув взглядом и своего спутника. Да, колоритная парочка выходила. Хотя, с другой стороны, могла получиться неплохая команда. Судя по тому, что мужчина не имел ни лука, ни арбалета, то он вполне мог сойти за бойца ближнего боя. Сама волчица была магом, предпочитающим лук и стрелы грубой физической силе, используемой на противнике вблизи. Насколько хорош в своём мастерстве товарищ – было неизвестно. Однако тут или доверься или попытайся узнать по пути.
- Значит, не умеешь работать в команде, - задумчиво протянула девушка, ступив на протоптанную тропку, по которой им предстояло идти в сторону виднеющегося леса. – Мне всегда говорили, что работать в команде, значит, доверять кому-то свою спину. Верить мне или нет – твоё личное дело, - хмыкнула волчица. – Однако я предлагаю сделать хотя бы небольшой шаг на этом пути, - довольно бодро и добродушно продолжила она, памятуя, где конкретно потеряла из виду удальцов: там уже придётся быть повнимательней.
- Меня зовут Дарина, можно просто Дарька, - спокойно представилась она. – И, если у тебя есть какие-то вопросы, идеи или претензии, то я внимательно слушаю, - усмехнулась она, кинув косой взгляд на мужчину. Если он не захочет хотя бы представиться, то о каком же тогда доверии может идти речь? В любом случае, это вульфаре стоило бы подозревать мужчину в причастности к появившейся в этих краях шайке, ведь конкретной своей цели он не обозначил, а догадки… они слишком ненадёжны. Многое в этой истории выглядело как неприятная ловушка, но всё же Монлуа отчего-то была готова доверить свою спину этому человеку. Говорят, звери чуют хороших людей, даже если те не в курсе о своих светлых сторонах.

0

12

- Шеду, - представился он, обводя взглядом степь, залитую лунным светом. - Можно просто... - запнулся, поняв, что Шеду хоть сложно, хоть просто так и останется Шеду. Ухмыльнулся: - А, нет, проще уже некуда.
Главная сложность для него сейчас была в том, что на самом деле местности он не знал, хотя и хаживал по степи не раз. Он знал, куда идти, чтобы придти в какое-нибудь населенное место, а степь для него на всем протяжении была одинаковой - необъятная равнина, поросшая травой и кое-где кустами. Он не знал, есть ли здесь какие-нибудь пещеры, норы, шахты или иные места, где можно было бы спрятаться, потому что сам всегда ночевал под открытым небом и даже не пытался искать укрытие. Даже когда шел зимой. Он тогда, конечно, едва не отдал душу Ашхаи, но укрытий не искал. Не потому, что такой упрямый, а потому что даже не думал, что они вообще могут быть в степи. А сейчас почему-то подумал. Все-таки подход к бою на просторе и в замкнутом пространстве будет различный, как и возможность подобраться поближе так, чтобы не быть замеченными.
Были ли у него идеи? Была одна, и притом уже не новая - подобраться к выродкам и тихо усыпить вечным сном. Шеду знал лишь один способ убить, и он не имел отношения к благородным дуэлям, лобовым атакам, и даже хоть сколько-нибудь долгой борьбе там места не было. Такого рода дела он старался завершить как можно быстрее, тут для него главным было достичь цели, а от процесса он не получал удовольствия, впрочем, как и неудовольствия.
Претензий у Шеду точно не имелось, да и откуда бы, девочку эту он едва знал, никаких долгосрочных дел с ней не имел, да и не планировал, так что с чего возник такой вопрос - не понял.
А вот вопросы у него были. Впрочем, он их уже задавал. Хотя был еще один, но он, по мнению Шеду, был довольно личным, так что озвучивать его Грэй не стал. Возможно, это и значения никакого не имело. Скорее уж простое любопытство. Хотя Грэй и немало времени провел среди вульфар, но почти ничего о них не знал. И не мудрено, он же большую часть времени проводил либо в храме, либо в таверне за кружкой эля, а ни там, ни там как-то не до того, чтобы узнавать тонкости вульфарьей культуры и природы. Так что не долго думая, Шеду ответил:
- Был вопрос, да я его уже задал, с тех пор ответа и жду. Где искать-то их, стрелков этих? Вот подберемся поближе, там и станет все ясно с идеями, а не зная местности, как можно спланировать.
Впрочем, кто их, вульфар, знает, насколько у них нюх хороший: может, эта девочка уже давно их чует, а может, чует даже настолько хорошо, что все равно, что видит, и уже все сама с собой спланировала, а его за нос водит. Вон, схватится сейчас за лук, да сама всех и перестреляет. Куда ему тогда за справедливостью идти? А то про доверие - это она, конечно, гладко стелет, но он и сам не раз заливал про благородство - очень помогает, когда женского тепла ищешь, - так что спину прикрыть - это одно, а доверие - совсем другое. Но что бы он обо всем этом ни думал, лицо его оставалось бесстрастным. Что бы ни было на уме у вульфарки, ни узнать, ни повлиять на это он не мог. Единственное, что он знал наверняка - она тоже хочет расправиться с теми ребятами.

0

13

Когда мужчина представился, она лишь кивнула, не став его вежливо заверять в том, что она очень рада этому знакомству. Возможно, действительно была рада. Притом тому, что соваться к работорговцем не придётся в одиночку. Это всегда большой риск, ведь никогда не знаешь: чего новенького придумали эти наглецы. Она в очередной раз покосилась на спутника. Он явно был не из болтливых, что, определённо, его только красило. Стоило сосредоточиться на предстоящей облаве. Судя по решительному взгляду Шеду, тот намерен был как минимум, прибить к каком-нибудь дереву наглецов, напавших на него, но как максимум – содрать с них самих шкуру, чтобы наглядно показать: чем отличается вульфар от человека. Дарина тихо фыркнула. Если до подобного дойдёт, то у неё всегда есть возможность прекратить ненужную жестокость. В конце концов, она ведь ничего не знала о человеке, идущем рядом. Может, для него факт спасения жизни не был достаточным доводом, чтобы вести себя по чести. Это волчицу несколько озадачило, об этом она как-то не подумала. Большинство вульфаров ведут себя иначе и она, выросшая в окружении родных по расе существ, слишком привыкла к иному отношению к различного рода благородствам. Девушка рассеянно шла по тропинке. Подойдя к тому месту, где она потеряла из вида бегущую парочку, волчица присела на корточки и тронула небольшую тёмную капельку, оставшуюся на средних размеров листке степного растения.
«Есть шанс найти их хотя бы по следам крови», - думала она, поднеся испачканные пальцы к носу и глубоко вдохнув запах. Нахмурилась. Кровь-то свежая, но она же не вамфири. Пока самка проделывала такое нехитрое действие по поиску дальнейших следов, мужчина вновь решился заговорить, видимо, прикинув, что его более всего беспокоит. Дарина поджала губы и выпрямилась, обернувшись к собеседнику.
- Где угодно, - пожала плечами она, чуть хмурясь и осматриваясь. – Пока не дойдём до лесочка, можно ориентироваться по примятой траве и каплям крови, а дальше посмотрим.
Монлуа пошла дальше, искренне недоумевая на тему того, с чего мужчина вообще решил, что она знает, где конкретно искать этих охотников за дармовщиной. Она, конечно, обладает неплохим нюхом и слухом, но ведь она не прорицательница.
- Им нет смысла прятаться в самой степи, - объясняла самка, пристально вглядываясь в то, каким образом лежит трава. – Здесь их обязательно кто-то найдёт. Зато вот на территории людей, в лесочках – очень удобно. И землянку можно соорудить, и ловушек наставить.
Конечно, никто не мешал работорговцам делать ловушки в черте вульфарских земель, но лучше поджидать беспечную жертву, чем рисковать быть обнаруженными раньше времени. Волки народ упрямый – из ловушки выберутся и задницу надерут так, как родители родные не драли в детстве. Эта мысль заставила волчицу усмехнуться. Совсем скоро они должны были пересечь границу степей и лесочка, и уж тогда станет веселей. В воздухе царила свежесть, что в принципе несколько осложняло поиски по запаху. Дарина чуяла двоих беглецов, то не так отчётливо, как хотелось бы. К тому же, нюх мог и подвести. После безумных экспериментов отца, волчица периодически испытывала проблемы со своим носом, а вылечить подобный недуг не было никакой возможности.
- Ты не похож на неопытного путешественника или простого странника. Как же так вышло, что эти неудачники застали тебя врасплох? – невинно поинтересовалась волчица. Отчего-то вспомнился выпад мужчины. И самка решила издалека, помаленьку, сложить хоть какой-то портрет своего неожиданно обретённого товарища по увлекательному приключению. У неё вообще создавалось впечатление, что он не относится к ней серьёзно. Ещё бы. Женщина-воин – смех один.

0

14

Ориентироваться по примятой траве и каплям крови - это, конечно, неплохой вариант, действительно неплохой, но только не для человека ночью. Как бы ярко ни сияли луны, до солнца им далеко. Свет их все равно был недостаточным, чтобы так легко вычленять примятую траву. Нет, местами она была примята действительно заметно даже для Шеду, но в основном вся трава в темноте выглядела примерно одинаково. Кровь, конечно, на сравнительно светлой земле выделялась темными каплями, но опять же - каплями, а вовсе не лужами. Шеду замечал лишь места, где капли были не одиночными, где крови осталось достаточно, чтобы человеческий глаз углядел пятно. Конечно, по сравнению с Дариной Шеду здесь был совершенно бесполезным балластом и больше шел за ней хвостом, нежели приносил какую-никакую пользу. Однако он не мог не порадоваться, что кто-то из нападавших ранен: раз ранен, значит, боевые возможности снижены, что дает им преимущество.
Дарина, к счастью, судя по всему уже не впервые охотилась на браконьеров, поскольку кое-что знала о том, как они себя ведут. Ведь Шеду искал бы именно в степи. Ему бы в голову не пришло, что здесь их кто-то может найти - степь же на много верст окрест, никто особо не шныряет, толп вульфаров не видать, не похоже, что их очень-то активно здесь ищут. Кажется, и сама девушка оказалась в этой части степи скорее случайно, нежели с разведкой. Тем не менее про лес звучало убедительно, в лесу и впрямь удобнее хорониться, не говоря уж о ловушках. А это значит, что аккуратничать предстоит немало: даже имея отличное зрение и наметанный на ловушки глаз, в лесу очень просто пропустить ловушку, потому что там ее спрятать проще легкого как на земле, так и над землей. Но даст Шиархи - доберутся незамеченными. Кому судьба свернуть шею - не утонет, как говаривал кто-то из далекого прошлого Шеду.
Вопрос волчицы не застал Грэя врасплох: насколько он знал, немногие ходили пешком по степи для того, чтобы добраться до другого города. В конце концов был же тракт, которым и пользовались обычно путешественники - на тракте как правило безопаснее, даже несмотря на разбойников. Да и девушка отнюдь не была глупа, и, вероятно, не единожды продемонстрирует это в течение ночи. Шеду не обладал тактическим и стратегическим мышлением, но почему-то ему казалось, что Дарина обладает.
- Да видишь ли, какое дело: сколько раз я тут ходил, всегда это было одним из самых спокойных мест в Айлее, никогда не доводилось мне ни с кем здесь сталкиваться, вот и ослабил внимание. А когда почуял - уже поздно было, - пожал плечами. Причудлива жизнь: надо же было такому случиться, чтобы попасть под прицел охотников за волками, и надо же было такому случиться, что поблизости оказалась волчица, которая по счастливой случайности решила ему помочь! Чудной узор плетет Шиархи.
- А ты что здесь делала? - спросил в свою очередь. - Город-то не близко. Специально их выслеживала или тоже путешествуешь?

+1

15

Дарина то и дело довольно хмыкала про себя, глядя на очередные капли крови. Удачно она подстрелила одного из молодцев, а так же хорошо успела напугать столь впечатлительных личностей. Вон как быстро и далеко убежали, судя по всему, даже не оглядываясь первое время. Оно и понятно. Судя по всему, работорговцы были не слишком опытны. Возможно, не слишком хорошо были осведомлены о местности или же оказались крайне восприимчивы к историям о Миражах. Однако забыли охотники за наживой, что зверюшки эти обитают не повсеместно в широкой и жаркой степи. Волчица с интересом взглянула на мужчину. Ну да, приграничье да и сама степь – самое спокойное место в Айлей. Нет, возможно, где-то дела с безопасностью обстоят намного хуже, чем в вульфарских землях, но свои родные края сама волчица не назвала бы спокойными. Всегда существовала опасность наткнуться на аморальных типов или же на какую-нибудь голодную и ядовитую зверюшку.  Но волки далеко не всегда успевали прочёсывать свои владения. Работорговцы нападали на вульфаров, но, возможно, в меньшем количестве, чем на тех же альвов. Остроухие хотя бы ценились вамфири как деликатес.
- Считай, что степь тебя подловила, - беззлобно усмехнулась самка. – А уж в приграничье лучше и вовсе держать ухо востро. Не сказала бы, что у нас здесь толпами шатаются разбойники и убийцы, но… ты оказался достаточно везучим, чтобы столкнуться нос к носу с ворами, - довольно бодро констатировала волчица, конечно, не считая подобный инцидент везением. Сама она почти сразу призадумалась над тем, стоит ли напрямую говорить о цели своего визита в степи или умолчать. Однако сам Шеду вроде как говорил правду, да и вовсе шёл на контакт, не замыкаясь на своих размышлениях. В связи с этим девушка улыбнулась, взглянув на небо и слегка качнув головой. Любопытство – не порок.
- Веришь или нет, но я здесь даже не для поиска приключений, а на добровольной прогулке, - чуть пожала плечами волчица, глянув на собеседника. – Иногда нужно выгуливать свою шубу, а то с ума можно сойти, держа зверя на коротком поводке, - искренне поделилась волчица с человеком. Многие вульфары спокойно обращались в любой момент, Дарина же не имела такой возможности. Нет, обращаться самка умела. Просто это приносило ей больший дискомфорт, нежели собратьям. Зато во время трёхлуния волчица могла позволить себе оставить человеческий облик и думать головой, а не инстинктами. Да и частичная трансформация была очень удобна.
- Да и вообще приятно вернуться в родные края. Однако Шиархи было угодно втянуть меня в очередное приключение, - тихо и коротко посмеялась Дарька. – А может, у меня просто чуйка на них. Или они следуют за мной по пятам.
Увлекшись разговором, волчица едва не пропустила момент, когда товарищи по несчастью преодолели границе степи и леса. Высокой травы становилось меньше, поэтому по степени примятости оной судить было трудно: в какую сторону отправились охотники. Волчица фыркнула, углядев в паре шагов от себя, отчётливый след сапога, оставленный в грязи. Она прошла мимо него, ориентируясь о смазанному и лёгкому отпечатку крови на тонкоствольном деревце.
«Болван, - думала она. – Или большой хитрец…»
Второе было бы намного хуже.
- Скажи-ка, а ты предпочитаешь дальний или ближний бой? - задумчиво поинтересовалась хищница, прикидывая, как можно использовать их силы совместно. Дарине с Шеду понадобилось ещё пятнадцать минут ходу, чтобы, наконец, забрести в более густую часть лесного массива, где скрывалась первая ловушка: сетка, закреплённая над головой потенциальной жертвы. Сама волчица заметила её ещё на подступах, обратив внимание на ухнувшую сову, что сидела на ветке, чуть выше. Разведчица скривилась и подошла к месту, где полагалось скрываться верёвке. Судя по её виду и состоянию травы, ловушка была довольно свежей, а, значит, могла быть сделана теми самыми работорговцами.
- Разрядить бы, - под нос пробормотала охотница, достала из сапога небольшой нож и обрезала верёвку, заставив сеть раскинуться на земле. Хищница потянула носом воздух, чуть приподняв голову по ветру и прикрыв глаза. В лесу искать молодцев по запаху оказалось не легче.
- Думаю, они где-то недалеко, - хмыкнула волчица, сворачивая с намеченной и ранее кем-то протоптанной тропки: издалека донеслось смачное сквернословие.
«И тут стрела сгодилась», - довольно думала волчица, осторожно направляясь к намеченной цели. Она хорошо знала, что не стоит слишком торопиться, чтобы не обнаружить себя раньше времени.

0

16

На замечание о его везучести Шеду только хмыкнул в усы. Может и нет везения в том, чтобы попасть под прицел охотников за поживой, но не сопровождай его толика удачи, не идти ему сейчас плечом к плечу с беловолосой. Так что это лишь вопрос того, на котором из событий заострять внимание. Ответ же на его вопрос ему понравился, хотя он бы и не особенно удивился, скажи Дарина, что она здесь как раз именно затем, чтобы отлавливать браконьеров, что занимается этим вообще чуть ли не каждую ночь, и дома у нее все стены их головами увешаны. Не то, чтобы она выглядела такой уж кровожадной, но было в ней нечто... нечто безумное, что ли, какое-то было в ней скрыто исступленное веселье. Тем не менее прогулка ее оказалась довольно прозаичной, как ему казалось, все вульфары так или иначе регулярно выходят на подобные прогулки. Да и вообще здорово, должно быть, пронестись на четырех лапах по ночной степи. Если даже ему на своих двоих в человечьем облике с несовершенными человечьими чувствами было приятно брести по пыльной шкуре степи, поросшей редкой и сухой травой, то довольно и его скудного воображения, чтобы представить, насколько лучше могло бы быть, ощущай он каждый пряный запах, улавливай он слухом вспархивающую из кустов спугнутую птицу, чувствуй он, как от бега встречный ветер развевает густую шерсть по всему телу... От этой молниеносной мысли шерсть на затылке чуть вздыбилась, а уголки губ растянулись в улыбке. Дарина же тем временем продолжала говорить, разбавив слова легким смехом. Занятно, стоило Шеду вообразить самого себя вульфаром на эти доли секунды, и он отчего-то проникся к девушке, ну, положим, не доверием, но некоторой симпатией, потому и на ее смех он не поморщился, как скорее всего сделал бы, потому что смешного в стычке с браконьерами было пока мало, во всяком случае для него, а одобрительно хмыкнул. Ведь в сущности в приключениях и не было ничего дурного, а при правильном подходе они вполне могли сулить и какую-никакую выгоду - монету ли в кармане, или кружку эля, или - еще лучше - приятеля.
Тем временем их уже обступили деревья, Шеду по-прежнему следовал за волчицей, но теперь уже не забывая внимательно оглядываться, прислушиваться и ступать мягче. Не хотелось ему ни в ловушку, ни обращать на себя внимание противников преждевременно. И, говоря по чести, в глубине души он надеялся, что немалое время, проведенное им в лесу за годы и годы, пригодится ему сейчас опытом. Доставать кинжалы он, однако, не спешил - успеется.
- Ближний. Но при случае кинжал или нож могу и метнуть. Правда тут уж раз на раз не приходится, могу и промазать, это уж как Шиархи на душу положит, - вполголоса ответил Грэй, стараясь не тревожить плотную тишину леса.
Через некоторое время показалась первая ловушка, но глянув на охотницу, чернобородый передумал говорить, потому что ее взгляд был как раз туда и устремлен, и с такими штуками та явно уже сталкивалась, потому что, будучи ближе к присыпанной листьями веревке, сразу направилась туда и, чуть помедлив, перерезала ее. Сеть ухнула вниз, наведя шороху, заставив Шеду невольно сжаться пружиной, пригнуться к земле и замереть ненадолго, напряженно вслушиваясь. Сперва никаких звуков не доносилось, но затем слабый ветер принес голоса, которые различило даже человечье ухо.
- Думаю, они где-то недалеко, - прокомментировала златоокая и свернула, как показалось сперва Шеду, в заросли травы, но затем его глаз различил, что трава здесь немного вытоптана, образуя едва заметную тропку. В предвкушении драки сердце чуть ускорилось, и Шеду азартно сжал и разжал кулаки несколько раз, разминая руки. Разумеется, сразу бросаться в драку он не собирался, нельзя же сбрасывать со счетов хорошую возможность перебить их втихую.
Вскоре в сетке тонких веточек замелькал огонек костра, а когда они подобрались достаточно близко, чтобы оценить обстановку, нос Шеду услышал уютный запах дыма от потрескивающих полешек. Свет костра выхватывал три черные фигуры, и все трое о чем-то спорили, явно стараясь делать это потише, и явно не справляясь с этой задачей, потому что отдельные фразы было всё же слышно. Впрочем, не исключено, что Дарина слышала всё. Кажется тот, который сидел на земле, и который, по всему видать, и словил стрелу волчицы, что-то говорил про дурную магию и про то, что эта часть степи проклята, и якобы он это еще в порту слыхал, а двое других, похоже, вовсе его не слушали, а спорили лишь о том, стоит ли им сейчас вернуться в степь, или нужно подождать, пока рассветет. Во всяком случае, примерно такое представление по обрывкам их фраз и сложилось у Шеду. Но внимательно смотрел он не поэтому.
Незаметно подобраться к молодцам не удастся, вот, что было ему очевидно. Деревья не обступают их достаточно плотно, да и сидят они к костру близко, что значит, что подойди они двое слишком близко, свет костра озарит их раньше, чем они доберутся до этих ребяток. Конечно, Дарина могла бы их просто перестрелять прямо отсюда - после первого выстрела они не успеют сообразить, откуда стрельба, чтобы спастись, так что девчонка могла бы с легкостью их всех положить, пожалуй. Но только в этом случае он, Шеду, никакого удовлетворения не получит, никакого морального возмещения своему уязвленному самолюбию. И такой расклад был ему не по нраву. Чуть поразмыслив, он склонился поближе к уху девушки и сказал:
- Подстреленного они и так особо не замечают, я так гляжу, так что его я могу, ну, скажем, аккуратно усыпить, он и сам, может, не заметит. А с двумя другими разберемся по-человечески, один твой, другой - мой. Идет?
Под "аккуратно усыпить" он в конечном счете имел ввиду таки смерть. Это был полезный трюк, который он узнал, изучая магию Воздуха. Обычно заклинание использовалось, чтобы мгновенно лишить противника воздуха, но однажды он каким-то образом напортачил с тем, что произносил, да так удачно, что воздух покидал пространство рядом с целью постепенно, так что его цель сперва почувствовала усталость, затем уснула, и уже во сне благополучно издохла. И если в полноценном виде этот вид атаки однозначно указывал на то, что к произошедшему приложил руку маг Воздуха, то в таком искаженном смерть выглядела естественно и замечалась далеко не сразу.
Медлить Шеду не стал, лучше раненому уснуть сейчас, пока другие двое заняты друг другом, поэтому он прошептал слово и снова повернулся к Дарине. Почему-то он ожидал, что волчица будет протестовать, хотя спорить ему сейчас совсем не хотелось, особенно о том, как порешить веселую троицу.

Отредактировано Шеду Грэй (13.09.2016 23:42)

+1

17

От хищницы не ускользнуло то, как среагировал Шеду на поднявшую волну шума при падении на землю сети. И она прекрасно понимала его опасения, потому даже не думала как-либо их осуждать. Однако хищница знала одну простую истину – среди работорговцев не было ни одного вульфара, а потому дошедший до них звук, мужчины вполне могли принять за возню местных обитателей. А уж судя по тому, как горе-охотники проваливали свои попытки говорить тише, так и вовсе не предполагали, что по их следам идёт кто-то более материальный, чем обычный теневой фантом. Это, определённо, должно было сыграть на руку.
По мере приближения к лесной полянке, которая была выгодно выбрана работорговцами, хищница старалась вести себя как можно тише и осмотрительней, иной раз опасаясь сделать лишний вдох. Любая мелочь могла выдать их местоположение, а потому хищница накинула на себя и Шеду небольшой теневой полог, не позволяющий врагам хоть краем глаза зацепиться за силуэт в кустарнике, ежели тот промелькнёт по неосторожности. Она внимательно рассматривала силуэты мужчин и старательно подавляла улыбку, так и стремящуюся обосноваться на лице. Какие только небылицы не сочинят люди и как только они не разрастутся, стоит лишь особо впечатлительных сильнее припугнуть. Однако сказка, которую мог поведать раненный кому-либо ещё, была невыгодна ни волчице, ни вульфарам, живущим в относительной близости к границе. Если о наличии магических аномалий (пусть даже те появились благодаря одному отдельно взятому магу) прознают иные браконьеры, то непременно обзаведутся защитными, рассеивающими магию амулетами. Дарина неслышно вздохнула: о таких последствиях она ранее не подумала. Впрочем, один из мужчин рыкнул на болтающего без умолку раненного, напомнив ему, что стрела не могла прилететь от четвероногих тварей. Но тот не пожелал слушать. Самка хмыкнула: надо же, как проняло, даже логика отключилась. Подслушивая разговор, и не смущаясь по этому поводу, волчица попутно оценивала обстановку, которая была не на стороне борцов за справедливость. Охотнички находились довольно далеко. Даже при условии того, что Дарька накинет на себя и своего спутника усиленную теневую мантию, это не давало гарантии, что мужчины не приметят надвигающиеся на них тени. К тому же у мужчин могли иметься амулеты или магия, на худой конец. Девушка задумалась, а когда в голову ей пришла, казалось бы, неплохая мысль, она услышала тихий шёпот человека над ухом. Самка, выслушав Шеду, вопросительно на него взглянула.
«Аккуратно усыпить? Дротики или магия?» - гадала волчица, но стоило мужчине прошептать слово, более похожее на заклинание, нежели на витиеватое ругательство, она с вспыхнувшим интересом сощурила золотистые глаза. На губах самки мелькнула улыбка. План мужчины, безусловно, был неплох.
- А говорил, что в команде работать не умеешь, - поддела его волчица и внесла небольшие коррективы в предложенный план, позаимствовав детальку из своего. – Они не настолько увлечены спором, чтобы не заметить нас раньше, чем подкрадёмся, - качнула головой самка, глянув на компанию мужчин, один из которых начинал клевать носом. – Осторожно выбираемся из зарослей, а как подойдём в зону видимости бокового зрения, я их отвлеку тенью оленя – тогда можешь смело действовать. Твой левый.
Не смотря на то, что Дарина могла и сама расстрелять удальцов из лука на раз-два, она всё-таки помнила, по какой удивительной причине эта загадочная личность Шеду со странными заклинаниями, отправилась вместе с ней. Горе-охотники всё-таки ему задолжали, а потому отбирать у мужчины возможность наказать обидчиков, хищница не имела права. Решив, что все уточнения и предложения по плану завершены, самка стала осторожно выбираться из зарослей, пока не снимая теневых пологов. Пройдя несколько осторожных и полный напряжения шагов, волчица кинула взгляд на Шеду и коротко ему кивнула, что было своеобразным знаком приготовиться. Мгновением позже она беззвучно выдохнула, сделала жест рукой и одними губами произнесла заклинание. В пределах видимости охотников, будто из любопытства, замер силуэт молодого оленя. Мужчины тут же замолкли, хотя один из них успел уже искренне порадоваться, что их товарищ-паникёр, наконец, заткнулся. Тот, что предназначался Шеду, осторожно потянулся к поясу, а вот предназначенная Дарине жертва в лёгкой панике заозиралась, явно ища оружие, которое помогло бы разжиться целой оленьей тушей. И в этот момент его терзания кончились, а хищная стрела пронзила затылок, заставив мужчину покачнуться и рухнуть аккурат с костром. Волчица не очень любила убивать, но научилась делать это без эмоций и жалости, а главное быстро. Эти ребята не стали бы жалеть тех, кого собирались отдать на чёрный рынок и, возможно, только это успокаивало совесть сполна.

0

18

Когда Шеду повернулся к девушке в ожидании протеста, то, против своих опасений, поймал на ее губах улыбку - совсем ненадолго, на какие-то мгновения. Но от этого стало как-то приятно на душе. Во-первых, улыбались ему вообще довольно редко, особенно вот так, не сладострастной, а просто улыбкой, самой обыкновенной, без какого-то там подтекста, который еще поди угадай. А во-вторых, вместе с улыбкой (а может быть, прямо в ней, в улыбке) снова мелькнула эта безуминка, которую Грэй никак не мог взять в толк, но в которой было будто что-то почти родное. Может, при иных обстоятельствах они могли бы даже завести дружбу с этой волчицей. Но куда ему друзей, все хоть сколько-то близкие ему люди обыкновенно имели привычку бесстыдно быстро издыхать. Эту, правда, похоже, и сам Ашхаи голыми руками не возьмет, лихая девка: белоголовая вон, вестимо, из знати вульфарской, а по степи оторвой носится, спасает встречных-поперечных, да на браконьеров охотится. Ишь, как жизнь в Айлее разномастна, кого только не повстречаешь.
- А говорил, что в команде работать не умеешь, - припомнила златоокая. Шеду на это хотел было сказать, мол, так и есть, не умеет, но не объяснять же, что ему просто не хотелось, чтоб она сама их всех тут стрелами положила из укрытия, потому и предложил другой путь. Пущай уж лучше так. А то, может, и правда это он все ж умеет немного и в команде работать. Тут разве угадаешь? Так и чего тогда возмущаться на пустом месте. Дарина тем временем продолжала: – Они не настолько увлечены спором, чтобы не заметить нас раньше, чем подкрадёмся, - тут Шеду был согласен. Чем позже эти двое их заметят, тем проще и быстрее их убить, а тут едва из кустов высунешься, как будешь обнаружен. Может, их внимание и отвлечено сейчас друг другом, а только они, поди, не окончательные тупицы, чтоб совсем к окружающим звукам не прислушиваться, да боковым зрением движений в темноте не ловить, иначе б и до этого дня не дожили. Да, подобраться к ним немного ближе - задачка. Однако, как оказалось, у Дарины на такой случай припрятана карта в рукаве, туз - не туз, но что удачная - это точно.
- Твой левый. - прозвучало тихо над ухом, и Грэй чуть кивнул, уже пристально рассматривая свою цель и мягким шагом скользя почти бесшумно по упругой лесной подстилке. Держать в поле зрения соратницу он и не подумал, и вовсе не потому, что бездумно доверялся каждой едва знакомой девушке, спасшей его в степи от бригады разбойников, а от стойкого ощущения, что всё идёт правильно, что именно сейчас удача ходит рядом, и что эта девчонка не подведет, даже если всё сейчас пойдет не так, как они спланировали на скорую руку. Лишь заняв удобную позицию для нападения, Шеду быстро глянул на спутницу и получил в ответ короткий кивок, после чего бегло еще раз окинул взглядом цель. У мужчины на поясе висел меч, что было хорошо, потому что меч такой длины - не самое удобное оружие на короткой дистанции, каковая, несомненно, и будет. За голенищем короткого сапога выглядывала рукоять ножа, как и следовало ожидать, впрочем, однако это тоже не представляло большой проблемы: едва ли мужчина успеет хотя бы сообразить потянуться за ним. Иного оружия видно не было, а хоть какую-то защиту имели лишь предплечья. Шут его знает, на кой черт ему эти кожаные наручи, и от чего они его защищают, ведь в руки Шеду целить и не собирался даже.
Уголком глаза Грэй заметил мелькнувшую где-то в темноте тень, но не позволил себе отвлечься на нее, а с низкого старта бросил себя вперед. Ждать смысла не имело, теперь уже ждать было нечего. Стремительно сокращая расстояние до цели, периферийным зрением Шеду видел, как беспорядочно заозирался второй, и как, к счастью, не успел ничего сделать, а лишь сперва как-то дернувшись, замер на мгновение, затем качнулся...
А затем Шеду отдал всё внимание ближайшему к нему, еще пока живому мужчине, который уже начал тянуть меч, и внимание которого переключилось с оленя вовсе не на внезапно упавшего товарища, а на шум, неизбежно издаваемый Грэем. Он даже успел развернуться, и даже успел вытащить таки меч, и, чего уж там, даже замахнулся им, но это - всё. Успев сделать лишь эту короткую последовательность действий, в следующее мгновение он уже лапнул свободной рукой шею, из которой торчала рукоять кинжала, вогнанного туда по самую гарду под углом, а когда Шеду с некоторым усилием дернул кинжал назад, захрипел и упал, истекая кровью. Это не самая милосердная смерть из тех, что знал Шеду, но и далеко не самая мучительная. И если уж честь по чести, точно более милосердная, чем та, которую мужчина заслуживал. Все-таки ловить и продавать вульфар - даже по меркам Грэя, человека не с самой чистой совестью, было слишком. Ловить и продавать любого разумного - это слишком. Мужчина еще подергивался мелкой дрожью, когда Шеду опустился рядом и аккуратно и тщательно вытер от крови кинжал о его штанину: для бородача он уже был мертв, это вопрос лишь пары минут, как скоро он достигнет чертогов Ашхаи.
Шеду выпрямился, убрал кинжал на место и вдохнул сыроватый лесной воздух, прислушиваясь к себе. Он почти чувствовал удовлетворение. Почти. Куда деваться от привычки: убил - получил деньги - промотал в кабаке. А тут убил - а до ближайшего кабака еще шагать и шагать, да и пить все равно на те, что остались в кармане. Впрочем... без зазрения совести Шеду споро обошел каждого из павших, похлопал по карманам, достал каждую завалящую монетку и бережно сложил к себе. Им-то уже все одно без надобности, а ему очень даже пригодится - чего добру-то пропадать. Хотя чего там того добра, раз-два и обчелся. Не забыл черный заглянуть и в заплечные сумки мертвецов, но там полезного для него не было ничего вовсе: еды ему и без того хватало, а все хмельное аккуратно уложено было вдоль бревнышка неподалеку от костра, как раз подле раненого в плечо.
- Славная ты, Дарина, - сказал Шеду, подходя к девушке. - Спасибо, - уточнять, за что, не стал, вроде как и без того понятно. - Я, пожалуй, до утра тут останусь: костер уже разведен, брага только и ждет, чтобы быть выпитой, ну точно меня дожидалась. Ну а ты, наверно, ступай, я тебе, небось, надоел уже пуще гхырова храпа, - он криво усмехнулся. Не то, чтобы ему хотелось поскорее остаться одному, напротив, общество ему было приятно, особенно общество кого-то, кто ему помог, но у вульфарки уж наверняка были совсем другие планы на эту ночь. Во всяком случае, будь он на ее месте - не провел бы ее в обществе незнакомца в лесу с тремя мертвецами по соседству.

+1

19

Когда всё закончилось, Дарина облегчённо выдохнула, опуская лук и снимая с него стрелу, которую она приготовила для страховки своего товарища по этому странному приключению. Она нисколько не сомневалась в Шеду, просто ощущение того, что ситуация под контролем, вселяло больше уверенности. Работорговец оказался очень уж шустрым, а банальное мелкое невезение ещё никто не отменял. Однако в эту ночь Шиархи была благодушной, позволив смертным сыграть эту партию без сучка и задоринки. И это не могло не радовать. Вдохнув воздух полной грудью, волчица взглянула на тёмное ночное небо на лукаво подмигивающие звезды, а после слегка поморщилась, уловив едва приметный запах свежей крови. Самка молча посмотрела на бездыханные тела, а после перевела взгляд на своего союзника, который довольно сноровисто обыскивал убитых. Дарька чуть качнула головой, позволив уголкам губ разъехаться в улыбке. Хочет получить трофей с тел работорговцев – на здоровье. Сама же волчица осторожно направилась к одной из сумок, что лежала подле подстреленного в плечо мужчины. Волчица без особого интереса влезла в сумку затем, чтобы найти какие-то бумаги или же заказы, что смогли бы помочь выйти на шайку подобных сволочей, а после раз и навсегда отучить их использовать разумных существ в качестве товара. Но она ничего не нашла ни в одной из имеющихся поклаж. Возможно, эти остолопы и читать-то не умели. На кой им тогда какие-либо бумажки? Даже если они выполняли чей-то заказ, то едва ли додумались составить договор или же получить хоть сколько-нибудь ценную бумажку, по которой можно денег потребовать... только вот кто их, таких расчудесных, защитил бы? Волчица вздохнула и обернулась к Шеду, который закончил свой нехитрый обыск и уже направлялся в её сторону. Услышав благодарность от мужчины, девушка не смогла сдержать добродушной улыбки и коротко кивнула. Однако стоило ему высказать свои удивительные предположения, как настроение улыбки резко поменялось. На смену доброжелательности пришла ирония, а с уст сорвался короткий смешок.
- Я, конечно, понимаю, что общество трёх трупов намного привлекательнее одного живого существа – они хотя бы выпить не будут просить, но даю тебе честное волчье слово, что не имею столько здоровья, сколько мой дядя, чтобы выпить все оставшиеся здесь запасы, - в золотых глазах светилось лукавство. Ход мыслей Шеду ей казался странным, по крайней мере, в данный момент. Чем он мог ей надоесть? В выслеживании разбойников он не мешал; не шумел, когда крались по лесу и к поляне; предложил дельный план, да ещё и магом оказался, что было вдвойне любопытно. Дарина с удовольствием просто пообщалась бы с этим всё ещё загадочным для неё человеком. А он решил так странно и неловко от неё избавиться. Однако она и не думала сердиться, ведь могло статься так, что человек просто не хотел чьего-либо общества, даже если его личные эмоции говорили об обратном.
- И не обольщайся, - продолжила она, спокойно, выдернув из шеи своей жертвы стрелу, - у тебя очень плохо получается быть надоедливым, - самка пожала плечами, оторвала кусок ткани от хлипкого одеяния преступника и обтёрла наконечник, а после мирно заглянула в глаза бородача. - Но... если ты действительно хочешь остаться один - я пойму, - искренне закончила лучница, запихивая стрелу обратно в колчан, чтобы после с интересом взглянуть на человека, ожидая его ответ. Казалось, она и сама с каким-то внутренним напряжением ждала его ответа. Не хотелось снова остаться одной.
- К тому же.. - состроила хищница хитрую мордашку, - вдруг тут ещё толпа таких же разгуливает? - указала она рукой на того, кто был жертвой Шеду. – Мне что, потом тебя на чёрном рынке выкупать? Я же выкуплю – так и знай, - хихикнув, серьёзно сказала волчица. – И тогда не жалуйся, потому что хорошие напарники на дороге не валяются, а у тебя отличный потенциал к командной работе! – Сказав это, девушка подмигнула соратнику и решила, что всё-таки стоит оттащить тела хотя бы на окраину поляны, если человек решит не отказываться от общества зверя.

0

20

Против его ожиданий, Дарина не спешила раствориться в ночи и, похоже, вовсе не посчитала его лишним в своей команде, несмотря на то, что пользы от него было с мыший нос, ведь выследила их она, а он лишь шел за ней хвостом. Сам бы он от такого помощника отказался, пожалуй. Впрочем, второго такого в Айлее, поди, нет, так что об этом можно было и не думать.
И против же его ожиданий, волчица, похоже, хотела задержаться на этой полянке. Не потому, конечно, что это он такой приятный во всех отношениях собеседник и товарищ, а скорее уж потому, что ночь выдалась не бедной на события, и девушка наверняка хотела отдохнуть у костра, а не мчать сломя голову через степь. Даже если ландшафт здесь украшен тремя мертвецами. В конце концов, они его не так уж портят, выглядят вполне аккуратно, во всяком случае, а не разметаны тонким слоем по всей поляне.
- Да нет, - Шеду качнул головой и сдержанно улыбнулся. - Я вовсе не гоню тебя, ты - приятная компания.
Шеду зачем-то провел ладонями по рубахе - то ли ладони отер, то ли рубаху оправил, - а затем подошел к залежам бутылей и опустился на корточки в поисках эля. Ему непременно нужно было занять себя чем-нибудь не слишком бессмысленным, если Дарина решила остаться и дождаться утра с ним, потому что как бы ему ни хотелось иного, он чувствовал определенную неловкость, потому что попросту не представлял себе, как себя вести. Обычно взаимоотношения с другими у него были обусловлены либо получением некоторой прибыли, либо плотскими утехами, либо - в храме - обучением, только вот Дарина не подходила ни под один из этих случаев. Что ж, разобраться с этим точно поможет эль, хмельное всегда разговору помогает. Только вот поди его найди, этот эль: ни одна из бутылей не подписана!
- Если тут еще толпа разгуливает, точно оставайся, вот сейчас как упьемся этих безымянных напитков, да пойдем эти толпы гоготом распугивать, - сказал он, повернувшись вполоборота к Дарине и усмехнувшись. Услышать про себя, что он - хороший напарник, было лестно, и на душе как-то потеплело. Приятно, когда тебя хвалят, чего уж.
Шеду проследил взглядом, как волчица подошла к одному из мертвецов и наклонилась, явно собираясь подхватить его и куда-то утащить. Он встал и непонимающе уставился на беловолосую: вроде как помочь след, да только не понятно, почему бы не оставить их как есть, лежат ребята, никого не трогают, кушать не просят.
- Ты чего это? Куда это ты его? Зачем? - спросил он, сбитый с толку, не сформулировав до конца ни одного вопроса. Нет, можно, конечно, допереть их до опушки, соорудить колья, да насадить горе-охотников на эти самые колья в назидание прочим браконьерам, да только, во-первых, это было бы, пожалуй, уж слишком жестоко - убили же уже, к чему дальше тела терзать, а во-вторых, только морока никчемная, зачем делать лишнюю работу. Впрочем, с чего он решил это про колья? Дарина чрезмерно кровожадной себя не показала. Но и иного применения мертвецам он выдумать не мог. Да и вообще он уже успел мыслями унестись немного в будущее, где уже откупорил бутылочку, в которой, по его соображению, должен был оказаться непременно хороший эль, и непременно вульфарский (вот уж кто знал в нем толк!), поэтому то, что златоокая еще дел придумала, его определенно не особенно радовало, поскольку отодвигало момент, когда хмельная жидкость согреет сердце, а огонь костра - руки и ноги.

+1

21

Дарина вмиг повеселела, стоило Шеду дать своё согласие на её присутствие. Она благодарно улыбнулась мужчине, ощущая растекающиеся в груди тёплое чувство признательности. Само собой, если бы он ответил отказом, то Дарька довольно быстро покинула бы местность и оставшийся портрет нового знакомца складывала бы уже сама, исходя из логики и подмеченных деталей. Но ведь спросить проще и интересней. Любой встреченный путник — загадка, а юная Монлуа была слишком любопытна, чтобы лишить себя удовольствия узнать о человеке чуть больше. Тем более, боевой товарищ! Она была уверена, что им найдётся о чём поболтать. А столь нелепое событие вполне может положить начало хорошей дружбе.
- И обязательно подольём масла в огонь волчьим воем, - волчица мгновенно подхватила идею мужчины, не удержавшись от короткого смеха. - А вот пить всё подряд — я бы тебе не советовала, - наставительно обронила хищница мягко подходя к одному из мертвецов, будто человек чутко спал и мог очнуться из-за её приближения. - Там вполне может оказаться яд или снотворное, которое тебе вкололи не так давно, - украдкой вздохнула хищница, искренне надеясь на ошибочность выводов, и решила исполнить свой план очистить поляну от нежелательной компании. Само собой это не могло не укрыться от цепкого взора напарника, который, судя по всему, даже не нашёлся сначала что и сказать по этому поводу, а потому резко выдал сразу все вопросы, которые могли прийти ему в голову в критической ситуации. Вышло не так уж плохо.
- Я его туда, где ему будет прохладно и уютно под сенью пушистых кустов, - мягко, почти заботливо ответила Дарина сразу на три вопроса, но после насмешливо фыркнула и подняла лукавый взгляд на Шеду, золотистые глаза сверкнули неподдельным весельем. - О, ну брось. Неужели тебе хочется наблюдать как из чащи выходят дикие звери и трескают человечину прямо на твоих глазах?  - она вопросительно приподняла брови, но решила не дожидаться ответа и уже через пару мгновений шла за следующей жертвой.
Когда не самые приятные элементы окружающей природной среды были устранены, Дарина пристроилась на довольно-таки крупном поваленном дереве. След, приметно тянувшийся из-за кустарника, намекал на то, что столь удобное место для посиделок притащили сами работорговцы, явно намереваясь задержаться на полянке подольше. И эта мысль заставила хищницу неприязненно поджать губы. Возможно, их и правда кто-то нанял.
«Тогда маловато они снотворного Шеду вкололи», - хмыкнула Дарька, припоминая, что разбудить мужчину получилось довольно-таки быстро.
- И как успехи по поиску спиртного? Нужна помощь? - с неподдельным любопытством поинтересовалась хищница у мужчины, отбрасывая в сторону ненужные сей час мысли, вытирая руки о более менее чистый кусок ткани и подкидывая в весело потрескивающее пламя несколько крупных веток, что горкой лежали подле него. - Или наши друзья оказались из тех, кто пьёт всё, что горит? - девушка усмехнулась. Сама она спиртное практически не употребляла, потому как не получала от него какого-либо удовольствия. А веселиться волчица умела и без дополнительных возлияний. В малых количествах, в честь праздника или какого-то успеха вполне могла испить кружечку эля, но не более того. В остальное время душа просто не лежала к выпивке. Нынешняя небольшая победа казалась Монлуа достойным поводом для маленького праздничка в узком товарищеском кругу, а потому волчица была готова даже обнюхать все подозрительные бутылки, чтобы найти нужную.

0

22

Услышав девичий смех, Шеду и сам не сдержал короткого смешка, явственно вообразив себе пробирающихся в ночи охотников и выскакивающих им навстречу со всей возможной внезапностью, мгновенно переходящих из режима невидимости в режим наибольшей шумности, не вполне трезвых себя и Дарину, от души завывающих на всю степь. После такого, пожалуй, среди браконьеров пошли бы гулять самые дикие истории об обитателях степи.
На замечание о содержимом бутылок Шеду кивнул. Да, насчет яда ему в голову не пришло. Впрочем, охотники, похоже, и не яд использовали, а своего рода снотворное, но хрен редьки не слаще. О ядах Шеду знал не много: использовать доводилось, а вот изготавливать - нет. Зато он умел строить логические цепочки и умозаключения, и если эти трое ребят, которых Дарина сейчас оттаскивала в чащу, не были отягощены большим умом, то скорее всего рассуждали примерно так же. А они, судя по всему, не обладали ума палатой. Поэтому вряд ли замешивали яд в бутылях с хмельным: бутыли не подписаны, а эти дуболомы, замешай они хоть в одну из них яд или снотворное, точно не отличили бы потом ту бутыль среди остальных. Стало быть, все, что тут есть хмельное - всё безопасно. А яды хмелем не пахнут, ежели их к нему не подмешать, это Шеду знал по своему опыту. Стало быть, перед тем, как хлебать из бутылей, довольно будет понюхать, чем оттуда, из горлышка, пахнет.
Причина же, по которой златоокая утрудила себя перетаскиванием тел, сперва озадачила Шеду, мол, чего бы его должен смущать вид кушающих животных, если таковые вдруг объявятся на халявную пирушку, но затем прикинул, что это ведь он человек простой, как удар по морде, никакой там особой душевной организацией похвастать не может, а Дарина всё ж таки девушка молодая, да и хозяйственная, видать, а женщины любят, чтоб порядок был в окружающем пространстве, чтоб звери ели в специально отведенном месте, а не где попало, да чтоб мусор по углам не валялся, и хоть тут не дом, а всего лишь поляна, мертвецов вполне можно и за мусор учесть, а значит и не след им лежать где попало, да как попало, а раз уж они заодно и корм для зверья, то тем более лежать им поодаль. Объяснив это самому себе таким образом, он кивнул своим мыслям, мол, раз надобен порядок, так он препятствовать не станет, и принялся открывать бутылки одну за одной и внюхиваться в содержимое.
Две из девяти бутылей не пахли хмельным: одна пахла пряным сладко-горьким, а вторая - морской водой, но проверять содержимое на своем организме Шеду не собирался. Из оставшихся семи три были с вульфарским элем, одна с человеческим, а еще три - вовсе с вином. Чтобы не запутаться, чернобородый разложил их кучками, мягко перекинув две ненужные бутыли на другой край поляны. Те упали с глухим стуком, не разбившись. В одной из них почти наверняка было то самое снотворное, ведь ни в сумках, ни в карманах у убитых никаких иных емкостей не было, а снадобье неизбежно где-то хранилось. Разве только не болталось где-то в сумке или в кармане, которых не было в эту ночь на этой поляне. Такую мысль допускать не хотелось, ведь тогда бы это значило, что где-то сравнительно недалеко есть еще один или несколько бравых ребят, которым не место в этих землях.
- Спиртное от неспиртного благополучно отделено, в нашем распоряжении эль и вино, - отчитался шутливо. - Лично я начну с эля, он мне больше по душе, - с теплотой в голосе сказал Шеду и схватил одну из бутылей за стеклянный бок. - Насчет всего, что горит, не скажу, потому что содержимое двух бутылей для меня так и осталось тайной, если интересно, можешь сама проверить, вон там лежат, - Шеду махнул рукой в нужную сторону. - Может они и безопасные, пробовать не стану.
Шеду сел на бревно и вытянул ноги к костру, с интересом воззрившись на Дарину. Ему было любопытно, пойдет она сама проверять, что там, в тех бутылках, или махнет рукой. У нее-то обоняние получше его будет, может, она сразу безошибочно угадает, чего там за жидкости. Если не пойдет, то Шеду быстро выкинет это из головы, но все же ему было интересно, что там, и немножко жаль, что возможно это навсегда останется тайной.

+1

23

Когда Шеду озвучил короткий, но даже чуточку разнообразный список имеющегося спиртного, Дарина состроила удивлённую мордаху и даже бросила уважительный взгляд в сторону кустарника, за которым теперь следовало покоиться троице бывших браконьеров. А ребята знали толк в выпивке. Жаль, что ума не нажили достаточно, может даже весь в выпивке и утопили. В голове у самой Монлуа плескались невесёлые мысли о том, что вульфары бесполезно тратят свои силы, просто так отлавливая различных наглецов, ведь те хоть и боятся гнева волчьего народа — прекрасно знают, что выловить охотников непросто.
«Хоть на воротах городских их вешай... или на границах», - посетила волчицу кровожадная мысль и она поморщилась, понимая, что это не выход из проблемы. Тем временем собеседник поведал о двух странных бутылках, отвлекая Дарину от невесёлых мыслей, и она встрепенулась и оживилась, вмиг посмотрев туда, куда указал спутник. И хотя ей было любопытно, Дарина сразу же не побежала в обозначенную сторону. Она металась между желанием проверить содержимое самостоятельно и желанием не обидеть Шеду своим недоверием к его выводам. Однако почувствовав на себе взгляд, лучница обернулась к его владельцу и удивлённо вскинула брови.
- Что? - озадаченно выпалила она первое, что пришло в голову. Слишком уж явный интерес был написан на лице бородача. - Думаешь, стоит и мне проверить? - сделала предположение волчица, потому как до этого речь велась именно о неизвестном содержимом бутылок. Однако дожидаться его ответа не стала, лишь легко поднялась с удобного брёвнышка и довольно быстро подобралась к зеленоватым ёмкостям. Дарька без особых расшаркиваний откупорила одну бутыль, прикрыла глаза и потянула носом аромат. Странный, солонковатый, чуточку застоявшийся запах морской воды с лёгким отзвуком водорослей. Возможно, разбойники использовали солёную воду для создания пресной, а может это какое-то особое лекарство, коими промышляли некоторые знахари на морских берегах. Дарьке не доводилось ими лечиться, она лишь слышала о подобном. Вроде такие зелья неплохо спасали от насморка. Она без сожаления закрыла бутылку и положила на место, взяв иную. А стоило довольно едкому запаху ударить в нос - хищница неприязненно поморщилась, чуточку позеленев, а потом и вовсе нахмурилась.
- Фу, пахнет как зелья отца, - констатировала охотница, закрывая бутылку и беря её с собой, чтобы уложить в сумку. - Наверняка алхимическое снадобье, поэтому лучше здесь не оставлять, иначе наткнётся кто-нибудь... и хорошо если не очень умным окажется и только себе навредит, так может же и другим вред принести, - в очередной раз поморщилась она, присаживаясь обратно на брёвнышко и несколько мгновений молча глядя на весёлое пламя костра.
- Знаешь, а ведь их могли послать специально, - с лёгким вздохом озвучила волчица свои подозрения. - Я к тому.. что если они не вернутся к заказчику, то придут другие.
Это открытие никак не радовало хищницу и она понимала, что подобное не должно никоим образом заботить спутника. Может, Шеду даже  какое-то время поостережётся теперь по степям бегать и будет прав.
- Ой, а ты есть хочешь? - резко сменила тему волчица, решив не грузить собеседника проблемами своего народа, и полезла в сумку за припасами. - Я знаю, что после воздействия некоторых снадобий — есть хочется ужасно, - смешливо фыркнула златоокая и достала некоторое количество вяленого мяса, хлеб, немного сыра и пару яблок. Вот уж без этих фруктов самка не выходила никуда. Возможно, именно поэтому Шиархи хоть сколько-нибудь была к ней благосклонна?

0

24

На вопрос о том, стоит ли по его мнению ей проверить содержимое тех двух бутылей, которые Шеду отбросил подальше, он ответить не успел - девушка тотчас подхватилась и направилась к ним, уже всё решив и без него. Впрочем, это даже было к лучшему, потому что Шеду бы все равно лишь пожал плечами и ничего путного не сказал. Теперь же он порадовался любопытству волчицы, авось расскажет, если что-то интересное учует.
Грэй, прихлебывая эль, наблюдал за полуосвещенной девушкой. Вот она откупорила одну из бутылей, подняла горлышко чуть ближе к носу и на секунду замерла, прислушиваясь к запаху, помедлила пару мгновений и забила пробку на место. Бутылка вернулась на землю, а ее место в руках девушки заняла другая. С ней Дарина проделала то же самое - вытащила пробку, приподняла чуть ближе к лицу, замерла, прислушиваясь к запаху. Но эту бутыль вульфарка закупорить не спешила, Шеду даже вдруг показалось, что лицо ее исказилось, впрочем, это могла быть лишь причудливая игра света и тени в неверных отблесках костра. Тем не менее тишину она нарушила именно выражением неприязни к содержимому стеклянной емкости. И одновременно с этим обнаружила ему кусочек своей жизни, да притом выходило, что жизнь была у нее не такая уж обыкновенная.
С алхимиками Шеду иметь дела не доводилось, ему вполне хватало время от времени наведываться к тем, кто умел сготовить яд удовлетворительного качества и держать язык за зубами, большего ему не требовалось, а с этим могли справиться как аптекари средней руки, так и самоучки-зельевары местного разлива. Так что в целом Шеду весьма слабо себе представлял, чем таким могут заниматься алхимики. В его представлении они были чем-то вроде лекарей для аристократов, и отличались от простых лишь тем, что за свои услуги просили плату больше. Из слов девушки он сделал вывод, что ее отец и есть алхимик, и по его разумению это вполне согласовывалось с предыдущим его предположением о том, что вульфарка принадлежит к знати, недаром же волосы белые. И коль уж Дарина заподозрила в содержимом бутыли алхимическое снадобье, то Шеду рассудил, что, должно быть, это и есть та дрянь, которой была смазана стрела, вырубившая его посреди степи. Так что с тем, что оставлять это здесь не стоит, бородач был совершенно согласен.
- Точно, оставлять не будем, - кивнул Шеду. - Надо бы его вообще вылить под ближайший куст, - предложил он как бы походя. Ему отчего-то казалось, что девушка хочет забрать снадобье с собой, и хотя это было лишь его предположение, ни на чем, в сущности, не основанное, он уже заранее возмущался против ее мнимого решения, словно это снадобье ему личное оскорбление нанесло, а ему это прощают.
Несколько запоздало ему подумалось, что то, чем его вырубили, должно было быть довольно концентрированным, а эта бутыль для чего-то высокой концентрации была явно великовата, что вернуло его к тревожной мысли о том, где же тогда пузырек с концентратом.
Дарину, как оказалось, тревожили схожие мысли. На ее слова Шеду усмехнулся:
- Придут, это верно. Придут в любом случае, от того ли заказчика, от другого ли, - он сделал долгий глоток, утер усы рукавом. - По-одиночке их выслеживать - что блох на немытом ловить - гиблое дело.
Шеду в красках представил себе этого самого "немытого" с его блохами. Вот как человека погружают в воду, оставляя только нос над водой, чтоб блох вывести, так, образно говоря, следовало и этих паразитов выводить. На этом мысль Грэя тонула в образности и переходила куда-то в философский разрез, и туда Шеду за ней уже не следовал: про философские вопросы пущай профессора думают в своих светлых чистых комнатах, забитых книгами (по крайней мере Шеду казалось, что у всех профессоров поголовно комнаты под завязку забиты книгами), а ему и без того есть, чем голову занять.
Вопрос Дарины прозвучал как-то неожиданно, а секунду спустя Грэй понял, что еще и неожиданно уместно: есть и впрямь хотелось. Ну да он от еды вообще никогда особо не отказывался, даже если вроде как был сыт, так что когда вульфарка начала копаться в сумке, Шеду вытянул шею, словно пытался заглянуть внутрь и выяснить, что съестного там есть.
- Точно, - подтвердил он, - ужасно. Я бы сейчас целого изюбра стрескал. Но сойдет и... - он запнулся, потому что не знал, что же у нее есть, но тут на свет начала появляться снедь, и он продолжил поспешно, довольно скалясь: - ага, и мясо сойдёт, и хлеб тоже. А как я сыру рад - не передать! Но ты всё-то погоди доставать, у меня тоже кой-чего припасено, я ж в степь не с пустой сумкой поперся, - спохватился он, поставил бутыль на землю, предварительно сделав глоток, а затем подыскав ей устойчивое положение, снял заплечный мешок, распустил завязки и сунул нос. В мешке было ничерта не видать, так что в основном Шеду ориентировался на ощупь, выудил оттуда завернутую в ветошь горсть орехов, кусок мяса и ржаную лепешку. Большую часть еды он, конечно, оставил в мешке: девушка поутру вернется в свой барский дом и без еды не останется, а ему еще не один день на своем пайке держаться. Конечно, сейчас, когда пошел лес, совсем без еды он не останется, но всё же охотник из него так себе, а такому лосю, как он, долго без мяса ну никак нельзя, он от этого грустнеет. В подрагивающем свете костра Шеду заметил, что выудил тот кусок мяса, который уже успел покусать, но менять уж не стал, девка-то вроде нормальная, не из тех, кто от еды нос воротит, если еда не на серебряной тарелочке подана. Но на всякий случай достал нож из-за голенища и протянул златоокой:
- Вот, ежели тебе надо чего порезать.
Сам-то он не видел много смысла в нарезании еды, бери да кусай, чего её рассусоливать, но волчица-то благородных кровей, хоть какой-то минимальный комфорт ей, небось, все равно надобен.
Шеду подхватил бутыль и хорошенько пригубил, с удовольствием отмечая, как крепкий вульфарский эль согревает душу.
- Так это, - начал он неловко. - Ты, значит, дочка алхимика? - он сам не знал, на кой он спрашивает про это. - А чего такого самого опасного он за свою жизнь сделал? - ему было интересно, насколько лучше яд, изготовленный знатным лекарем, того яда, что намешивает обыкновенный, близкий к народу, но если на этот вопрос ответом будет история про то, как он кого-нибудь богатого со свету сжил - это ему тоже было бы по душе, так что формулировка вопроса оставляла простор для ответа. Вообще-то ему было гораздо более интересно, почему дочка знатного человека по ночам надирает уши браконьерам, ведь могла бы себе, небось, телохранителей нанять, как у принцессы, но отчего-то всё сама. То ли блажь такая, то ли у вульфарской знати тоже полагается все-таки уметь не только вилку в правильной руке держать, но и за себя постоять. Но об этом он покуда спрашивать не спешил.

Отредактировано Шеду Грэй (19.10.2016 00:49)

+1

25

Дарина была согласна с мужчиной относительно метода, который поможет избавиться от зелья раз и навсегда. Вот только выливать его под ближайший куст ей совершенно не хотелось: мало ли чего намешано в том снадобье? Не приведи Боги в речку попадёт да людей потравит, с ума сведёт, поможет развиться какой-нибудь болезни, скот повалит — уйма вариантов! Но не меньше людей и зверей, хищнице было жаль прекрасный лес, что скрывал в себе границы владений вульфаров. Дарька любила приходить в него и просто наслаждаться пением птиц, неторопливой вознёй различных зверьков; ощущать себя частью природы. Ей было бы бесконечно жаль, если бы на месте, куда она вылила зелье, через месяц, а то и меньше, появилась иссушенная и мёртвая земля. Монлуа знала местечко, где подобной гадости будет самое место.
«Сколько живём, столько и ловим этих блох», - уныло подумала волчица, стоило Шеду провести аналогию с кем-то крайне блохастым. Выловить всех, кто желал нажиться на чужом горе — не представлялось возможным. Радовало, что хотя бы пока вульфаров в волчьем облике не загоняли псами и не отстреливали как обычных зверей. Впрочем, если ей, дочери свободолюбивого народа, который точит зубы разве что на вамфири, -  пришла в голову столь крамольная мысль, то оная же запросто может прийти на ум какому-нибудь особенно азартному охотнику-аристократу. Однако Дарина очень надеялась, что ошибается. Будто от её надежды могло что-то зависеть.
Она с улыбкой слушала то, насколько голоден её собеседник и удивлялась, что он, до заданного ею вопроса, о еде вовсе не заикнулся. Наверное, его голову занимали совсем уж важные мысли, вытесняющие робкие просьбы организма об обязательной трапезе после увлекательного приключения. Это предположение показалась волчице забавным и она хихикнула, уловив краем глаза небольшое движение со стороны Шеду, пока рылась в своём походном хранилище. Чуть позже оказалось, что оживился он неспроста, прилежно назвав то, что появлялось из сумки. Подглядывал, хитрюга. Сотрапезник и представить не мог, что его интерес к сыру смёл последние сомнения в душе волчицы касательно этого продукта. Сама Дарина к сырам была равнодушна, а взяла кусочек из вежливости и в качестве скромной оплаты за плёвую помощь. Ведь ещё утром, проходя по небольшой приграничной деревеньке на территории людей, она помогла пожилой женщине изловить нескольких кур, которые вероломно сбежали из своего загона, хотя он был тёплым и защищённым от дождя. Странные птицы.
- Оставь. Тебе, наверное, потом ещё долго идти, - выдвинула протест волчица, когда мужчина тоже решил поделиться своими припасами. Она-то не волновалась касательно еды, ведь поутру отправится в ближайшую деревеньку, чтобы предупредить местных о возможном появлении новых работорговцев. Да и охотник из неё был неплохой, даже в волчьем облике, которым она почти не пользовалась. Дарине тут же припомнился заяц, за которым она азартно погналась, прогуливаясь по степи в виде зверя. Говорить о том, что им же перекусила — девушка не собиралась, даже если бы поведала об этой охоте.
«Решит ещё, что ненормальная», - про себя фыркнула охотница, переключив внимание на возню Шеду, который всё-таки внёс свою лепту в поздний ужин, а после ещё и нож протянул, пояснив, для чего. Дарина с удивлением взглянула на него, но качнула головой, мол, не требуется. В походных условиях было не до манерности, чему сразу и чётко обучал дядюшка даже своих самых утончённых и нежных учеников да подчинённых. Златоокая являлась ещё и племянницей, поэтому спрос был соответствующий.
- Приятного аппетита, - добродушно улыбнулась хищница, отложив в сторону свою сумку. Есть Монлуа не хотелось, но для себя она решила, что может быть по меньшей мере неучтиво проигнорировать трапезу, инициатором которой она являлась. Дарька задумчиво повертела в пальцах орех, будто желала рассмотреть  его тщательней в отблесках костра, заодно решая с чего начать беседу, а в это время на полянку навалилась умиротворяющая лесная тишина, изредка нарушаемая криками или шорохом ночных тварей. Первым завёл разговор Шеду, и вопрос, который он задал, несколько удивил самку, хотя взгляд золотых глаз, обращённый к собеседнику, был скорее ироничным. Впрочем, с чего ещё начинать беседу? С известных фактов! А их Монлуа мужчине предоставила ранее, оставалось лишь ответить на сопутствующие вопросы, а после задать свои.
- Тайны хранить умеешь? - с заговорщической физиономией спросила она у собеседника таким тоном, будто собиралась по меньшей мере государственную тайну выдать.
- Думаю, что я  - самое опасное его достижение, - лукаво улыбнулась самка, вновь взглянув на собеседника и сверкнув глазами, а после рассмеялась. Но смех оборвался быстро, ведь Шеду вполне мог решить, что она имела ввиду лишь большое мастерство батюшки делать и воспитывать детей. А это было бы ложью. Сидящий подле мужчина не хитрил, не юлил и вёл себя непринуждённо; был довольно сообразительным, как показали недавние события. Простым, а оттого приятным собеседником. Славный из него, наверное, друг. Его поведение не вызывало опаски, а потому волчица со спокойной душой начала, решив быть честной:
- Ты путешествуешь по нашим землям и, думаю, знаешь, что в троелуние вульфары не могут контролировать своего зверя, обращаются в волков, - довольно бодро начала Дарина с нотками теплоты в голосе рассказывая о своём народе. - Нами вроде как завладевают инстинкты, многие отправляются на большую охоту, - волчица сделала небольшую паузу, решив, что и этого достаточно, а после, сощурившись, взглянула на бородача. - Так вот. Я — не обращаюсь, у меня другие... гм... таланты.
Чтобы не быть голословной, хищница ловко закинула орешек в рот и показала Шеду свою руку, на которой довольно быстро появились тёмные когти, вместо обычных человеческих ногтей, а на тыльной стороне ладони показалась короткая белая шёрстка. Компаньон вроде как был не из пугливых, а потому Дарька искренне надеялась, что история с клинком у шеи не повторится, если она покажет пару фокусов.
- А ты, как я понимаю, мало того, что оружием владеешь, так ещё и маг? - как бы невзначай поинтересовалась девушка, с интересом и весьма выжидательно глядя на мужчину.

0

26

От ножа девушка отказалась, и Шеду одобрительно усмехнулся. Правильно, когда находишься в походных условиях, нежности в сторону. Когда же Дарина пожелала приятного аппетита, Шеду как раз пытался откусить от мяса кусок побольше, и пожелание это было для него таким неожиданным, что он на секунду остановился. В трактирах ему такое не говорили перед едой, да и зачем: во-первых, не ясно, как аппетит может быть приятным или не приятным, он же либо есть, либо его нет, а во-вторых, уж если он есть, и ты при этом ешь - это по-любому приятно. Пока он раздумывал, стоит ли ему что-то сказать в ответ, и как там принято у этих приличных людей, кусок уже откусился, и теперь Шеду вовсе ничего не мог сказать при всем желании, пока не прожуёт и не проглотит. Чтобы не выглядеть совсем уж тёмным невеждой, старался прожевать быстрее, исподволь поглядывая на девушку, казалось, она о чем-то задумалась, но когда дожевал, сказал совсем другое. И неожиданно златоокая оживилась, в улыбке объявилась хитринка, так что на ее вопрос Шеду только кивнул с доброй усмешкой. Тайны - это всегда интересно. А некоторые тайны - это еще и полезно. Впрочем, эта тайна, наверняка, из первой категории, потому что никакую информацию он использовать не сможет при всем желании, ведь кроме имени волчицы он ничего о ней толком не знает - и это к лучшему. Всегда есть информация, которой лучше быть неузнанной. Пожалуй, этим и хороши случайные встречи в дороге: человек мимолетно появляется в твоей жизни, словно искра, взлетающая от костра, а затем, подобно ей, навсегда и бесследно исчезает.
С лукавой улыбкой Дарина поведала тайну и... Шеду даже немного расстроился. Нет, девушка была, конечно, хороша в выслеживании и стрельбе из лука, с этим он и не думал спорить, но всё же разве можно считать хорошо обученного ребёнка достижением? Грэй в этом сомневался. Ребенок - это, как ни крути, другое, отдельное от тебя, но живое разумное существо, оно достижением быть не может, это же не какая-нибудь там высокая категория в магии, которой ты достигаешь своими собственными усилиями, своей личной работой. Саму Дарину это, впрочем, рассмешило, так что Шеду решил, что это, возможно, была шутка. В шутках Шеду был плох обычно, так что ничего удивительного, что он не распознал ее.
Однако тайна на том не кончилась, и волчица продолжила. То, что она говорила про вульфар, Грэй действительно знал и даже краем глаза наблюдал, а потому согласно кивнул на это. А вот закончила сребровласая и впрямь несколько неожиданно. И даже продемонстрировала. Еще в начале их знакомства мужчина уже видел такое: на скулах спасительницы будто засеребрилась шерсть, и тогда он этому значения не придал, посчитав игрой теней, мало ли что почудится в неверном свете лун. Но сейчас списать на скудный свет было сложно, шерсть эту он мог бы прямо сейчас потрогать, сомнений в этом у него не было. Шеду на всякий случай приложился к бутыли и какое-то время не отлипал, чтобы и жажду утолить, и скумекать, как это так может быть. По всему выходило, что тут магия потопталась, как двурог на выпасе. А стало быть, алхимики - не такие уж простые врачеватели. А то и вообще никакие не врачеватели, а занимаются какой-то своей магией, которая в богами данную никак не укладывается. А вот это уже пахнет дурно, потому что кто его разберет, чего от этой гхыровой магии ждать, ежели она даже самую вульфарскую суть эдак лихо искажает. Такая неподконтрольная магия легко может сулить целую бездну неприятностей такого толка, какого и лучшие умы Белой Академии не предвидят ни в жизнь. И ведь не слукавила девка, и правда получалось, что она - опасное достижение. Ну, то есть, опасное, если на нее кто не чистый на руку влиять начнет, сейчас-то она казалась обычной славной девушкой с несколько менее обычной природой. Интересно, а можно ли её всё ещё было назвать вульфаркой, если самая вульфарская суть в ней искривлена? Не даст ли она начало какой новой расе, став ненароком алхимическим экспериментом? Да и понимала ли она, на что идёт, что приобретёт и что потеряет, когда участвовала в отцовских опытах? И один ли её отец эти опыты ставил? Маги ведь любят какой-нибудь компанией работать, то ли скучно им в одиночку, то ли сил недостает. Вдруг их там ажно целая свора таких, которые против богов прут? Мысли эти короткими молниями мелькали в голове, и прервались лишь когда Дарина задала ему вопрос. Он посмотрел на нее непонимающе, но в следующий миг смысл сказанного дошел до него и губы тронула улыбка. Он отставил бутыль и протянул ладони к огню, впитывая кожей тепло.
- Да ну, какой я маг, так, пару трюков выучил, да и всё, - Шеду мягко пожал плечами. Ему было приятно, что Дарина отметила его владение кинжалами. Не то, чтобы он совершенствовался в обращении с ними ради похвалы от девушек, а всё равно это страсть как грело душу. - Но ты ведь и сама умеешь фокусы показывать, - невзначай заметил он, намекая на мираж оленя в кустах, которым девушка отвлекала браконьеров.
Ладони потеплели. Шеду взялся было вновь за эль и мясо, но остановился, словно собираясь спросить что-то. На секунду передумал, негромко выдохнув, а потом всё-таки снова вдохнул и проговорил:
- Ты девушка умная, вот скажи мне, неужто тебе эта вся... алхимия эта не кажется, ну, противоестественной, что ли? - спросил он, поморщившись на слове "алхимия". Шеду - человек простой, и рассуждает по-простому. Может быть, Дарина, как девушка светская и образованная, ему объяснит сейчас, чего ему не известно, он ведь не какой-нибудь умник, его цепочки рассуждений коротки и незамысловаты, и никаких знаний из книг он не черпает. Может, зря он так сразу огульно порицает алхимиков? Ведь еще несколько минут назад он считал их лекарями, а стало быть полезными людьми. Может быть, в его выводах кроется прореха, которой он не способен приметить из-за неосведомлённости?
Он хотел было еще что-то добавить, но в голове было непривычно много вопросов и мыслей, так что он не смог больше выбрать ничего путного и таки принялся за еду, поглядывая на волчицу.

+1

27

Углядеть на лице Шеду какую-либо внятную реакцию на раскрытие столь «удивительной» тайны, волчица не смогла. Однако её порадовало, что мужчина не отшатнулся или же не замахал руками в воздухе, силясь нарисовать какой-нибудь отвращающий беду знак, принятый у храмовников. Скорее, это признание его озадачило, а может мужчина и вовсе размышлял как выразить свои эмоции таким образом, чтобы волчице не очень обидно было. Дарька лишь усмехнулась и вовсе не собиралась обижаться на что-либо, ведь понимала некоторое замешательство собеседника, который накрепко вцепился в эль, ведь тот, видимо, помогал переварить увиденное.
«Довольно любопытный способ вернуть самообладание», - мысленно посмеивалась волчица, а во взгляде плясали искорки веселья. Она коснулась ладонью шершавой коры, и частичная трансформация испарилась как прохладный туман на набирающем силу утреннем солнце.  Неизвестно как бы сама Монлуа реагировала на существо, подобное себе, если бы не подозревала даже, что столь необычные алхимические опыты кто-то осмеливается проводить на живых существах. Возможно, её хватило бы максимум на то, чтобы присвистнуть и попытаться пощупать невиданное ранее чудо. Поэтому столь своеобразная, но спокойная реакция собеседника волчицу вполне устраивала, ведь оная выглядела более искренно, чем различные ахи и вздохи, которыми многие так любят сопровождать своё удивление.
Вопрос Дарины сумел отвлечь Шеду от тяжких дум, что было видно по озадаченному взгляду, который он перевёл на неё. Сама вульфарка не смогла сдержать весёлого смешка — очень уж забавно мужчина выглядел в тот момент.
- Трюков, - недоверчиво повторила волчица, чуть закатив глаза и скрестив руки на груди, а после обратив полный сомнения взгляд на бородача. - Простыми трюками спать навсегда не укладывают. У тебя как раз - полезные умения, - наигранно-наставническим тоном резюмировала она. Самка действительно считала подобного рода заклинание полезным, особенно если возникала необходимость устранить кого-то скрытно. Дарине пока не было доступно умение навсегда выводить из строя своих обидчиков посредством магии Теней. Как-то так неловко вышло, что учитель сначала посчитал данные знания ненужными, а после просто не успел помочь изучить новые заклинания. Теперь самка с полной серьёзностью размышляла над возможностью обучиться теневому искусству в одном из храмов.
- Магия Теней, - чуть сморщила носик волчица, вновь кладя ладони на древесину, скрещивая вытянутые ближе к костру ноги и глядя на тёмное небо, на котором в прорехе густых крон прекрасными серебристыми искорками были рассыпаны мириады звёзд. - Пока что она действительно известна мне на уровне фокусов, - насмешливо фыркнула лучница, а в этот момент к костру подбежала плоская тень белки, повертела головой по сторонам и испарилась. - Видишь? - девушка указала рукой туда, где только что сидел ненастоящий зверёк. - Она вряд ли сможет кого-нибудь убить, если я не помогу,- чуть пожала плечами волчица и потянулась за полоской мяса, взяла её, но, поднося к приоткрытому рту, замерла, скосив взгляд на своего собеседника. Раздалось едва различимое клацанье девичьих зубов — Дарька решила поесть чуть позже. Мелькнувшая в голове мысль о том, что он мог подумать, будто самка сама пошла на подобное, несколько огорчала. Она немного нахмурилась и пару мгновений в упор смотрела на мужчину, после опуская взгляд и переводя его на жаркий костёр. Вопрос не в бровь, а в глаз. Притом рассматривать его можно было с разных сторон. Его интересовало её мнение об алхимиках и их методах в целом или о том, кем она стала, благодаря необычным экспериментам? Волчица хмыкнула. Выбора у неё особого не было.
- Алхимик алхимику рознь, - довольно глухо произнесла волчица, положив руки на бёдра, почти скрепляя их в замок и всё так же держа вяленое мясо. - Видишь ли, мой отец был одержим желанием помочь своему народу, - эта фраза была произнесена несколько пренебрежительно, что явно выдавало отношение самки к подобной задумке. - Только вот как узнать: действует твой эликсир или нет? - она скользнула взглядом по жующему мужчине, чуть вопросительно выгнув бровь, будто ждала, что он ответит. Хотя ответ и не был нужен. - Испытывать на кроликах бесполезно, а потому роль кролика отвели мне. Я всецело не одобряю опыты моего отца, я не просила подобных удивительных качеств, - хмыкнула волчица, небрежно покачивая кусочком мяса. - Но он решил, что благодаря мне вполне может вывести новый вид вульфаров, мол, в следующем поколении наш народ не будет зависеть от лун, - горько усмехнулась волчица, а затем вновь взглянула на Шеду. На лице волчицы не было грусти или отвращения, скорее смирение с произошедшим. - Не все средства хороши, как видишь.
- Но... ведь и не все алхимики такие. Некоторые делают действительно полезные снадобья, - с нотками одобрения признала она, кинув взгляд в лесную чащу и всё-таки откусив кусочек мяса, чтобы с довольной физиономией его прожевать. - Кто-то помогает лечить сложные болезни, кто-то создаёт снадобья, позволяющие дышать под водой, кому-то под силу делать уникальные эликсиры, которые действительно могут спасти жизнь при серьёзных ранах, - улыбнулась Дарька, вновь возвращая себе благодушное настроение. Она уже давно приучила себя не зацикливаться на произошедшем, ведь частичная трансформация ныне была чем-то родным. Девушка вряд ли могла как-то повлиять на когда-то произошедшее изменение её сути, равно как и исцелиться, ведь это не было недугом. Хотя где-то в душе её всегда будет грызть червячок. Он будет неизменно напоминать ей о прошлом и заставлять ощущать горечь.
- В этом деле, как и в любом другом, имеются свои фанатики и дураки, которые не слишком задумываются о других, - она качнула головой, доедая выбранное лакомство. - Взять хоть твою ситуацию, - Дарька невольно хихикнула, припоминая с чего вообще начался весь сыр-бор. - Думал ли ты когда-нибудь, что тебя спутают с вульфаром?

0

28

То, что волчица назвала полезными умениями, Шеду всегда именовал не иначе как трюки. Как бы он ни старался овладеть магией Воздуха, ему всё казалось, что он всё делает как-то небрежно, отчего как раз и случались такие казусы как с отведением воздуха от человека, и если в этом случае казус был удачным, то в иных случаях это было не так. Он подозревал в этом и влияние Хаоса, и хотя в последнее время ему куда лучше удавалось сохранять концентрацию, чем годы назад, его самодисциплина оставляла желать лучшего. Без сомнения, ему было бы полезно запереться в храме Шиархи с другими такими как он, но он совершенно не представлял себе жизнь в добровольном заточении, его душа требовала быть на свободе и болтаться по миру, как степной катун. Посему оставалось лишь смириться с тем, что ему подвластны лишь некоторые трюки, и надеяться, что однажды он освоит что-то посложнее, ну или хотя бы разовьет то, что уже умеет.
Но в таком пренебрежительном отношении к своим магическим способностям Шеду был, как оказалось, не одинок. Мужчина проследил взглядом за бесплотной белкой, сосредоточенно жуя и пытаясь сообразить, как это тень может убить. Он слыхал, конечно, кое-что про магию Теней, но это ж слухи, им веры не много, наплести про что угодно можно, а вот ежели так помыслить напрямки - тень, она же бесплотная. А судя по словам девушки, теневые маги могут ее, вроде как, уплотнить, выходит? Вот ведь! Во всякий день можно что-нибудь новенькое узнать!
А вот после его вопроса Дарина как-то сникла. Хоть Шеду и не смотрел прямо на нее, а лишь искоса поглядывал, но даже так и даже при неярком свете от костра было заметно, что что-то в ней как будто переменилось с этим его вопросом. Сперва он предположил, что обиделась за то, что он алхимию противоестественной назвал, всё ж дело жизни отца. Но совсем скоро ему стало ясно, что сама эта тема была ей не особенно приятна, она говорила о себе, но как-то отстраненно, словно отстраненность эта помогала ей не чувствовать себя "несчастной жертвой". Было немного странно, что несмотря на этот печальный опыт она не чешет всех алхимиков одним гребнем, но век вульфара дольше, чем человечий, видать, успела переварить эту дурную историю и начать относиться к ней философски. Вот Шеду бы так, наверно, не смог, сколько он мог себя упомнить, всегда у него внутри клокотала злоба. Не на что-то конкретное, а вообще, в мир, в эфир, в пространство. Просто иной раз сильнее, чем обыкновенно. И в ответ на такие финты папаши он бы точно делов натворил. Не факт, что себе в пользу, не факт даже, что живым бы вышел, но сдерживать ярость на кого бы то ни было за такие опыты не смог бы - это как пить дать.
Но слова Дарины умерили его тревогу. Ему отчего-то легко ей верилось, верилось на слово, ведь к чему бы ей измысливать такое для случайного незнакомца. И впрямь ведь - всюду разные люди попадаются, а целую профессию по одному лишь вульфару разве можно судить? Шеду издал сдержанный смешок:
- Нет, не думал, твоя правда. Но, наверно, раньше или позже это бы произошло, я ведь здесь раза два в год прохожу, а уж с моей удачей... - он неопределенно махнул рукой. К этому времени свой кусок мяса он уже дожевал, хотя и не чувствовал себя достаточно сытым, и уже примерялся к сыру с хлебом.
Невольно, больше по привычке, Грэй прислушивался к лесу, хотя в том и было мало толка, ведь вульфарка наверняка слышит больше, даже не востря слух. Впрочем, лес был покоен, лишь изредка ночные птицы перекликались в чаще, да костер потрескивал негромко. Поэтому-то Шеду и не сообразил сперва, отчего он вдруг заострил на этом своё внимание.
Грэй недовольно повел плечом, словно отодвигая неясное ощущение, построил себе нескромный бутерброд из толстого ломтя хлеба и под стать ему ломтя сыра, поднес конструкцию ко рту, замер на секунду и поморщился. Ему не нравилось не понимать собственные ощущения, и его озадачивало, что у него с этим какие-то проблемы. Шеду покосился на девушку и решил, что это она своим присутствием сбивает его, опустил бутерброд и поднял лицо к небу. Но небо было чистым, ясным, с россыпью звезд, так что на предчувствие непогоды это тоже не списывалось. Впрочем, и про погоду он подумал постфактум, лишь узрев, что небо чисто. Только волосы на загривке от того дыбиться не перестали.
Мужчина осторожно откусил кусок от бутерброда, словно ожидая, что из его еды вот-вот выпрыгнет гхыр, и так же настороженно прожевал и проглотил. И только теперь понял, о чем его предупреждало его тело, и даже нашел время подивиться тому, какой он балбес, что так медленно соображает. И еще раз свалил всё на присутствие девушки, потому что раньше ему никогда не требовалось столько времени, чтобы разобрать предчувствие беды, которое сопровождало его всю жизнь.
Видать, оба они были правы - в том, что те, кто заняли эту полянку, были не сами по себе. Впрочем, это еще как знать, такого Шеду предвидеть не умел, мог лишь порой почувствовать, что скоро ему обнажать кинжалы.
Пока Грэй разбирался в своих ощущениях, успел сточить пол-бутерброда, и сейчас, не видя смысла останавливаться - в лесу-то еще пока тишь, - жуя, невнятно промычал:
- Жнаешь, што? Давай-ка фобираться отщедова, уйджём шуть в шторону, шагов на джюжину, - Шеду остановился, проглотил ком еды и пояснил: - Бережёного боги берегут, говорят.

Отредактировано Шеду Грэй (02.11.2016 01:44)

+1

29

Дарина была благодарна своему собеседнику за то, что он не стал её перебивать посреди рассказа, как бывает, если хочется уточнить какие-то детали или задать вопросы именно в момент повествования, чтобы после не забыть. Ей было проще поведать историю в краткой форме, каковой она сложилась в голове. В данной сокращённой версии в принципе не называлось имён, конкретных чисел или дат, количество снадобий, которые пришлось выпить. Все эти детали со временем ушли на иной план, став ненужными и неважными. Притупилась боль от того, что когда-то именно опыты отца погубили мать, уже не было столь сильно жаль потерянного времени. Ныне Дарина успешно навёрстывала всё то, чего была лишена в заточении отчего дома. Возможно, именно поэтому не сиделось ей в людском городе тихонько, как просили дядя и учитель. Они искренне считали, будто увлечённый изобретатель примется искать своё сбежавшее «творение», не зная сна и покоя. Они в это верили, постарались убедить златоокую. Но многочисленных уговоров и доводов оказалось недостаточно для свободолюбивой души, чтобы она тряслась осиновым листом и заставляла прятаться подвластное тело в норе, словно мышь, напуганная возможным появлением кошки из-за угла. Дарька рисковала, но, в конце концов, очередная вылазка принесла хорошие плоды. Самка едва приметно улыбнулась своим мыслям. Ей действительно нравилось помогать другим.
- С твоей удачей? - переспросила она удивлённо, только собравшись было подняться и выбрать себе одну из жидкостей, что так услужливо оставили охотнички за лёгкой наживой. - Каждый ребёнок знает, что шутить с Шиархи опасно — отдача замучает, - коротко посмеялась волчица. - Сомневаюсь, что ты единственный не в курсе был и что-то натворил.
Впрочем, Дарина больше лукавила. Конечно, всем, от мала до велика, известна ехидная натура прекрасной игривой Богини. Ты можешь вести любую жизнь, любить эту чертовку, а она всё равно решит дать такой дар, который ей покажется достойнейшим, но, на поверку, станет сущим проклятьем. Дарька внимательно осмотрелась кругом, но никаких проявлений какой-то не такой удачи Шеду пока не обнаружила. Она чуть пожала плечами и, решив не мешать сооружению яства, которым мужчина так увлечённо занимался, тихо обошла брёвнышко, взяв одну из бутылок, что заботливо отделил собеседник. Проверять содержимое каждой самка не планировала, решив положиться на удачу, хотя той верить нельзя было ни на грамм. Но Шиархи не подвела. Внутри оказалось вино, притом недурное. И лучница во второй раз за ночь успела даже слегка расстроиться из-за смерти таких ценителей. Она вновь вернулась на своё место, бегло взглянув на Шеду, ощущая идущее от него напряжение и не понимая с чем оно связано. Действительно Шиархи обидела, и он об этом говорить не хочет? Так Дарька его не заставляет. Да и пару минут назад всё было чинно и мирно, что произошло? Девушка озадаченно взглянула на бутылку с вином, которую держала в руке, но мысль о том, что мужчина ревностно относится к каждой бутылке алкоголя, присутствующей на поляне, отмела сразу. Ей казалось, что жадностью он не отличался. Однако даже манера движений воина изменилась, будто он чего-то ждал. В голову тут же полезли глупые мыслишки о возможной засаде, заставившие и саму волчицу насторожиться. Хотя она искренне пыталась с ними бороться. Зачем выстраивать такой план и втираться в доверие? Это такое признание её ума? Наверное, должно польстить, но больше огорчало, если всё окажется именно так.
- Неужто сыр плохой? - как бы невзначай поинтересовалась юная Монлуа, делая ещё один глоток вина и искоса поглядывая на осторожничающего сотрапезника. - Я просто не пробовала, но мне...
Закончить она не успела, потому как набив полный рот снедью, мужчина решил внести неожиданное предложение и сместить их невинные посиделки чуть дальше. Дарина нахмурилась, но не потому, что Шеду предложил нечто подобное. Девичий взгляд вмиг стал настороженным и несколько напряжённым, когда мужчина пояснил причину своего предложения. Оно было столь же неожиданным, сколь непонятным и странным. Изначально временный напарник и не думал том, что на данной стоянке его вполне могут найти неприятности, он будто сам хотел их дождаться. Что изменилось?
- Что-то не так? - уточнила она, потянув носом воздух и поднимаясь с насиженного местечка, чтобы наскоро покидать остатки еды в сумку — позже передаст часть человеку. А нос тем временем не смог определить каких-то подозрительных ароматов, чуткий слух позволял слышать лишь ночную возню в лесу да тихий шелест листвы. Где-то вдалеке хрустнула ветка, заставив самку резко обернуться. Это было странно. Однако, не смотря на озадаченность, волчица не была намерена выгибать грудь колесом, топать ногой и утверждать, что никуда не станет идти, пока ей не объяснят деталей. Возможно, сейчас она осознанно шла в ловушку, хитрую и коварную, но тем лучше. Она будет к этому готова. В любом случае, волчице было необходимо проверить свою теорию, а озвучивать раньше времени довольно обидные подозрения не хотелось. Вдруг неправа? Ведь совсем недавно сама решила, что может верить этому человеку. Но столь резкие перемены планов не могут не настораживать разумное существо, верно? По всей видимости, дядина подготовка не прошла даром.
«Мечусь как загнанный в угол зверь», - ворчливо думала волчица, глянув на костерок, который уже стал в половину меньше. В душе начала появляться какая-то неясная тревога, и Дарька невольно подумала о том, что это чувство заразно. Но и следовать за воином не отказывалась, тем не менее одаривая его цепким взглядом.
- Так.. - начала она приглушённо, а золотистые глаза сверкнули, отразив лунный свет. - С чего такая резкая перемена планов? - в голосе слышались нотки опаски. Рука крепко сжимала древко лука. Только зверь внутри затаился, будто знал чуть больше, чем его хозяйка.

+1

30

На смех волчицы Шеду ответил кривой усмешкой:
- Кабы это я с ней шутил! Но юморок у Великой таков, что она сама кого хочешь зашутит насмерть, - беззлобно сказал бородач. - Вот и меня сегодня чуть не зашутила, вишь.
На Шиархи он не пенял, никакой злобы или обиды по поводу того едва удержимого хаоса, что так и норовил сорваться с кончиков пальцев, уже давно не испытывал. Ни к чему печалиться о том, чего не можешь исправить. Даже из неудачных случайностей Шеду научился нет-нет да и извлечь немного пользы. Он так до конца и не понимал: предчувствует он неудачи благодаря этой силе или притягивает их. Но задавшись пару раз этим вопросом и так и не найдя ответа, отбросил эту мысль за ненадобностью. Так или иначе неприятности время от времени объявлялись, а от него требовалось постараться быть готовым их встретить, уйти живым, по-возможности здоровым, а ежели еще и звонкой монетой разжиться удалось - так и вовсе праздник.
Случайная его спутница тем временем решила таки присоединиться к нему в распитии казенного добра, и Шеду еще раз отметил, что как-то уж слишком органично она себя ведет в подвернувшихся условиях для высокородной барышни. Ясно же, что пить из горла придется, серебряных кубков на поляне не завалялось. И вот эти мелочи накладывались друг на друга одна за другой, заставляя какие-то шестеренки в голове скрипеть, какая-то мысль вкралась в голову и тихонько росла в темном уголке, понемногу ища себе форму.
На его предложение, а точнее даже настойчивую просьбу сменить расположение, девушка заметно напряглась. Но Грэю непременно нужно было сперва расправиться с остатками бутерброда, как-то не с руки было пояснять, что ж тут не так, когда в руках недоеденная еда. Не имея возможности внятно говорить, он энергично покивал, мол, да, кой-чего не так, и для окончательного подтверждения выставил кулак с оттопыренным вверх большим пальцем. Впрочем, он не был уверен, что серия этих сигналов в совокупности была вообще осмысленным ответом на заданный вопрос. А как только обе руки освободились, споро сгреб все несгребённое волчицей в свою сумку и затянул тесемки, подхватываясь на ноги.
- Планы никуда не меняются, - поспешил он сгладить тревогу златоокой, лишь только проглотил последний кус, и накинул лямку заплечного мешка на плечо. - Мы просто немного сместимся, дождемся гостей, устраним их и снова вернемся к теплу костерка, - пояснил он скомканно, и тут же понял, что прозвучало это, должно быть, довольно глупо. Он также надеялся, что девушка не обратит внимание на слово "устраним", которое Шеду использовал просто по-привычке - вербальный способ заранее обезличить цель, ненавязчиво превращающий живое существо в обычный предмет. Он раздраженно нахмурился, ему не нравилось, что не получилось сразу коротко и убедительно пояснить, что у него на уме, ведь прежде всего следовало сказать, что... что? Мысли не складывались вслед за словами. Он совершенно не понимал, что следовало сказать и как. Видно, рано Дарина его похвалила за командную работу. Если командно убить кого-то ему и удалось, то оформить мысли в слова, чтобы оповестить эту самую команду о грядущем продолжении танцев с оружием - нет. В конце концов ведь и гости могли оказаться вовсе не тем, чего он ожидает. Может быть, к лагерю просто приближается агрессивно настроенное дикое животное. Или боги знают, что еще. Шеду лишь сделал умозаключение, которое ему показалось наиболее вероятным. Или наиболее предпочтительным.
Чувствуя себя бессильным сказать хоть что-то осмысленное, Грэй шумно выдохнул, вытянул руку в сторону лесной чащи и сказал:
- Давай просто... ну... - он сделал обеими руками жест, как бы подталкивая невидимого компаньона к лесу. От энергичных движений от раны распространилась боль, заставив его чуть поморщиться. Он хотел поспешить, потому что не знал, как скоро "гости" нагрянут, но и схватить девушку за руку и тащить силой не мог - с оружием та управляться умела, а получить еще одну стрелу, но с размаху воткнутую в глаз, например, ему не очень хотелось. В этот момент он и понял, что, должно быть, разумнее всего было сразу сказать, что у него предчувствие, что драки на сегодня еще не окончены, но время было уже безнадежно упущено, и теперь перед лучницей стоял косноязычный дурень, который невнятно требовал от нее идти в лес, толком ничего не объясняя. Чувствуя себя окончательным болваном, Грэй сдался и звонко приложил ладонь к лицу, прикрыв лоб и глаза, а затем медленно протащил её вниз, как бы стягивая липкую маску, и посмотрел на девушку с немой мольбой.

Отредактировано Шеду Грэй (28.11.2016 01:17)

+1


Вы здесь » Айлей » • Архивы эпизодов » Некоторые осечки стоят головы