Айлей

Объявление



sarita   talion



01.01.2022 С Новым годом, друзья! Пусть в наступившем году посты пишутся легко, фантазия летит высоко, и времени хватает и на реальную жизнь, и на сказочную! Мы любим вас, спасибо, что остаётесь с нами!



12.11.2021 В честь годовщины основания в Белой Академии объявляется бал-маскарад! Приглашены все ученики и преподаватели, обещают почти безалкогольный пунш, сладости и танцы, и пусть никто не уйдет несчастным!



С 30.10 по 14.11 на Айлей праздник в честь Самайна! Приходите к нам рисовать тыковки и бросать кости на желание



16.10.2021 Перекличка завершена. 30.10.2021 стартует неделя Самайна, тема - колдуны и ведьмы. Ищите аватарки!)) Объем тем сокращен до 1000 сообщений в теме, не пугайтесь



Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Discord - Денаин#2219
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » • Архивы эпизодов » Невинная жертва любовных страстей.


Невинная жертва любовных страстей.

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Невинная жертва любовных страстей

https://pp.vk.me/c631422/v631422369/2cdfa/LMAV-mXGmiM.jpgFleur - Жертва

Участники: Данте Альберант и Тьерия.

Место: Замок Тьмы. В основном бегаем именно там. По подвалам.

Время: Пару месяцев назад; начало вечера; погода теплая, без осадков, изредка подувает прохладный ветерок.

Описание:
Не жалей меня, будь жесток 
Моя кровь - томатный сок 
Моя кровь - клюквенный мусс 
Мне не холодно, я не боюсь

Как часто случается, что браконьеры ловят оборотня, а потом, кто-то его внезапно покупает? Не редкое зрелище, и в нашем случае - именно так и есть. Принц решил купить себе игрушку, ручного песика, но он и не подозревает, что у песика тот еще характер и ему придется очень хорошо постараться, чтобы подчинить себе зверя.

Отредактировано Тьерия (17.05.2016 01:50)

+1

2

Однажды одной волчице крупно не повезло… Во время очередной лесной прогулки она угодил в лапы браконьеров. Те не стали с ней мешкать и посадили девушку в клетку, а, чтобы та не создавала лишнего шума, двое мужчин накачали ее сильнодействующим снотворным. Дальше была утомительная дорога, которая прерывалась краткими остановками.
Перед глазами у девушки стояли непонятные разводы, находясь в полуобморочном состоянии она плохо соображала. Когда его грубо дёрнули за волосы, вульварка поняла, что это была лишь глазная резь, образовавшаяся под полузакрытыми от усталости веками. Всё это время девушка провела в полудрёме – уснуть ей мешала сильная тряска.
- Приехали, крысёныш! – просипел один из бандитов и ударил палкой по железным прутьям.
Клетка была прочной, но ее прутья были отвратительными на вид, их покрывал слой ржавчины и грязи вперемешку с уже старой кровью, вероятно, оставленной от прошлых пленников. У входа их встречали двое вамфири-охранников – один суровее другого. Они с изумлением и презрением посмотрели на пленницу, но останавливать не стали.
Было очень темно. Было очевидно, что они находились сейчас в подземельях. Где-то капала вода, ударяясь то о поверхность образовавшихся луж, то об пол. К слову говоря, девушке уже сказали, к кому его вели. Вульфарку известили, что она теперь собственность некого принца, который выложил за нее кругленькую сумму.
Резко завернув направо, троблинги втащили клетку в огромное помещение, в котором бил тусклый багровый свет, чадящих факелов.
Они молча поставили клетку на пол.
- Пойдем отсюда, - самим тюремщикам явно тоже было неуютно в замке вамфири, - чем быстрее свалим, тем целее будем!
И парочка поспешила покинуть помещение оставив вульфарку в одиночестве.
Данте неспешной походкой шел по темным коридорам. Здесь все было таким знакомым, таким ужасающе прекрасным! Принц молча улыбался этой гнетущей полутьме. Но нет, он не праздно прогуливался по дворцу, убивая свое драгоценное время. Парень шел на свидание со своей новой игрушкой. Приобретение был весьма занятным. Когда он был человеческим мальчишкой, он всегда мечтал о собаке, о преданном и отважном существе, которое будет дарить свою верность только ему одному. Мальчик вырос, а мечта исказилась, приняв аморальные черты. Теперь он хотел себе ручного волка. Гордого, дикого вульфара, которого он бы превратил в жалко скулящую дворовую псину. Юноша блаженно улыбнулся своим мыслям и его белое как мрамор лицо исказилась в злорадной усмешке.
Парень вошел в одну из темных комнат, посредине стояла грязная клетка в которой лежала молодая вульфарка. В ее горячей крови чувствовались тревожные нотки какого-то яда. Снотворное, про себя решил блондин и, не удостоив более пленницу вниманием, обошел комнату по периметру разжигая затухшие факелы. Когда в помещении стало светло как днем, принц крове всё-таки решил поближе рассмотреть, лежащую девицу.
Вампир окинул оценивающим взглядом тело жертвы. Губки и ресницы юной девы трепетно подрагивали, волосы, заляпанные кровью, красиво рассыпались по деревянному полу и плечам. У вульфарки определенно было сильное тело, но она не желала сопротивляться. Руки безжизненно подрагивали в кандалах, грудь слабо вздымалась. От вида такого пассивного равнодушия вампир зло зашипел.
Все дело было в этом треклятом яде, благо принц отлично владел магией крови и ему ничего не стоило снять с девушки эффект от вкаченного в нее наркотика. Девушка оживала все больше, а скоро она будет полна жизни. Наверное, теперь девочка полностью осознала суть происходящего и мелко задрожала от стыда и злости.
В одном Данте был уверен – он должен заставить девушку сопротивляться и бороться. Он должен заставить ее возжелать свободу больше, чем жизнь. А когда это произойдет, он отнимет ее. Разорвет и растопчет под крики и слезы жертвы. А разве благородный принц может так поступить? Очень даже может. Уничтожить и сломать, стереть и убить, ведь она в его власти! Вся ее красота, молодость, все это принадлежит сейчас только ему.
- Очнулась, собачка, -высокомерно бросил принц, подходя к прутьям клетки почти в плотную, - какой жалкий вид… кажется я покупал вульфара, а не дохлую мышь.
Презрительно фыркнув, принц отошел от клетки и одним легким движением руки открыл стоящий неподалеку шкаф. Створки с жалобным скрипом отворились, являя свету целый набор хитроумных пыточных приспособлений.
- А теперь, - казалось безумная кровожадность, исходящая от молодого наследника, стала практически осязаемой, - [b]скажи, песик, кто твой хозяин? [/b]

+2

3

Она бежит через широкое поле. Встречный ветер бьет по лицу, создавая неприятные ощущения. Небо было затянуто тучами, и кажется, вот-вот польет дождь, но даже при такой ситуации нельзя останавливаться. Спотыкаеется о камень, падает и лежит на траве. Сейчас она такая мягкая и приятная, что нельзя сравнить даже с самой лучшей периной в любом королевском доме. Прикрывает глаза и пытается подняться, а лапы словно ватные и с трудом удается это сделать. Тьерия идет вперед, пошатывается, а потом снова бежит. Вдали от дома, она такая одинокая и беззащитная, без шанса на спасение. Знает ведь, что с трудом уходит от погони и может в любой момент погибнуть, но вопреки своим принципам, все еще отчаянно хватается за жизнь и снова бежит. Бежит так быстро, как только могла. Кажется, ей удалось немного оторваться, но останавливаться нельзя. Ей нутро сказало: "Беги", - и Тьерия побежала. Даже не стала ничего больше думать, ведь чувствовала, что это просто нужно. Была идея просто укрыться и переждать этот кошмар, но таких мест не наблюдалось. Лишь поле и трава, никаких норок или пещер. Она просто в ловушке.
Продолжает бежать, хотя криков погони уже давно не слышно. Девушке кажется, что если остановиться, то её нагонят и убьют, а этого допустить нельзя. Не могла остановиться. Хотя тело уже на пределе, хочется пить, есть; хочется просто сна.

"Нельзя останавливаться, нельзя"

Как молитву шептала она.
Не выдержав, вновь падает на траву, запрокинув голову к черноте неба. И вот теперь, на грани жизни и смерти, вдали от дома, без друзей, окруженная врагами, она просто начинала лишь надеяться, что сможет выжить. Она не могла подняться, не могла бежать, а голоса за спиной вновь появились. Нету смысла убегать от судьбы. Остается её лишь принять.
Секунда.
Выстрел.
Мимолетная боль.
Темнота.

Тьерия постепенно начинала не видеть мир, перед глазами начинало плыть и она просто погрузилась в дурман. Находясь в полуобморочном состоянии она плохо соображала, но чувслыаала, как грубые руки хватают её за волосы и кидают в клетку. Прутья звинькнули, клетка накрылась полотном и настал мрак. Всю дорогу она не понимала, где и находится. Слышала лишь голоса, как они говорили про то, что она - товар. И внезапно, один из бандитов обереулся к ней, а Тьерия лишь немного повернула голову в его сторону.
- Везем тебя к принцу, жалкая шавка. Заплатил он за тебя круглую сумму, так что, ты должна быть ему благодарна. А то, грохнули бы тебя уже давно.

"Какого...?" - она вникла лишь в ту суть, что стала кому-то принадлежать. Она? Чья-то? Увольте. Стоит ей прийти в нормальное состояние и она покажет зубки, если оно понадобится. Её гордость не позволит кому-то подчиняться, кому-то служить. Юница никогда не подстраивалась и даже не собиралась, а если понадобится - она совершит побег. Снова. И не важно, сколько придется убегать. Она - сама свобода и сама себе закон. Неизвестно, сколько времени они ехали, но вскоре, телега остановилась, а клетку стали куда-то переносить. Был ощутим холод и сырость.

"Подвал?" - волчица перевернулась на бок и хотела подняться, но не смогла. Клетку поставили, а потом, мужские голоса стихли. Некоторое время она была одна. Возможно, минут пять, а потом дверь снова открылась. Она слышала шаги, видела, как потихоньку появляется свет, а потом, чей-то силуэт к ней подошел и бросил в её адрес омерзителтные слова. Однако, этот человек, кем бы он ни был, но волшебным образом предал ей сил. Тьерия ощущала этот прилив, как он разгоняет кровь и она может шевелиться. Незнакомец отошел от клетки. Кажется, это был тот самый принц, о котором говорили бандиты. Волчица прильнула к прутьям и крепко их сжала, невольно рыкнув от злости. Как эта выскочка с ней разговаривает?!

- Сам ты мышь, птенец общипанный, - рыкнула сероволосая и проследила за его действиями. Попытаясь увидить, что лежит в шкафу, она немного сглотнула от страха. Что он собрался делать с ней, этот псих?
- Да пошел ты со своим песиком. Ты это только что придумал, или у тебя там карточки с заготовками? Давай, удиви меня, - девушка дернула пару раз решетки, но они даже не подавались, хотя были хилые на вид.
- Умный типа, да? В твоём котелке видно давно ничего не варилось. Выпусти меня, сейчас же! - Тьерия немного боялась, это бесспорно, но показывать она это явно не собиралась.

Отредактировано Тьерия (17.05.2016 21:07)

+1

4

Данте мог бы убить дерзкую девчонку за такие слова. Убить медленно, с тягучей извращенной тщательностью. Мог бы утопить лезвие кинжала в ее солнечном сплетении и, в открытую издеваясь над своей жертвой, полумертвой, с влажно-кровавым чавканьем провернуть его пару раз внутри, подергать вверх-вниз, разрезая надвое грудную клетку.
- Я могу уничтожить тебя, - буднично начал Принц Крови, -  Навсегда втоптать в грязь твою гордость, отобрать силу и безжалостно сломить решимость. Подчинить тебя себе и заставить повиноваться… - голос полон притворной ласки.
В каждом взгляде, брошенном пленённой девушкой исподлобья, так много ненависти, злобы, ярости… Чего угодно, но только не страха, не долгожданного смирения. И Данте понимает: тебе мало. Мало всего этого показного цирка с заточением в клетке, мало издевательств, мало того, что тебя, вероятно будет ждать неминуемая смерть…
Принц звонко рассмеялся, а потом резко замолчал, безумный взгляд был направлен прямиком на волчицу. Данте собрал белоснежные волосы в хвост, дабы они не мешались и начал медленно выбирать поводок, который можно бы было прицепить к ошейнику, который так кстати валялся рядом с клеткой. Попутно он с помощью магии Крови узнавал все новые и новые факты о своей новой игрушке.
Тебе все мало.
Моя безумная, давно разъедающая мозг мечта: сомкнуть металлическое кольцо на твоей шее. С силой дернуть за цепь – и ты побито, жалобно заскулишь; ослабить «поводок» - тут же зайдешься яростным, клокочущим рычанием. Я бы всюду таскал тебя за собой, словно верную, преданную собаку. Как жаль, что ты никогда такой не станешь: дай тебе волю, спусти хоть на секунду – и ты обязательно предашь. Оттяпаешь ногу или изуродуешь лицо. Я знаю мне по силам сделать тебя послушной, приручить. И каждый, кто видел бы тебя такой, - покоренной и безжалостно растоптанной, валяющейся у меня в ногах – понимал, что даже самую гордую душу возможно сломить.
Дело за малым. Осталось лишь потуже затянуть на тебе ошейник…

- Тварь, - презрительно бросил принц, очутившись рядом с клеткой, - как ты смеешь так говорить со своим хозяином?
Принц опустился на одно колено так чтобы их лица были на одном уровне и обжог девушку ледяным взглядом своих безжалостных глаз. Красивая. Гордая. Их ждала по-настоящему потрясающая ночь… Но разве интересно будет играть, если у жертвы не останется надежды? Данте лукаво улыбнулся и лёгким движение руки открыл запертую клетку, а затем отошел на три шага назад.
- Иди сюда, песик, - пропел наследник Дома Крови, - ты ведь хотела выйти? Так вот. Я тебя не держу, можешь идти куда хочешь… точнее ко мне. Про себя закончил принц.

+2

5

Тьерии было отвратительно находиться рядом с ним в одном помещении. Она даже не знала, кто это на самом деле, хотя и догадывалась, что это, быть может, и есть тот самый принц. Она о нем слышала, причем ничего хорошо люди и остальные о нем не говорили. Ходили слухи, что он псих без тормозов. Раньше бы сероволосая думала, что это бред, мол, как выходец из королевского дома может быть лишен моральных принципов? Однако теперь, понимала, насколько могла ошибаться. Один лишь его вид заставлял скорчиться и отойти как можно дальше, а эти безумные глаза, улыбка, голос...о них вообще ничего святого не сказать. Выглядел так, словно действительно потерял рассудок и в голове изображал ужасные картины страданий. Страданий тех, кто ему не угодил. Страдания тех, кто должен быть в его власти. Этот перец был из такого типа, которые хотели, чтобы все и вся пали к их ногами. Таких то Тьерия как раз на дух не переносит. Как можно быть настолько гордым, любить власть и хотеть подчинить каждое живое существо в мире? Это аморально. Отвратительно, выходящее за все грани реального, ибо каждый достоин быть свободным. Свобода - это то, что можно быстро отнять, бесспорно, но тот, кто гордится ею, обязательно вернет её себе.

- Я не стану тебе подчиняться, больной ты ублюдок, - громче рыкнула волчица, буквально срываясь на крик. Его речи заставляли кровь в жилах кипеть от ярости. Будь на то воля, она бы уже давно приняла свой настоящий облик и, быть может, был-бы шанс на спасение, но сил еще не так много. К тому же, её лимит был почти на конце, девушка бы смогла быть волком не дольше десяти минут, а он них толку мало. Принц засмеялся. От речей? Ну, точно псих. И его резкая остановка была тому подтверждением. Она видела в его глазах лишь безумие, лишь желание издеваться и сломить её, но гордость Тьерии этого не позволит. Если понадобится, она вытерпит все мучения, все унижения, но не покорится ему. Она - волк. Гордый и любящий свободу больше, чем жизнь.

Парень внезапно оказался у клетки и опустился на колено, находясь с ней на одном уровне. Тьерия от злобы еще сильнее сжала прутья решетки и смотрела прямо ему в глаза.
- Не хозяин ты мне, гнида психопатная, - и после этих слов, она просто плюнула ему в лицо. Единственное, что она могла сейчас сделать, но, наверное, это было зря. Предчувствие подсказывало, что он не отреагирует на это спокойно, а что тогда сделает? Ударит? Унизит? Убьет? Так вперед! Пусть покажет весь свой королевский вид. Она не собиралась показывать, что боится его. Хотя легкая тряска была и зрачки иногда обреченно бегали по помещению. Казалось, спасения нет, но что это? Внезапно дверца клетки открылась, а принц отошел на несколько шагов, но опять же, лишь для того, чтобы призвать её к себе. Он обращался с ней, как с собакой, а она не такая. Тьерия - волк и никогда не станет чей-то шавкой.

- Я бы тебя послала, да вижу - ты оттуда. Я уже сказала, что никакой тебе не пес, - очередной рык из её уст, но девушка все-же юркнула из клетки, оказавшийся на, казалось бы, свободе. Дверь была всего в паре метрах от нее, а принц не сможет её догнать. Как она надеялась. И поэтому, лелея хоть какой-то шанс на спасение, волчица срывается на бег в сторону двери. Тьерия буквально врезалась в нее,тно, р чудо, она была открыта! Девушка обернулась на мгновение к парню и усмехнулась.
- Спасибо за "теплый" прием, ваша светлость. Мне уж очень у вас понравилось. Как-нибудь обязательно загляну на чаёк, коли мне делать будет совсем нечего, - с сарказмом сказала она. -Бывайте, сударь, - и, словно зная, что ей все сойдет в рук-лап, девушка выбежала из комнаты, начав бежать по темноту коридору. Она не знала, куда точно бежит, но очень надеялась, что больше никаких сюрпризов не возникнет на её пути к свободе.

+1

6

Плевок в лицо принц воспринял как доказательство того, что он не зря заплатил деньги. Вообще он чего-то подобно и ожидал. Дура. Клетка, из которой она так резво выбежала, была для нее самым безопасным местом. Сероволосая дикарка скалится, пытается плюнуть Данте в лицо, но промахивается.
- Ты выводишь меня из себя, песик, - ядовито прошипел в след убегающей девушке принц, - Напрасно ты так неосмотрительно и неосторожно испытываешь мое терпение…
Девушка скрылась в пролете. Торопится и догонять ее принц не стал. Он отлично мог ее найти по характерному пению крови, да и он вполне мог заставить ее плясать как марионетку при помощи своих сил. Но разве это интересно? Слишком просто. Данте не спеша подошел к шкафу и вынул оттуда набор острых как бритва ножей, затем прихватив ошейник с поводком.
- Я иду искать, кто не спрятался я не виноват, - пропел наследник Дома крови.
И началась неспешная погоня за своей добычей. Ей некуда была бежать из этого лабиринта тоннелей. Половина ходов заканчивалась глухим тупиком и рано или поздно девушка сама бы загнала себя в ловушку. Принц всем своим существом ощущал дикий ужас своей жертвы вперемешку с мрачной решимостью. Хищник медленно приближался к своей жертве, попутно оставляя неглубокую длинную царапину на каменных стенах подземелья. Искры от соприкосновения металла со стеной иногда проскакивали в полутьме, а какой был от этого действа звук. Гнетущий своей неотвратимостью. Волчица его точно слышали и должно быть прекрасно понимала, что куда бы она не бежала она все равно окажется в западне. И вот он, долгожданный тупиковый коридор в который так опрометчиво завернула юная дева.
Данте завернул прошел еще пару шагов, завернул за угол и увидел ее. Беглянка стояла в тупике, вжавшись в противоположную стену и в панике искала выход.
- Я тебя нашел… - промурлыкал принц, медленно подходя к девушке, - ты проиграла, собачка
Видно было что волчица будет драться до конца и дабы избавить себя от лишней возьми принц наложил на девушку заклятия контроля крови. Бедняжка не могла пошевелится… маловероятно, что девушка когда-либо испытывала на себе такие сильные чары и подобное могло ее сильно напугать, но Данте это сейчас не волновало.
Принц подошел к своей новой игрушке вплотную – ее сбивчивое, прерывистое дыхание обдает теплом незащищенную одеждой полоску кожи на шее принца.
Я ненавижу тебя, но еще больше ненавижу твое упрямое, тупое молчание. Особенно сейчас, когда мой слух как никогда раньше жаждет истеричных рыданий, воплей и стонов. Моя голодная душа просит твоих нескончаемых страданий.
- Пора бы нам познакомиться поближе… - пренебрежительно бросил Данте, беззаботно улыбаясь.
Далее принц сжимает в кулаке растрепавшийся колок серых волос, с нескрываемым наслаждением тянет вниз… Девочка болезненно морщишься, скрипит зубами от бессилия и злости, но в итоге все равно поддается, ведь она сейчас она находится под действием чар: запрокидывает голову назад и чуть вбок. Взгляд светло-серых голодных глаз вамфири цепляется за каждую, даже самую незначительную мелочь. Округлое плечо, мягкий контур изгиба шеи, тонкая выпирающая ключица... Сейчас она до такой степени выделяется на беззащитном теле вульфарки, что принцу попросту хочется вырвать ее с мясом: это кажется таким естественным, таким единственно верным вариантом… Но вместо этого Данте зачем-то украдкой прижимается к ней губами, вскользь касаясь языком...  Маленькая прелюдия перед началом дегустации. Вампир впился острыми клыками в шею девушки. Жестокий укус причинял сильную боль, волчица могла ощущал, как монстр во плоти глотает его горячую кровь.
Затем Данте схватил свою жертву за шею и пригвоздил к стене, попутно снимая заклятие. Наблюдая за жертвой, готовый в любой момент вновь накинуть на нее невидимые путы.
- Тёрка? - усмехнулся парень, вглядываясь в изумрудные глаза, - какое смешное имя…

+2

7

Тьерия слышала его слова, когда выбегала из комнаты. Чувствовала она, что лучше бы не надо убегать, но и оставаться там ей было не по себе. Этот псих удумал поиграть с ней в прятки. Что-же, пускай. К тому же, она сама начала эту игру и будет только её вина, если рна свернет не туда и встретится с ним. Это было ожидаемо. Коридоры в этих лабиринтах казались бесконечными, огромными, словно идут через весь мир. Полумрак заполнял их. На каждый тоннель всего лишь пара факелов, и то, если повезет, а если нет, то бродить ей здесь вечно. Она бежала совершенно не оглядываясь назад, не желая делать остановку даже на секунду, ибо куда не бежала, все равно слышала тихие шаги и скрежет лезвия по каменной стене. Этот звук резал уши и заставлял бежать дальше. Очередной лабиринт, очередной поворот, но тупик. Тьерия разворачивается и бежит в другом направлении, ощущая приближение её ночного кошмара. Серьезно, она бы не желала видеть его даже во снах, что уж говорить про реальность. Этот птенец был немного-много не в себе, да ко врачу бы ему обратиться или к какому магу, чтобы мозги то на место поставить. С виду, вроде, благородный, вполне ничего, даже королевское принадлежание видно, а как откроет рот, так ульет ядовитыми словами, которые, словно яд, будут расползатья по телу.

Тьерия наконец увидела еще один поворот и решила туда забежать, поскольку других вариантов спасения не видела. Однако, это место было лишь ловушкой. Она увидела прямую стену и больше ничего. Тупик. Со злости, девушка ударила стену кулаками, но продолжала отчаянно искать выход. Слышала она, что в таких замках обычно делают тайные ходы и, если надавить на нужный камень, то появится дверь. Но сколько бы камней сероволосая не перетрогала - ничего. А за спиной уже слышатся шаги. Нельзя убегать теперь. Надо смотреть в глаза опасности. Волчица развернулась и перед ней предстал силуэт принца, который медленно подходил к ней. Только захотела она отойти в сторону, но тут-же заметила, что не может шевелиться. Абсолютно, даже пальцем не повести.

"Какого черта?!" - ей была не знакома эта магия, отчего Тёрка изрядно испугалась. Такие фокусы она просто на дух не переносила, а особенно сейчас, когда игра в кошки-мышки может стать роковой для нее. Девушка лишь смотрела ему в глаза и даже слов не хотела говорить. Не было смысла, он все равно утопити её в ядовитых речах, но, с другой стороны, хотелось. А разве дикое желание можно побороть? Отнюдь нет.
- Наша игра еще даже не началась, ублюдок, - рыкнула волчица, когда парень подошел совсем близко к ней. Он схватил её за серебристые волосы, в кулаке, оттягивая вниз. Тьерия поморщилась, но особо сильной боли пока не ощущала. И страха. До той поры, пока её шея не оказалась для него открытой. Она сразу смекнула, для чего это. Он же - чертов кровосос и захотел испить волчьей крови? Сомневалась она, что принцу понравится этот вкус, но промолчала. Девица ощущает, как его губы припадают к шее. С уст срывается украткой стон, стон малого страха, который настиг её. Сердце начинает колотиться быстрее, когда вампир проходит по тельной территории языком. Буквально секунда до укуса. Что перед тем? Дыхание частое, быстрое, оно опалеет папу прядок волос принца и, возможно, даже часть лица.

И вот этот момент. Острые клыки грубо вошли в шеюё отчего девушка тихо вскрикнула, но заглушила быстро, чтобы не казалось, что она сильно боится. Тьерия чувствовала, как кровь покидает её, но совершенно ничего не могла сделать. Она лишь ждала, пока все закончится. Принц хватает за шею и прибивает к стене, словно какую-то картину, но девушка в этот момент ощущает, что снова может шевелиться. Она схватилась своими руками за его, пытаясь отдернуть от себя. Брыкается, словно бабочка, которую почти прибили. Он произносит её имя, точнее, его забавное сокращение и она еще больше брыкается.
- Для тебя я - Тьерия, псих. И знай одно - я тебя совершенно не боюсь, пташка.

+1

8

- Для тебя я - Тьерия, псих. И знай одно - я тебя совершенно не боюсь, пташка.
Данте в ответ на течи девушки лишь улыбнулся: самодовольно, кровожадно и издевательски. Улыбался все сильнее сжимая пальцы на шее.
- Меня это не волнует, - насмешливо шепчет принц, склонившись к ушку Тьерии, прижавшись виском к вспотевшему виску. – Рабы всегда ненавидят своих хозяев.
Кожа вульфарки покрылась мурашками и девушку передернуло. Прекрасный аристократ хищно улыбнулся и двумя пальцами взял девушку за шею сзади. По телу жертвы пробежалась кратковременная острая боль, затем она почувствовала на шее что-то ледяное и острое. Звенящий звук ласкал слух, видимо это были цепи. Данте надел девушку ошейник с шипами во внутрь, которые позволяли контролировать еще больше. Один рывок цепи, подсоединенной к ошейнику, и она будет просто вынуждена повиноваться. Тоскливо, обреченно поют пришедшие в движение цепи.
— Надеюсь тебе больно, — Данте опробовал ошейник, потянув тяжелую титановую цепь на себя. На шеи девушки показались первые царапины, и из одной даже стекала струйка крови, попадая вульфарке на грудь. Запахло смертью.
Сейчас Данте волновало только то, чтобы полностью сломать свою жертву. Растоптать ее гордость, разбить на тысячи осколков. А потом он самолично соберёт из нее идеальное существо. Если, разумеется, не перестарается в процессе «укрощения».
Твоя воодушевленная, неиссякаемая стойкость, твоя всепоглощающая воля к борьбе и тщетному противостоянию искренне забавляют. Ты до смешного глупа, Тьерия. Тварь!
Принц резко поднимает девушку в верх за шипастый ошейник так, что она повисает в сантиметре от земли. Шипи разорвали плоть, и белоснежная кожа девушки окрасилась в рубиновый. Раны были неглубоки и не представляли угрозы жизни, но боль была сильной. Уж Данте об этом позаботился.
Принц неспешно провел языком по ключице девушки. Весь рот моментально наполняется соленым и горячим. Кровь сочится меж крепко стиснутых зубов, стремительно течет по подбородку и тихо, почти бесшумно капает на пол.
- Ты будешь подчинятся, - прорычал принц.
Перед глазами все плывет, неумолимо размазывается, тонет в нахлынувшей всепоглощающей ярости. Удар за ударом. И блондину уже не понимал, что делает. И уже не чувствовал, куда бьет.
Девушке оставалось только бессильно откинуть голову назад, касаешься затылком стены. И часто-часто хватать воздух разбитыми губами, болезненно жмурится, дергая слипшимися ресницами…
- Мне хочется размозжить тебе череп, раскроить его напополам...- воодушевленно рассказывал принц, опуская девушку на пол.
Та уже не могла стоять. Перестарался я с воспитательными мерами. Пронеслось у принца в голове. Да, сейчас вульфарка выглядела наполовину мертвой. Нотки тревоги промелькнули в серых глазах и Данте опустился на колени дабы разглядеть масштабы трагедии. Сломанные ребра, разбитая губа, прокушенная шея и это далеко не все. Фарфоровое лицо парня стало серьезным, даже немного мрачным.
- Пара бы тебе вернуться в свою клетку, маленькая волчица, - решил принц, вставая с колен и потянув на себя цепь.
Тьерия уже не могла идти. Она даже в сознании-то оставалась чудом. Тяжело вздохнув парень взял своего питомца на руки. Девушка оказалась легкой.
Кнут собака получила, теперь настало время для пряников. И мило улыбаясь девушке Данте зашагал по направлению к той комнате в которой они начали играть. Нужно было привести питомца в порядок и оставить в одиночестве на три дня. Пусть посидит в темном подвале и подумает над своим поведением.

+1

9

Воздуха стало меньше, мышцы на шее стали сильно пульсировать. Это принц сжимал горло Тьерии, насмешливо смотря и улыбаясь. Голос пронесся мимо её ушей и девушку даже передернуло. Его голос для нее был как яд, который отравлял уши каждый раз, как только юнец откроет рот. Но увы, сейчас его заткнуть не получалось, да и вряд-ли получится. В данном случае, он был хозяином ситуации, а она, лишь не покорная дикая обуза, которая свалилась на его голову, но того он захотел сам. Сам услышал, сам купил, сам начал этот концерт, который она благополучно продолжала. Хрупкая марионетка в его сильных руках.

Подчиняйся, Тьерия, подчиняйся, будешь целее.

Шептал внутренний голос, но она даже не желала его слушать. Кто она? Дворовая шавка? Нет. Она - волк, который никогда не отдаст свою гордость и свободу просто так. Дикого зверя не сломают даже его пугающие намерения. Такая она, боевая. Хоть в глазах и пылали искры страха, пусть её тело передергивало, но она не сдавалась. На шее почувствовалась колкая боль и Тьерия осознала, что на её шею что-то надели. И только тогда, когда она услышала звук цепей, поняла, что это - самый настоящий ошейник.

Он красовался на её шее, выделяя ключицы. Острые шипчики впивались в кожу и она сжала зубы от противного ощущения. Было не особо больно, но неприятно точно. Он все старался сделать, чтобы причинить волчице страдания, чтобы она умоляла его о жизни. "Сохрани! Сохрани её мне, прошу, хозяин!" - так он это хотел видеть? Не дождется. Принц начал тянуть цепь на себя, отчего девушка наклонилась и пришлось делать так, как он ей управляет. Не смотря даже на кровь, которая стекла по её шее. Но он хочет делать больше. Рывок. Поднимает резко цепь и шея буквально ноет от боли. Раздается крик, который эхом отдается по тоннелям, а потом постепенно утихает. И снова парень пробует её кровь. Видать пришлась по вкусу. Тьерия слегка приопустила голову, чтобы видеть хотя-бы его волосы, чтобы не терять из виду.

Не жалей меня...
Будь жесток...

- В гробу я видала твое подчинение, - прохрипела девушка, уже ощущая свою же кровь у себя во рту. Она все продолжает течь, а тело принимает на себя новые муки. Удары. Они сильны, яростны, он бьет так сильно, что девушка снова начинает кричать, захлебываясь в собственной крови. Она уже просто висит на этой цепи, словно труп, а руки так и дрожат на этом ошейнике. Пытается его снять, хоть как-то дать себе воздух, но ничего не выходит. С каждым ударом силы снова покидали её. Слишком яростно, слишком злобно, слишком смертельно. Он хочет забить её до смерти? Нет, такого просто не могло быть. Тьерия ему нужна, чтобы поиграть и приручить себе. Но сейчас, она лишь откинула голову назад, чувствуя холодную стену. Хватает ртом воздух, пытается хоть как-то себе помочь. Принц хотел сломать ей череп, чтобы и мокрого места не осталось. Так говорил он, завершая удары и опуская сероволосую на пол. Тьерия просто рухнула на пол и лежала, пытаясь не потерять сознание, хотя силы почти иссякли. Она не ощущала ничего, перед глазами все плыло, а закрывать их было нельзя. Держалась, она сильная. Даже последние слова волчица услышала с трудом, но точно поняла, что они идут обратно.

Очередной рывок цепью, но Тёрка даже не шевелится. Просто скользнула, словно тряпка половая и услышала вздох принца. Он берет её на руки, какое благородие. Белое легкое платье Тьерии свисает в крови, а руки и босые ноги едва уловимо дрожат. Через силу, которая только осталась, девушка понимает одну руку и тянется к его лицу, ткнув прямо в щеку.
- Я...я может быть даже не буду кричать... - шепчет она, проводя рукой по его щеке, едва касаясь губ. Это было мгновение, а потом, рука его жертвы просто повисла в воздухе. , а глаза Тьерии закрылись. Последнее, что он видела - его улыбку.

+1

10

Я опьянен победой над тобой, самозабвенно упиваюсь своей силой и властью. Всецело предаюсь накатывающему теплыми волнами удовольствию.
Все потому, что отныне и навсегда я твой хозяин. Я тот, кто получил тебя всю без остатка.
Я тот, кто тебя уничтожит.

Он молчал, а его дыхание было ровным, будто она ничего не весила. Данте быстро шел по каменному коридору, прижимая к груди свою маленькую пленницу. Ему постоянно чудился тихий шепот вокруг. Словно сами древние стены шептались у принца за спиной, силились открыть свои тайны. Придворные, попадавшиеся ей на пути, кланялись своему юному господину, улыбались. Данте дарил им столь же лживые улыбки в ответ. Только вот высокомерие во взгляде серых глаз было неприкрыто пеленой лицемерия. Парочке оставалось миновать всего лишь один открытый пролет.
И опять комната, освещённая факелами. Принц, сохраняя молчание подошел к стоящей в самом углу софе. Девушка не открывала глаза. Данте глянул на нее, хмыкнул и довольно бережно опустил на софу. Девушка тут же инстинктивно свернулась клубочком, подтягивая коленки к груди. Он продолжал стоять рядом с ее кроватью. Несмотря на разбитую губу и перепачканный в крови подбородок ее лицо было удивительно безмятежно. Принц провел рукой по точеной талии волчицы, ощущая тепло ее живого тела через тонкий материал платья. Раны были не смертельны... так что принц ограничился лишь тем, что остановил кровь. Ничто не нарушало тишину, царившую в этой маленькой комнате. Принц Крови молчал, как и полубессознательная девица, и казалось, что сейчас они молчали об одном и том же. Страх и чувство безысходности, давно ставшие спутниками юной Тьерии в этом жутком замке вамфири, вдруг отступили, и через некоторое время девушка просто уснула, смертельно измотанная тяжелым днем.
Их идиллию нарушил стражник, который вошел в помещение в сопровождении свиты слуг. Увидев своего господина в компании с избитой девушкой, придворные было загомонили в своем лживом удивлении, но тут же замолкли, остановленные повелительным жестом беловолосого принца.
Солнце почти скрылось за горизонтом. Закатные лучи окрасили небо размытыми алыми бликами. Теплый ветер разметал длинные волосы девушки, когда она ступила между колоннами, вынырнула из сумрачной прохлады замка в густое теплое марево осеннего вечера.
- Оставьте ей воду и немного еды, - повелительным тоном начал Данте, скользя равнодушным взглядом по лицам подчиненных, - затем прикуйте на цепь в углу и потушите все факелы. Никому не входить три дня.
Слуги просто молча кивнули, одарив жестокого господина наспех приклеенными улыбками. Да, никому из них не хотелось прогневать юного наследника, ведь на месте вульфарки легко могут оказаться они сами.
А принц тем временем отправился по своим делам оставив девушку одну в темном подвале. Безмолвном и холодном. Эта психологическая пытка продолжалась ровно три дня и Данте даже близко не мог представить, что за это время происходило с психикой его игрушки. Но результат был ему любопытен. Посему, как только закончился отмеренный срок, принц поспешил обратно в подвал.
- Как поживаешь, песик, - Данте улыбнулся. Его слова сочились приторным ядом, - я скучал без тебя, дорогая…
Разогнав кромешную тьму факелом принц снисходительно посмотрел на девушку. В его глазах промелькнула радость. Он действительно был рад, что Тёрка не свихнулась и не прикончила себя. Такая сильная…

+1

11

Жизнь одна. Жизнь имеет своеначало иконец, как и любое другое в этом мире. И после окончания никто не даст ни минуты больше. Это будетконец, конечная станция, откуда поезд дальше никуда не пойдет. Это не черновик. Это не пробная версия и ее нельзя удлинить, попробовать еще раз или на время остановить. Такое чудо просто нереально совершить, как бы ты сам этого не хотел. Жизнь все равно когда-то пройдет, хочешь ты этого или нет. Ты можешь только ее укоротить или сохранить ее длину. Это своего рода материал, из которого можно изваять скульптуру или сделать шалаш. Это тот материал, из которого его хозяин может сделать все, что он пожелает. Вопрос — чего хозяин хочет от жизни и знает ли он, чего он хочет.

Большинство даже не осознают, насколько хрупок этот материал. Особенно у тех, кому не удалось родиться обычными, как все остальные, без всяких проблем в жизни. Хотя, все мы чем-то страдаем по своему. Жить полноценно таким не удается. Но чтобы и жить полноценной счастливой жизнью, надо делать то, что ты хочешь и добиваться своих, именно своих целей. Стать выше всего, что отнимает время, настроение, здоровье. Просто стань собой. В жизни нечего терять. Тьерия знала, что это так и есть, что это - правда. Надо добиться цели, чтобы принц её отпустил. Играть. Играй, чтобы выжить. Или будут играть тобой.

А она никому ничего не должна. Все что у нее есть, её гордость и свобода, все это её и ничье больше. Тьерия вольна сама распоряжаться своей жизнью, своим временем, все это только её. И она не собиралась лучшие годы жизни биться в истерике, что любой день может стать последним. Она не боялась рисковать в поисках своего или, скажем, бояться в чем-то ошибиться. Все в жизни ошибаются. Не бывает идеальных. А если и есть те, кто не совершает ошибки, так значит они просто ничего не делают. А она делает это. Делает и совершает ошибки, взлетает и падает, снова поднимается, принимая жизнь такую, какая она есть. Хотя, возможно, девушка не воспринимает ее так, как нужно.

"Иногда мне кажется, что я не правильно родилась. То есть, вышла не оттуда. Я слышу не те слова. Тех, кого я должна была любить, я ненавижу. А тех, кого должна ненавидеть... Мне следует тебя ненавидеть, не так ли?" - мысленно спрашивала волчица, находясь в полусознании, уже чувствуя, что лежит на чем-то. Инстинкт дает о себе знать и она сворачивается полу-комочком, поджав ноги. Сейчас она сдалась. И в этом заключается её жизненная ошибка, которую она совершила. Проиеворечит своим словам, мыслям. Возможно, это можно как-то изменить, но девушка не знала, сможет ли она это сделать.

Страх.

Многие боятся. Они боятся думать, что мир можно изменить. Понимаете это? Это страх принять то, что должно быть. Теперь Тьерия думает, что мир дерьмо. Но это не легко признать тем, кто привык к тому, что есть. Они не хотят... ничего менять. И тогда они проигрывают. Но неужели кто-то любит проигрывать? Она в этом очень сомневалась, ибо сама никогда не проигрывала. Всегда привыкла получать то, что должно быть её по праву и не важно, каким путем это получит волчица.

Но ей мешает его ненависть, его ярость, его злость. Говорят, что ненависть - это разрушающее чувство, потому что из-за ненависти все стоновятся злее, ярость захватывает их тела и разум. Тяжело жить без ненависти, особенно тогда, если относятся с самого рождения с каким-то презрением. Это тяжко, честное слово. Иногда кто-то пытается подавить в себе это чувство, но, согласитесь, ненависть вычеркнуть из себя не так уж и легко, как кажется на первый взгляд. Для этого нужно большое желание достичь нужного результата и лишь тогда все получится. Получится ли у принца? Хочет ли он этого? Тьерия думала, что задаст этот вопрос позже, а пока, оная лишь окунулась в сон, чувствуя, как её шею и руки сковали цепи. Не было сил рычать. Она была одна и использовала свои силы, чтобы стать волком, но это мало, что изменило. Все тот-же ошейник, цепи...и она лежит на полу*, а вокруг образовалась лужица сухой крови. Тьерия приоткрыла глаза.

"Я все еще жива...? Я должна бороться...играть...играй, Тьерия..." - тихий вой от боли и отчаяния, она проваливается в сон и спит. Долго, лишь изредка просыпаясь, но ничего нового перед собой не видит. Она была настолько подавлена, что даже не ела. Лишь воды немного испила и все. Так прошли её три дня. Снова открывает глаза, ощущает на шерсти легкий ветерок, который гулял по комнате. Её брат, её сожитель, её спутник, который всегда при ней. Даже сейчас.

"Ветер вольный...ветер, помоги, мне так больно...а здесь со мной враги...Я прошу, спаси! В моих лапах не осталось сил..." - он начинает постепенно утихать, а за дверью уже слышатся шаги. Он покидает Тьерию, снова оставляет одну.

"Братец старший - Ветер, не бросай, мне так страшно...я прошу, спасай! Ты побудь со мной..." - дверь открывается и звук ветра совсем покидает помещение. Стоило лишь услышать его голос, как в девушку, словно жизнь ударила. Она сорвалась и хотела было наброситься на него, но цепи и ошейник держали зверя на месте. Тьерия лишь рычала*, бегая бешеным взглядом по силуэту принца.

- Пришел дальше издеваться? Так давай, давай! Я тебя не боюсь, слышишь?! Ты можешь связать меня, можешь убить, но даже тогда я не перестану бояться! Поверь, моего огня надолго хватит, - серьезный и готовый взгляд*, она смотрит на него, а из уст вырывается тихое рычание.

"Что-же будет дальше...? Не переиграй, Тьерия. Только не перестарайся..."

+1

12

- Пришел дальше издеваться? Так давай, давай! Я тебя не боюсь, слышишь?! Ты можешь связать меня, можешь убить, но даже тогда я не перестану бояться! Поверь, моего огня надолго хватит, - рычала волчица.
- Не слишком ли громкое заявление? – надменно бросил Данте, хитро улыбаясь, он видел не одного такого пленника, все они до поры до времени говорят, что их не сломить… все, пока больно не станет.
Они оба знали, что юный принц просто любит боль. Любит причинять ее. Любит дышать криками, наслаждаться агонией.
Волчица же ненавидела боль потому, что она означала слабость. А она не могла позволить себе слабость. И она, видимо, решила, что выдержит любую боль, какую причинит ей ее надменный палач. Она и не подозревала, что боли будет так много. Она будет тонуть в ней, захлебывался, с усилием сжимая зубы до хруста.
Любовь и ненависть, такие разные, но все же схожие эмоции. Чем сильнее ты кого-то ненавидишь, тем горячее сможешь полюбить. Так по крайней мере считал сам принц. Он мало смыслил в любви это чувство было лично ему чуждо, но, как и любому высокомерному юноше, ему нравилось видеть молчаливое обожание во взорах, что были обращены на него. Посему он твердо решил, что его Волчица будет не только бесконечна предана ему, но и полюбит его больше жизни. Больше свей свободы.
Осталось только вернуть свою пленницу в более податливое состояние… Благо вамфири уже успел испить крови девушки и теперь он без труда мог повелевать ей как марионеткой. Убрав белоснежную прядь за ушко, парень тихо прошептал заклинание, ожидая, когда волчица вновь станет юной девой. Его не капли не волновало, что несильное превращение может вызвать у жертвы страшную боль.
И вот девица безвольной куклой повисла в своих оковах. Замечательно.
Данте начал медленно, как готовящийся к прыжку хищник плавно подбираться к своей жертве. Невинной жертве, которая лишь по злому року оказалась в этом незавидном положении. Демонстративно достал из ножен длинный слегка изогнутый кинжал, рукоятка которого блистала кровавыми гранатами. Волчица внимательно следила за кинжалом, и не заметила очередную вспышку безумия в глазах принца крови.
- Есть ли что-нибудь, что ты любишь больше свободы, Тьерия? – вкрадчиво прошептал Данте, проводя кинжалом по ключице пленницы, оставляя тонкий нитевидный порез, медленно наполняющийся кровью.
Белоснежное платье впитывало алые капли, окрашиваясь в рубиновый цвет. Данте и сам не знал какие именно ответы на его вопросы правиле, а какие нет. Он просто решил еще немного поиздеваться над вульфаркой. Изогнутое лезвие скользнуло в каких-то считанных миллиметрах от нежной кожи на шее девушки. По телу пленницы прошла невольная дрожь. Принц Крови вновь хищно облизнулся. Теперь его бледные тонкие губы блестели в неровном свете факелов.
Второй порез, третий, четвертый… Словно Данте задумал какой-то рисунок… Или решил превратить кожу девушки в ошметок окровавленного мяса, не оставив и полоски чистой, не порезанной кожи.
- Какая жалость, останутся шрамы, - издевательски прошептал принц, отходя на шаг назад дабы взглянуть на плоды своих стараний.
Белоснежное платье уже до пояса окрасилось в такой любимый Данте цвет. Принц отошел на несколько шагов назад, дабы иметь возможность созерцать плоды своих трудов. Пленница сломанной куклой висела на своих оковах. Невинная девочка, которой не посчастливилось попасть на пир к чудовищу в роли главного блюда. Так случалось часто, даже самый гордый дух не поможет если тело слабо. Принц облизнул острым язычком изогнутое лезвие кинжала задумчиво рассматривая очередной свой шедевр. Сейчас девушка была для него просто эталоном красоты, а этот чудный запах страха и боли…
Данте самодовольно улыбнулся и вновь подошел к обессиленной девушке. Он ласково поднял ее голову за подбородок и почти нежно убрал поцелуем очередную слезинку, которая так одиноко скользила по ее бледным щекам.
- А тебе идет красный цвет, - заметил принц, аккуратно поправляя свободной рукой растрепавшиеся серые волосы девушки, - я прикажу слугам чтобы они принесли для тебя мое любимое платье, думаю, оно будет тебе в самый раз…

+3

13

Волчица не могла заставить себя отвернуться. Она прожигала принца голубыми глазами, в которых горела ярость, но все же, в этой ярости проступал и небольшой страх. Она отрицала. Отрицала самой себе, что не боится его и готова выдержать любые муки, лишь бы он, убедившись, что она не покорная, дал ей уйти. Дал обрести свободу, которую Тьерия заслужила.

Снова вдохнуть свежий ветер, который приятно щекочет по лицу и временами царапает, но не больно, а даже приятно, как молодой котенок с выпущенными коготками. Тьерия лишь хотела вернуться и убежать от этого страшного сна, из этого страшного места и от этого нелюдя. Уже лишь при виде, самка хотела разорвать его на полотно, а теперь, представим, что же будет, если это дикая особа освободится от железок на руках и сможет передвигаться. Тогда точно пощады не будет. Она отдерет его так, что мать родная не узнает, а слуги будут и без того шарахаться во все стороны и видеть его лицо, которое она разорвет, не оставив живого места. Хотя, возможно, он сможет восстановиться, но девушку это не волновало. Слишком большая волна ненависти накрыла её, стоило принцу приблизиться к ней хотя-бы на шаг.

- Не громче твоих слов, отродье, - рыкнула волчица, когда он подошел совсем близко и Тьерия еще раз сорвалась, но снова бесполезно. Цепи слишком сильны, а она слишком слаба, чтобы дать достойный отпор. Она могла лишь наблюдать, как он что-то собирается сделать и это "что-то" было совсем не приятно. Тьерию окутала боль, которая заставила её вскринуть и дернуться на цепях. Девушка ощущала, как переходит из одной личности в другую.

Ноги и руки - их сковала боль, а сами части тела трансформировались в человека. Принудительное заклинание на обращение всегда было болезненно, но у сероволосой это первый раз. Первый, и она надеялась, что последний. Весь этот ужас продолжался минут пять и вот, Тьерия стала собой, марионеткой свисая в цепях. Теперь она и подавно ничего не могла сделать, а принц же только начал свою игру. Он достал кинжал и девушка приподняла голову, страхом окинув предмет. И что теперь? Попубит её на мяско и продаст? Такой вариант вполне мог быть, но юноша лишь провел лезвием по её коже, оставляя царапинку и та начала медленно покрываться кровью. Тьерия стиснула зубы, когда он продолжал это делать, словно пишет картину. Картину чужой кровью. Она не позволяла себе кричать, но тихие писки все-же выходили из уст, а из глаз стекали маленькие капельки слез. Девушка просто ненавидела себя, что не может ничего с этим поделать.

Такая слабая...а когда он задал вопрос, то голубоглазая не сразу ответила. На мгновение задумалась: а что действительно можно любить кроме свободу, да и своей жизни? Она знала ответ, но ему говорить не собиралась, а потому - молчала. Молчала до тех пор, пока принц не закончил и не стал оценивать плоды своего творения. Бедная Тьерия, она тоже на что-то похожа. На обессилившу девушку, которая вся в крови, словно купалась в ней. Отвращение к самой себе. И чтобы она не обещала, даже самой себе, выполнять точно не собиралась. Упрямая шавка.

- Сам носи свои тряпки, щенок... - снова грозный рык, который, к сожалению, ни к чему не приведет, а сделает лишь хуже. -Чего ты этим добиваешься?! - внезапно вскрикнула волчица и подняла на него голову.
"Чего...?"

+2

14

- Сам носи свои тряпки, щенок...
Принц надменно фыркает, пусть лает сколько влезет Рабам свойственно ненавидеть своих господ.
Данте же задумал сделать из своей новой игрушки нечто большее чем просто вещь. Она должна считать его своим персональным божеством, пусть злым, но божеством.
-Чего ты этим добиваешься?!
- Какой любопытный вопрос, - протянул принц, проводя ногтями по одной из свежих ран, - а тебе разве будет интересно играть после того как я расскажу тебе весь сюжет?
О да, планы у юноши был более чем грандиозные. Только вот он до конца не решил стоит л портить интригу, тонкую атмосферу тайны.
- А может ты думаешь, что тебе удастся спастись? Что ты просто сможешь уйти из этого кошмара?
Принц пренебрежительно смерил пленницу взглядом. Да, она еще на что-то надеялась, эта надежда этот огонь… Они раздражали и восхищали одновременно. Только принцу было непонятно, как можно быть такой дурой? Она и правда думает, что ее могут отпустить? В любом случае она подчиниться, а если нет, то принц самолично ее прикончит без единой капли сострадания.
- Когда я закончу, у тебя не осталось ничего кроме осколков сердца и потрепанной души, - весьма воодушевленно начал делиться принц Крови своими далеко идущими планами, - Тогда, когда ты уже захочешь шагнуть в бездну, я не позволю тебе умереть. Я стану смыслом твоей жалкой короткой жизни, даже тогда, когда я самолично морально убил тебя, ты будешь продолжать любить и боготворить.
Данте даже не допускал, что эта глупая девчонка хоть на каплю проникнуться его идей, она была слишком глупа и упряма для этого. Данте рассмеялся. Для него она была очередной жертвой, пусть и немного более упрямой, но все-таки он в любой момент мог ее заменить. Но пока она подходила идеально, причем как оказалась девица была весьма хороша собой. Это качество юноша ценил крайне высоко.  Отражаясь от стен, бьется смех принца Крови и немой, слышимый только магами крови, крик попавшей в капкан волчицы. Кровь и алые звезды, сыплющиеся на пол. Не слишком ли ее много? Да нет, в самый раз.
Принц был для своей новоиспеченной игрушки словно чума. Он появился и собирался влюбить сероволосую девчонку в себя. Он был смертельным ядом, распространявшимся по моему телу с бешеной скоростью и с таким же успехом, убивавшим разум и душу своей жертвы.
Данте вновь прочел какое-то заклинание и кровь, которой пропиталась белое платье начала собираться в небольшую парящую над полом сферу. Пламя факелов заметалось из стороны в сторону, отбрасывая причудливые, уродливые тени. Прекратив смеяться, Данте протянул руку с кинжалом в сторону. Сгусток рубиновой жидкости повинуясь приказу мага начал обретать очертания розы на тонком стебельке, сплошь утыканного мелкими шипами.
- У тебя нет выбора, волчица, - протянул наследник, столь долгое пребывание в подвале начал его утомлять, - на сегодня я закончил, но, если ты захочешь, я могу остаться, а если нет… посидишь здесь в темноте и полном одиночестве еще пару деньков.
Его ледяная ладонь скользнула по шее девушки, мягко обрисовала ключицы, и длинным движением провела по груди, чуть сжимая пальцы, чуть вонзая короткие коготки в свежие раны. Принц поднес окровавленную руку к лицу, глубоко вдохнул, даже зажмурился от удовольствия. И длинным, тягучим движением языка облизнул безымянный палец. Розоватая паутинка слюны протянулась за его тонким острым языком.
Мечется пламя факелов, рождая и убивая тени. Принц молча стоит перед своей пленницей с кровавой розой в руке.

+2

15

- Я более, чем уверена, что у меня это получится, - фыркнула девушка, но тут-же задумалась: а действительно ли ей удастся сбежать из этого места? У нее уже была одна такая попытка, и чем она закончилась? Тем, что есть сейчас. Она в оковах, терпит унижения этого недо-принца и до сих пор лелеет надежду на спасение, на какое-то чудо, которое поможет ей выбраться. Это было глупо, никто не спорит, но Тьерия была слишком уперта, чтобы отступать так просто. И, если понадобится, то она перепробует все способы, будет убегать сотню раз, пока не обретет свободу. И уже плевать, какой она будет на этот момент. Он начал снова молвить, но какие речи...речи безумца, речи того, кто слишком много о себе думает. Неужели он и правда решил, что даже, если спасет ему жизнь, то девушка будет любить и боготворить его, как спасителя? Слишком смешно звучало, поскольку для этого - Тьерии придется скатиться ниже самого подземелья, чтобы такое произошло. Сероволосая не могла сдержаться и засмеялась через силу, хоть это было и больно.

- Какое смелое заявление, принц! - волчица вскинула голову и посмотрела на него, с каким-то азартом в глазах. - Мне будет очень интересно посмотреть на это и на твой провал и таких больших планах. Знаешь, это твои речи слишком громкие. И это тебе стоит придержать свой поганый язык за зубами, - последние слова она проговорила снова более серьезней, чтобы не расслабляться. Тьерия не собиралась с этим мириться, не смотря на страх, который окутывал её. Да, пора уже признаться самой себе - она боялась. Истерично боялась, что он в любой момент может просто убить её, ведь волчица была в оковах и не могла противиться ему. Её не пугали муки, казни, его извещения. Она боялась лишь смерти, которая может настигнуть в любую секунду и ей порой приходилось держать себя в руках, чтобы еще больше не сорваться и не разозлить его. Голубоглазая решила для себя одно - игру. Раз играет он, то и она имеет право. И даже не важно: заметит он это или нет, не имело совершенно никакого смысле последующее. Важно лишь то, что сейчас. Сам принц и его фокусы, на которых стоит больше задержать внимание, ведь они - внезапны. И даже сейчас они продолжались. На сей раз - это была кровавая роза. Надо же, роза из её крови, как романтично, аж скривиться хочется.

Девушка отвернула лицо, когда парень к ней приблизился и невольно вздрогнула, ощущая на себе его руки и то, как ногти вонзаются в свежие раны. Девушка стиснула зубы и хотела что-то опять сказать, но внезапно услышала то, что заставило глаза мгновенно раскрыться, а тело вновь наливалось страхом. Знаете, чего больше сейчас она боялась? Именно сейчас, на данную секунду? Одиночества. Те пару дней, казалось, совершенно не сломили её внешне, но никак не внутренне. Тьерия очень боялась остаться снова одна, в этом подавале, наедине сл своими мыслями, которые, словно паутина окутывали свою жертву и не давали выбираться, покуда не явиться сам паук. Тьерия медленно повернула голову и посмотрела на принца туманным глазами. Она решилась. Нужно идти до конца.

- Нет, - тяжело выдохнула сероволосая, повиснув в цепях. На мгновение закрыла глаза, а потом снова открыла их. Из левого глаза вытекла резко слезинка, которая спустилась по подбородку, потом на шею, а потом остановилась на ключицах.

-Не уходи, - лихорадочный шепот слетел с её губ, словно молитва, жадно пожирая глазами стоящего перед ней принца. Тьерие оставалось лишь надеяться, что он был серьезен и не уйдет из этого места. Не оставит её одну.
Снова.

+3

16

- Мне будет очень интересно посмотреть на это и на твой провал и таких больших планах. Знаешь, это твои речи слишком громкие. И это тебе стоит придержать свой поганый язык за зубами, - прорычала девушка.
- Как любопытно… последний кто осмелился говорить со мной в подобном тоне сейчас кормит червей в придорожной канаве…- принц выдержал краткую, но выразительную паузу, - точнее то, что от него осталось.
После такого дерзкого поведения коротать с волчицей ночь Данте перехотелось. Пусть поучиться хорошим манерам. Хамство в свой адрес принц не мог терпеть, а тем более от слуги. Точнее даже не от слуги, а от пленницы. Пусть девчонка знает свое место. Пусть престанет кормить свой уставший от пыток разум призрачными мечтами о спасении. Она покинет это место либо как ЕГО волчица, либо девушка отправиться на ближайшее кладбище. Но его остановила ее реакция.
Отчаяние наполнило комнату как вязкая смола, проникая в самые дальние уголки души, чудесный запах.
-Не уходи
Шепот больше похожий на предсмертную мольбу. Девчонка имела удивительную способность умолять без слов, только ее одинокая горячая слезинка могла поведать о раздирающих ее изнутри эмоциях. И принц сменил гнев на милость, он подошел к своей жертве и оковы на ее руках спали. Девушка бы точно упала на холодный каменный пол подземелья, но принц с легкостью подхватил ее на руки, совсем не заботясь о том, что он только что заляпал свой дорогой камзол чужой кровью. Постояв так минутку и поразмышляв что же теперь ему делать со своей бесценной ношей, наследник уверенным шагом направился к обитой бархатом софе, и расположился там вместе с волчицей. Причем так, что голова девушки покоилась на его груди, а чтобы обессилившая от боли и страха девица не свалилась он аккуратно поддерживал ее одной рукой за талию.
- Хорошо, я остаюсь, - спокойно произнес принц в душе ругая себя за подобную мягкость.
Рука Данте подрагивала над её гладко расчёсанными пепельными волосами: коснулась, отдёрнулась, замерла, попыталась погладить... Неверие, недоумение... Счастье? Издевательство? Месть? Безумие?..
Девочка - вся как собранная в комок пружина - и непонятно, что сделает сейчас: вскрикнет, отдёрнется, метнётся прочь - или убьёт одним изящным заученным движением... Хотя, как она вообще сможет его ранить? Он сильнейший маг, да и воин опытный, а она… израненная девушка без оружия и опыта.
Эти.. волосы... Какие нежные, мягкие... Как их только не сминает ветром, будто паутинку?.. После стольких лишений - как они ещё способны ласкать пальцы того, кто причинил их владелице столько боли?
Девочка вздрагивает от каждого прикосновения, втягивает голову в плечи; её отрывистые вдохи - как у тревожно принюхивающегося зверька - почти шипение.
- Не бойся... Тише... Не бойся... - шепчет принц, думая о том, как бы ему скрасить свой досуг.
Всё вокруг было каким-то нереальным, иррациональным, колдовским... Как будто это один из тех снов, что непрошенными приходят ночью - снов, от которых не приходится требовать логики и объяснений. Не отрывая взгляда от перечёркнутого шрамом детского личика, от огромных блестящих глаз, остающихся синими даже в обесцвечивающей всё и вся полутемноте, Данте нашарил на столешнице неподалеку книгу. Медленно поднял его и прочел название «Практическое применение магии исцеления условиях недостатка больных». Блеск. Принц страдальчески поморщился, значит пока его новая пассия будет преспокойненько отдыхать ему всю ночь придется читать этот бред?
- Балую я тебя, Волчонок, - надменно пробормотал парень, открывая книгу на произвольной странице, - а по-хорошему давно надо было пустить на корм собакам.

+2

17

Первые фразы его слов Тьерия даже не слышала. Уши просто заложило пульсирующим страхом, который дрожью отдавался по всему телу. Ей было страшно, что он ей откажет и уйдет, запрет её снова здесь, но, о боги, свершилось чудо. Казалось, будто его подменили и, после долгого молчания, она услышала от него согласие. Если бы он только знал, как Тьерии стало хорошо и легко на душе, словно бабочка, которая без труда парила над опасным. Интересно только, принц сделал это действительно ради нее или, все-же ради малой забавы? Уже смотря из такого результата можно будет многое понять, но не сейчас. Ей было не до этого, когда Данте наконец освободил её от оков и девушка начала падать, словно перышко,и точно бы упала, если бы не почувствовала, как его руки хватают её и девушка не здоровается с полом. Неизвестно было, сколько они так простояли, но Тьерия успела вдохнуть от него запах. Странный запах, который никогда ранее не ощущала. Запах ненависти, которая мешается с заботой. Запах ярости, которая мешается с тоской. Запах силы, которая мешается с лаской.

Да, эти чувства в нем были, но никто их не видел, не мог ощущать. Они перемешивались и переходили слишком резко из одного в другое. Не успеешь привыкнуть к одному - появляется второе. И, быть может, принц сам в себе не замечал такого игривого смешания, потому что...не мог? Не хотел замечать? Отказывался замечать? В любом случае, теперь ему придется столкнуться с этими чувствами: хочет он этого или не желает вовсе. Тьерия очухалась лишь тогда, когда ощутила под телом мягкую поверхность и увидела, что принц сел и уложил её на софу. Инстинктивно сероволосая свернулась полу-клубочком, положив голову на его грудь.

Стук сердца.

Тьерия даже удивилась, что оно вообще есть. Еще пару часов, пару дней назад она думала, что у этого отпрыска его нет, но, видимо, очень сильно ошибалась, ибо оно есть и стучало, плавно стучало и было даже приятно его слушать. Девушка прикрыла глаза и сжала в руке клочок его рубашки. Он гладил её по волосам, но с опаской, почему-то не решаясь на это с самого начала. Казалось, это было прекрасным моментом, чтобы сделать так, как Тьерия хотела, а именно, вонзиться своими клыками ему в шею, чтобы уже тот истекал кровью, но все мы прекрасно понимаем, что смысле совершенно нет. Ей и правда хотелось его укусить. Это была какая-то нужда и, отбросив свои планы, волчица посмотрела на него из-под челки. Принц на тот момент взял в руки книгу, но не отрывал взгляда и они пересеклись. Тьерия невольно вздрогнула и под этим тяжелым взглядом ей стало не по себе. Он не был суровым, не был злым или опасным. Просто тяжелый и уставший, как она его понимает...

- Ты устал... - шепот сорвался с её губ разрывая темничную тишину. - Хочешь отдохнуть? - девушка снова на него посмотрела, словно зачарованная. Она знала, что в любом случае должна выйти победителем из этой игры. Любой ценой. - Ты можешь поспать, принц. Со мной проблем много, но... - продолжала она нашептывать, словно колыбельную. Ей хотелось, чтобы он поддался этому и провалился в сон, а у нее будет время на то, чтобы вновь попытаться бежать. Ах, Тёрка, и кто только научил тебя быть такой хитрой, словно лисица? - Но ты можешь избавить себя от морок и проблем. Знаешь, каким образом это можно сделать?

Отпустить меня...это самый верный вариант от проблем.

+2

18

- Ты устал...– принц как будто игнорирует девушку.
Его рука… такая холодная, но от чего-то непростительно нежная. Вот он снова проводит по пепельным волосам, касается щеки, поглаживая кожу тыльной стороной ладони. А потом наклоняется к ней совсем близко. Запах крови от свежих ран ударяет в нос, но это совершенно не беспокоит юного наследника, как, впрочем, и скучная книга. Ей больше не страшно. Его пленница, наконец, чувствует себя относительно спокойно. Ах, если бы она знала какую жестокую игру на этот раз задумал принц…
- Ты можешь поспать, принц. Со мной проблем много, но...
Данте нежно улыбается, сейчас он похож на милого человеческого юношу и только хищно поблескивающие клыки все еще выдают в нем жестоко вамфири.
- Но ты можешь избавить себя от морок и проблем. Знаешь, каким образом это можно сделать?
Но над всеми вопросами можно будет поразмышлять завтра утром, а сейчас существуют только эта улыбка и эти руки, только он и эта ночь. Возможно, единственная их ночь в этой жизни. И пусть всё будет, как будет, в конце концов, если это суждено, то от судьбы не уйти. Ничего не происходит просто так.
И девушки ничего не остается как доверяется Кровавому Принцу. Такому странному и далёкому, но одновременно такому близкому и нежному.
И вот уже такие правильные и красивые мужские руки проникают под порванное со спины платье, попутно распутывая небольшую шнуровку на груди, и кожа чувствует прохладные прикосновения сильных и ловких пальцев. Из груди волчицы вырывается стон, но Данте обрывает его поцелуем. Ему было плевать на то что значил этот стон: удивление ли, страх, а может отвращение? Без разницы. Сейчас он преступал ко второму акту их с Тёркой представления.
Дальше всё происходило как в тумане, словно кто-то опустил легкий саван на разум девушки из славного племени вульфаров. Вот она снова чувствует мужские руки на своей коже, они словно исследуют её тело, находя самые потаённые уголки, возбуждая самые противоречивые желания… И вот она открыта уже вся - этим рукам, этим губам, этому монстру… тому, кто так долго являлся ей в одних только кошмарах.
Время словно растянулось в бесконечность, превратившись в вязкую патоку, а она сама уже безнадежно запуталась в ней, не находя выхода. И ничего нет вокруг, кроме чувств и ощущений. На землю летит рубашка и камзол вамфири, а затем… Затем принц оставляет легкий поцелуй на виске у девушки и отстраняется, повалившись на мягкие подушки.
- А я ведь и вправду устал, - облизнув чуть высохшие от поцелуев губы проговорил юноша, - может нам немного вздремнуть? Завтра нас с тобой ждет множество дел...
И разумеется, принц не сказал Тьерии, что он приказал заблокировать это крыло и выпустить в коридоры диких миражей. И что сейчас лабиринты подземелий превратились в смертельную ловушку, которая была смертельна для ослабшей девушки. Ведь с миражами не каждый воин был в состоянии справиться. Он лукаво улыбнулся своей спутнице вечера и томно прикрыл глаза. Как будто и вправду собрался немного вздремнуть.

+2

19

Кажется, принц её совсем не слушал. Он был поглощен своими мыслями, не замечая ничего вокруг и лишь продолжал гладить пленницу по волосам, отчего та невольно вздрагивала каждый раз. Она знала, что он ей сейчас ничего не сделать, но какой-то страх в груди оставался. Боялась девчонка, что он сейчас возьмет, схватит её сильно за волосы и не будет отпускать, причиняя боль, но этого не происходило, что несомненно радует. Тьерия сильнее прижалась к нему, вдыхая все тот-же странный, но сладкий, аромат. Девушка ничего не могла сделать, она лишь доверялась ему, его движениям и желаниям. Нельзя было прерывать эту тонкую грань доверия никакими способами, как-бы сильно это не хотелось сделать. Сейчас для нее словно мира не существовало. Только принц и она - это все, кто были в этом тесном и мрачном пространстве, где лишь маленькие свечи были освещением. Тьерия вздрагивает от очередного прикосновения, но уже по горячей коже спины, куда парень добрался холодными руками.

По телу прошлись мурашки, а она лишь могла ощущать, как его ловкие пальцы распутали шнуровку на груди. Сероволосая словно погрузилась в морок, издав из уст тихий стон, но, к её большому шоку, он был скоро прерван и не кое-как, не руками, а поцелуем, который свалился на нее, словно гора снега. Её руки, легли ему на грудь, не отталкивая, но и не приближая, как преграда, которая разделяла их тела. Конечно же Тёрка не хотела его отталкивать, наоборот хотела прижать, слиться с ним в одно целое, но руки сами без её сознания выполнили этот жест. Казалось, что это не правильно. Да это и было неправильно. Девушка чувствовала этот жар желания и предвкушения, заливающий щеки, рождающийся где то в глубине, разливающийся волнами по всему телу. Смущение охватило её и она опустила глаза прикрыв их пушистыми ресницами. Ожидание прикосновения его губ заполняло сознание, перед которым меркло все, и страх, и недоверчивость, и стыдливость.

Губы принца, такие сухие, обветренные, но горячие и жаждущие, едва коснулись нежных, пока еще холодных, безвольных, но уже ждущих поцелуя губ. Легкое касание, как смакование гурмана, впервые вкушающего новое блюдо. Как мазок художника, кладущешл первый штрих на девственно чистый холст. Было видно, что Данте был готов рисовать картину. Такую, какую он хочет. Голубоглазая почувствовала это прикосновение. Оно взорвало её сознание. Как горячая искра, отлетевшая от пылающих углей коснулась губ. Нет, боли не было, было чувство неожиданности и желание повторения. Страх, кажется, окончательно ушел, его место заняло ожидание и предвкушение. Его губы такие горячие и страстные. Ей хотелось их прикосновений ещё и ещё. Тьерия даже не замечает, как оказывается полностью открытой, во всех смыслах, ему, этому...а как его назвать? Девушка точно не знала, ибо слишком многое мешалось и путалось в голове. Принц оставил легкий поцелуй на виске у волчицы и повалился на подушки.

- Вот как...нет, - прошептала себе под нос Тьерия, усмехнувшись. Что она там говорила себе? Играть? Да, она будет играть страшную игру, стараясь выбраться из этого места. Внезапно, девушка разворачивается и оказывается сверху на парня, придавив его своим, к сожалению, легким весом и оперевшись руками в грудь.

- Теперь ты мой пленник, принц.

+1


Вы здесь » Айлей » • Архивы эпизодов » Невинная жертва любовных страстей.