Айлей

Объявление






13.10.2018 Друзья, к нам потихоньку подкрадывается Хэллоуин, завеса между миром яви и нави истончается, и хитрые гадалки и ведуньи уже достают свои хрустальные шары, карты, руны, стебли тысячелистника, раскидывают свои пёстрые шатры на площадях, да воскуривают благовония, стремясь завлечь праздный люд обещаниями приоткрыть чужие помыслы или кусочки будущего, передать весточку от предков, звёзд или богов.
А мы объявляем маскарад! Тема - дикий запад. Доставайте свои широкополые шляпы, пончо и револьверы, айда стрелять по бутылочкам в салуне!



29.08.2018 Завершается Летний режим! Грядет большая перекличка! Вступают в действия все правила форума касательно отсутствия на нем. Дополнена матчасть по альвам. Время мира сместится на 1 месяц, наступает месяц Тармины (апрель). Разрывается партнерство и баннерообмен с рядом форумов (подробности)


Подробнее о новостях...







Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Skype - denai5
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » #Клан Аса » Край леса


Край леса

Сообщений 31 страница 60 из 61

1

http://i.yapx.ru/B3WkF.png

Темный подлесок, который кому-то кажется уютным и защищенным, а кому-то - жутким и скрывающим ужасные тайны.

0

31

---> Дорога на Ичарвиаш

- Первая наша миссия - разбить шатер! - альв отпустил Герду на траву и принялся высматривать подходящее для лагеря местечко вокруг лесных великанов. - Надеюсь, я еще помню, как это делается...
Ткань для шатра, плотная и водонепроницаемая, сама вылезла из сумки и полетела к пятачку земли, куда уже слетались найденные Кайланом крепкие ветки, очищавшиеся от лишних веточек. Удобно быть магом. Да, они могли бы заночевать в более приятном месте, но им следовало уже с утра напасть на след. Да и тут было неплохо. Родной лес. Альв любил леса, души в них не чаял, даром что и просидел полжизни дома, в роскоши. Наверное, в каждом альве есть такая тяга к лесу, словно у волка.
- Волчонок, не покидай лагеря, - скорее попросил, чем приказал Кайлан, вытягивая из леса сухой хворост для ночного костра. Может, хоть костер ее отпугнет? Никто из них никогда не пробовал поискать ее слабое место, пока она сидела в подвале совершенно доступная и даже открытая для экспериментов. Не хотелось упускать драгоценных минут...
Пока что они должны быть осторожными. Вода у них есть, в двух шагах была мелкая лесная речушка - одни камни, омываемые водой, чистой и прозрачной. Еды тоже было достаточно, полные сумки всего, чего они могли пожелать. В лесу было куда темнее, чем в горах, несмотря на то, что солнце еще не село. Наверняка она выйдет ночью, если только он не ошибся с местоположением.
- Будь ко всему готова, никуда не убегай, держи лук рядом, и если я прикажу бежать и прятаться - беги, - необычно серьезно приказал Кайлан. Не хватало ему еще увидеть, как его Волчонка разорвут на части. Не бывать этому. Уж кто-кто, а она выйдет из этих неприятностей целой и невредимой. Даже если и без него.

0

32

---> Дорога на Ичарвиаш
Когда Герду таки отпустили на землю, то она глубоко вздохнула. На время переноса, девушка затаила дыхание поэтому сейчас восстанавливала количество кислорода в своём организме.
- Первая наша миссия - разбить шатер! Надеюсь, я еще помню, как это делается...
-А как же я на это надеюсь...-подумала Герда вспоминая один случай. Когда-то её пытались научить ставить палатку, и даже уверяли что там всё элементарно, но по окончанию обучения их взглядам предстало неизвестное нечто, мало напоминающее палатку, скорее перекрученную тряпку с колышком посередине, собственно на этом всё обучение и закончилось.
-Так, стоп...Мы тут надолго? Ночевать? Но шатёр один, мы что будем спать вместе?-ужаснулась девушка. Элементарные правила приличия были вбиты в голову вульфарки основательно и там как раз было такое правило, как не спать с мало знакомыми мужчинами, да к тому же ещё и высокородными. А господин Фадири был мало знаком и к тому же высокороден, это было понятно по тому как он держался и одежде, в которой Герда его нашла, ах да, и денег у него явно хватало.
- Волчонок, не покидай лагеря, -было сказано Герде, а та даже и не думала возражать, мысли были заняты другим.
-Хорошо, я поняла...-всё же ответила вульфарка, пытаясь решить, говорить ли альву об этих самых приличиях или нет, ведь в этом плане о работе телохранителя было услышано мало.-И всё же, где спят телохранители? Наверняка снаружи...
- Будь ко всему готова, никуда не убегай, держи лук рядом, и если я прикажу бежать и прятаться - беги.
Очередное приказание, к тому же довольно странное. Разве так ведут себя телохранители? Бегут и прячутся?-хотелось возмутиться вульфарке, но перечить нанимателю она не стала, ведь она не героиня, и помочь, если что, ничем не сможет, только вылечить, собственно именно за этим её и наняли, а значит для неё главное остаться живой и суметь вовремя оказать нуждающуюся помощь.
-Я поняла вас, но неужели всё настолько серьезно?-всё же спросила девушка, ведь ей до сих пор не верилось, что всё происходящее явь, а не сон.

+1

33

Его беспокойство немного передалось Герде, и это было даже в чем-то хорошо. Охота на таких опасных созданий никогда не обходилась без жутких травм, разве что в тех случаях, когда охотники никого не обнаруживали на охоте. Как тогда, когда он с целой армией преследовал ее в родных лесах, куда ближе к дому, чем сейчас.
- Да, все так серьезно, - альв задумчиво свалил магией молодое (по сравнению с исполинами вокруг, всего-то в обхвате с его талию) дерево, буквально освежевал бревно, рассек его на две половинки и положил их вокруг кострища в качестве сидений. И уселся на одно из бревен, спиной к шатру, хмурясь и высматривая что-то во тьме леса. Где-то там бродило то, что ему хотелось найти и избавить от страданий, потому что совершенно не верилось, что от известной ему женщины хоть что-то осталось. Все же было горько. Она сама бы одобрила его решение избавить ее от существования в таком обличье, но было горько и больно делать это. Сколько бы он ни утешал себя тем, что ее больше нет.
- Иди в шатер, Герда, отдохни. Ты сегодня, должно быть, устала. Я положил там сумку с едой и спальник. Если вдруг со мной что-то случится или ты что-то не то услышишь - хватай сумку и беги, - он прикинул - бежать стоило на юг, в Лейан, там бы она нашла телепорт куда ей угодно, а уж денег он ей оставил. Он показал рукой в сторону города, - Вон туда. Вот, куда смотрит выход из шатра.
Альв надеялся, что она его послушает, а сам погрузился в свои мысли и сидел так перед костром, пока окончательно не стемнело. Ему даже удалось заставить себя погрызть солонины, а так ничего в глотку не шло. Если он выживет - выполнит обещание, данное девушке, если нет - то она доберется до дому сама. Если ей хватит благоразумия не соваться следом за ним. Взошла луна, одна из лун, практически не освещая лес. Владыка Хаоса поднялся на ноги и отправился в лес, куда вело его чутье.

+1

34

Когда молодой мужчина говорит что всё очень серьезно,а потом валит дерево, которое до этого стояло вполне крепко, то стоит ему поверить, что и сделала Герда.  Она прониклась всей серьезностью ситуации и притихла, разглядывая альва. Он был очень задумчив и опечален, это чувствовалось, его что-то тяготило, вот только, что, девушка не понимала, слишком мало она для этого знала. Ей вдруг захотелось подойти и подбодрить его, сказать что-то ободряющее, да только не умела этого Герда, она всегда сторонилась людей, а они отвечали ей тем же.
- Иди в шатер, Герда, отдохни. Ты сегодня, должно быть, устала. Я положил там сумку с едой и спальник. Если вдруг со мной что-то случится или ты что-то не то услышишь - хватай сумку и беги.
Герда и вправду под устала за этот день и была бы рада отдохнуть, да только ситуация не располагала, какая-то тревога витала в воздухе. Да и охотиться предстояло альву, а ведь он тоже был уставший, сейчас же предлагал отдохнуть ей, Герде, почему-то позабыв о себе, но девушка решила это исправить.
-Может лучше вам отдохнуть?Я не так уж и устала...-пролепетала Герда, но видимо слишком тихо. Господин Фадири вновь ушёл в свои мысли и ничего уже не слышал. Герда же всётаки ушла в шатёр, но не стала ложиться спать, а приоткрыв вход, присела и стала наблюдать за альвом. Он сидел у костра, и блики от огня играли на его лице, Гержа же сидела у входа и смотрела на эту картину, постепенно погружаясь в дрему.
Шорох заставил девушку резко распахнуть глаза и она увидела, что её наниматель куда-то уходит. На улице уже наступила ночь и тьма расстелилась над землей.-Схватив свою сумку с кое какими настойками и лук, Герда выскользнула из шатра вслед за Кайланом.-Каким образом я буду лечить если ты уйдёшь?Рыскать тебя по всему лесу?Ну уж нет, вы подали мне идею, и теперь я не отступлюсь...
Ещё сидя там в шатре, девушка подумал, что раз уж теперь у неё будут деньги, то она сможет выучиться на лекаря. Тогда на берегу ручья сумев помочь раненому, Герду охватило чувство, которое она раньше ещё не испытывала, это было удовлетворение от своей работы и то, что она кому-то нужна. Раньше, из-за отсутствия средств, девушка даже не думала чем бы хотела заниматься по жизни, от того и покорно поехала в Школу Дагона. Сейчас же она могла бы снять себе комнату в каком-нибудь городе и пойти в ученики к лекарю, а альв мог бы дать ей рекомендацию. От того и брела сейчас Герда по следам своего нанимателя, ведь теперь его жизнь была для неё ещё ценнее.

+1

35

Где-то в лесу, совсем не далеко, через заросли продиралось нечто невообразимое даже в самом страшном сне. Тело твари плохо слушалось, когда дело доходило до перемещений на большие расстояния, - только так ей удалось не забрести слишком далеко на север. Однако в ближнем бою, при виде жертв, ощущая запах их теплой крови, неповоротливый монстр словно преображался: куда-то живо девалась медлительность и неуклюжесть, лапы переставали путаться и начинали работать слаженно, как полагается настоящему орудию мясника. Целой лавке безжалостных мясников с острыми ножами. Нет, даже целой скотобойне. Скотобойне, которая открыта круглые сутки и обслуживает всех желающих. Желающих нет, но все равно обслуживает. Кайлан встряхнул головой и сосредоточился на своем заклинании. Ему в руку легла сеть, блокирующая магию, ослабляющая физически, обездвиживающая, ее нити, сотканные из чистого волшебства, сверкали и переливались красноватым светом. Как же ему сейчас не хватало армии... Хотя ему ни к чему армия. Чем меньше участников охоты, тем меньше пострадавших. Он уже слышал шаги твари, ее рев. И еще чьи-то шаги, куда более легкие, но все-таки этот кто-то словно нарочно старался создавать как можно больше шума, цепляясь за каждую низко висящую ветку.
- Герда, - прошептал альв, и это прозвучало бы с интонацией "вот глупая девчонка", если бы все интонации в его голосе не заглушила тревога за ее жизнь. Операция "изловить мамочку" отменялась - надо было срочно перехватывать девушку и утаскивать ее отсюда, как можно дальше. Ей и видеть-то такое не стоило, не избавится от кошмаров до конца своих дней. Быстро найдя вульфарку по треску ветвей, альв схватил ее за руку. Грубо, невежливо, но не до приличий сейчас. Когда их будут жрать, тоже не будут повязывать салфетку и держать в правой руке нож, а в левой вилку.
- Ты что тут делаешь, почему не осталась в шатре? - прямо какая-то бродяжная болезнь у этой девчонки. Словно ее прокляли, и она теперь не в состоянии удалиться от него хотя бы метров на пять. Теперь и назад не отошлешь, тварь за ней увяжется, и все, пиши пропало. Остается только отвести назад самому и спрятать лагерь, пока чудовище не напало на след. Только альв, отвлекшийся на девушку, совсем забыл о том, как быстро тварь двигается, когда чует кровь. Вот она уже выпрыгнула прямо перед ними, открыв ужасающую пасть и разразившись победным ревом. Кайлан и сам слегка вздрогнул - он и забыл, как она страшна. Он почти пропустил удар когтистой лапы, однако все же успел перенести их с Гердой к лагерю. Возможно, с резким обрывом следа тварь на какое-то время будет в замешательстве. Можно будет оставить девушку в шатре, а самому вернуться к чудовищу и закончить дело.
Если бы только девушка могла стоять и двигаться. Кажется, встреча с матерью Владыки Хаоса повергла ее в глубокий шок. Кайлан вздохнул и спрятал с глаз их лагерь при помощи заклинания. Герда была не готова к охоте. Набреди монстр на лагерь, если бы альв вдруг не преуспел, она не смогла бы убежать и спастись. Взяв ее на руки и прижав к себе, Кайлан занес ее в шатер, прилег на один из спальников, все так же прижимая к себе девушку, уложив ее себе на грудь.
- Ш-ш-ш, все хорошо, Волчонок, - он не отпускал ее, поглаживая по волосам. Нотации ей сейчас были ни к чему, да и кому они когда-либо помогали? Теперь научится его слушаться, урок был жестокий. Он бы даже предпочел, чтобы ей не пришлось выучивать его на своей шкуре. Так он и уснул где-то под утро, не разжимая рук.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (17.11.2015 21:25)

+1

36

Идти по лесу в принципе было не удобно, а тем более когда не видишь толком куда наступаешь и где же тот, за кем ты следишь, ещё и юбка вечно норовила зацепиться и оставить свой клочок на каком нибудь кусте. Хоть Герда и старалась идти как можно тише, и на некоторое время даже показалось, что ей это удалось, покуда её не схватили. Чуть не завизжав, Герда перепугано уставилась на альва, ведь именно он так неожиданно схватил её за руку.
- Ты что тут делаешь, почему не осталась в шатре?
Услышав это, девушка вновь почувствовала себя нашкодившим щенком, который играл с тапками хозяина и нечаянно их сгрыз.Да вот только насладиться этим чувством ей не дали. Перед ними резко выскочило какое-то чудовище, и от неминуемой гибели их спасло только чудо, вернее молниеностная реакция Кайлана. Только что ты видишь перед собой воплощение самого ужасного своего кошмара, уже мысленно прощаешься с жизнью, как вдруг оказываешься где-то в другом месте.Тело просто отказалось слушаться хозяйку, а разум был в таком шоке, что тоже отключился. Остался лишь ужас и непонимание как такое "чудо" вообще может существовать. Отметив краем сознания, что её обнимают, Герда не сопротивлялась, и даже не пискнула когда её уложили на мужскую грудь, при этом крепко обнимая. Никакие правила приличия не вспомнились в тот момент, наоборот, они как будто сбежали, не иначе как тоже от увиденного. Герда вцепилась руками в мужчину. Сейчас он был для неё единственным островком спокойствия  в море ужаса и паники. -Только не оставляй..Страшно...Как страшно...Не уходи...-мысленно умолила вульфарка своего спасителя. Он был теплый, как солнышко, а стук его сердца, был завораживающей музыкой. Мирное поглаживание по волосам навеяло девушке воспоминания об отце, который любил гладить волосы дочери на сон грядущий. Ей вдруг показалось, что она оказалась в коконе, теплом, добром и каком-то домашнем, его не хотелось отпускать, поэтому Герда только вцепилась ещё сильнее в мужчину и погрузилась в тяжелый сон, периодически всхлипывая и сжимая пальцы рук.

+1

37

Проснулся Кайлан около полудня, с девушкой на руках. Бедняжка сжалась в комочек, словно пыталась спрятаться ему за пазуху. Он снова погладил ее по волосам, по щеке, на которой застыла слезная дорожка.
- Бедный маленький Волчонок, - прошептал альв. Надо было ему привязать ее к чему-нибудь, или вовсе не брать с собой. Однако ему и правда был нужен целитель. Риск был слишком велик, риск остаться в лесу навсегда даже в случае успешного завершения операции. Вот кто ему тут еще поможет? Никто бы его тут не нашел.
Все тело затекло от долгого лежания в одной позе. Надо было и вставать, все-таки кушать хотелось. Кайлан осторожно поднялся, все так же не разжимая рук и не выпуская Волчонка из своих объятий, а затем уложил ее в свой спальник, заботливо укрыв. Надо было поесть, отдохнуть, справиться с моральной травмой его телохранительницы, а вечером продолжить охоту. Он был уверен, что где-то там, за его волшебным куполом, бродит его мать, ищет их и не может найти. Он надеялся, что не может. Старая госпожа Фадири была сильным магом-разрушителем, в том числе разрушителем заклятий. Они никогда не изучали способности чудовища, в которое ее превратил отец, и не знали, сохранила ли она свою магию. Если да, то она просто-напросто не может их найти. То есть, теоретически найти их она может. Наткнется на купол, разобьет его и сожрет всех, кто внутри. Альвийка больше себя не контролировала. Она больше не могла возвращаться в свою первоначальную форму, вот уже двадцать лет как не могла. Она умерла. Умерла как госпожа Фадири, как мать и жена, добрейшая королева на свете... Зато была вполне себе жива как здоровенное кровожадное чудовище.
Кайлан провел весь день под защитой купола, пытаясь растормошить и утешить Герду. Говорил же он ей не ходить за ним. А вдруг ее психика пострадала настолько, что теперь она не сможет колдовать? С разумом шутки плохи. Он надеялся, что девушка все-таки крепче, чем кажется. Все же она была довольно легкомысленной, может и теперь не станет долго терзаться? Только ближе к вечеру она начала подавать признаки удовлетворительного состояния. К вечеру альв подготовился к новой вылазке.
- Теперь ты знаешь, что там снаружи. Пожалуйста, я прошу тебя, сиди тут. Если купол вдруг исчезнет, куда ты побежишь, ну-ка? - Кайлану нужно было удостовериться, что она запомнила его инструкции.

+1

38

Всю ночь девушке снилось что-то странное, казалось что на неё вот вот кто-то нападет, но вдруг оно исчезало, появлялся какой-то туман.Резко распахнув глаза, Герда перепугано огляделась. Ей привиделось раскрытая пасть чудовища с тысячью, не меньше, острыми, как кинжалы зубами, но взгляд цеплялся за знакомые вещи и паника, что охватило её во сне, начала уходить. Последним, что помнила девушка с вечера, это ужасный монстр который их чуть не сожрал, а дальше всё как в тумане, какие-то образы но ничего чёткого.  Настораживало поведение господина Фадири, который весь день пытался разговорить вульфарку и как-то странно на неё смотрел. Думать о том, где же он спал этой ночью не хотелось, поэтому от попыток поговорить  с ней, Герда лишь закрывалась в себе, старясь даже не смотреть на нанимателя. Так и прошёл весь день, только вечером Герда немного успокоилась и решив что наверняка не было ничего ужасного, ну кроме того монстра, даже пару раз улыбнулась Кайлану.
- Теперь ты знаешь, что там снаружи. Пожалуйста, я прошу тебя, сиди тут. Если купол вдруг исчезнет, куда ты побежишь, ну-ка?
-Купол?-непонимающе смотрела на начальника вульфарка, пытаясь понять о чём он вообще. Судя по тому, что альв замер глядя на Герду, то он ожидал ответа на свой вопрос, а девушке нечего было отвечать, вернее она помнила куда ей говорили бежать, но не понимала зачем, ведь наверняка должна была потребоваться её помощь здесь, а иначе зачем её вообще привели в этот лес.
-В сторону куда выходит вход шатра,-настороженно произнесла Герда, смотря за реакцией альва, и даже пальчиком в нужную сторону показала, чтобы уж наверняка убедить его в том, что куда бежать, она помнит.

+1

39

Альв очень серьезно смотрел на Герду. Она столько всего пережила за прошлую ночь - одной его мамы хватило бы на всю жизнь, - удивительно, что она не сломалась. Ей даже удалось улыбнуться Кайлану пару раз, и на ее улыбки он отвечал такими же, только куда более радостными и искренними. Как-то сам собой он привязался к маленькой телохранительнице, самой, пожалуй, нежной, робкой и беззащитной вульфарской воительнице на свете. Альв еще не вполне понимал, что он такого к ней чувствует, кроме того, что очень сильно хотел не давать ее в обиду, защищать, беречь. Не дать ей погибнуть.
- Вот и славно, умница, Волчонок, - альв улыбнулся ей чуть нервно от беспокойства, а затем встал и положил рядом с ней свой плащ, который только мешался бы во время сражения с матерью. - Я отправляюсь на поиски, а ты сиди здесь. Если я к утру не вернусь, отыщи меня в лесу, я, скорее всего, буду неподалеку. Видишь эту рябь? - маг указал на волнующийся будто бы от тепла воздух вокруг лагеря. - Если она пропадет, ты идешь в Лейан, куда ты показывала. Если нет, то я, скорее всего, остался жив.
Неутешительно это звучало, но и она не ребенок, пора столкнуться с реальной жизнью, куда она так просилась. Ей было бы куда хуже одной, если бы она все-таки убежала из школы Дагона, - только это и утешало Кайлана во всей истории. Напоследок, может быть, альв прикоснулся к ее щеке, проведя пальцами линию до подбородка.
- Ты же будешь молодцом, Волчонок?
Он взглянул на нее с улыбкой и покинул лагерь, пройдя сквозь собственный защитный купол и отправившись на поиски матери. Сеть снова легла в его руку и он был уверен, что девушка на этот раз его послушается. По крайней мере, она не успеет ничего натворить, потому что госпожа Фадири вот она, совсем рядом, пряталась в зарослях. Кайлан только и успел, что швырнуть в нее сеть - всей его альвийской реакции с трудом хватало, чтобы поспеть за чудовищем.
Тварь снова взревела, силясь вырваться. Двигаться она не могла, ее лапы сковывали замедляющие чары, но альв стоял слишком близко, ей не понадобилось трогаться с места, чтобы располосовать его когтями. Кайлан исхитрился выгнуться назад, так что голову она не задела, лишь пробороздила грудь и живот, безвозвратно испортив куртку с рубашкой. Но это ничего, глубокие ссадины не отрезанная голова и выпущенные кишки, хотя они ощутимо сочились кровью. Госпожа Фадири снова взревела, почувствовав голод от запаха теплой свежей крови, но Кайлан уже запустил следующее заклинание. Чудовище поднялось в воздух, сжалось, завертелось вокруг своей оси, уменьшаясь в размерах и светясь все ярче и ярче, пока не упало в подставленную альвом ладонь в виде маленького красноватого аметиста, совершенно обезвреженное и мертвое. От альвийки осталась только аура хаоса и, возможно, какая-то часть магических сил, этого Кайлан пока не знал. Заклинание обессилило его, в придачу к кровопотере, и он опустился на мох, покрывавший лесную почву. Остался последний штрих, еще немного сил - альв снял один из серебряных перстней и заставил металл изменить форму, обхватив камень его матери в простую оправу. Ювелиром он никогда не был. Камень в виде кулона без цепочки он надел на плотную полоску ткани, отрезанную от разорванной рубашки, не из той же части, где она медленно пропитывалась кровью.
- Вот так, матушка, вот так, - прошептал он, тяжело дыша. Надо было возвращаться в лагерь. Там Герда его вылечит, и можно будет отправлять ее домой.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (18.11.2015 14:56)

+1

40

С самого начала их путешествия девушка чувствовала себя странно.Её не обзывали, не ругали, наоборот, всячески оберегали и обогревали, вот только ощущение было, что с ней разговаривают как с маленькой. Туда не ходи, сюда не ходи...А от альвячьего"Волчонок" вообще хотелось встать на четвереньки и потявкать, высунув язык.
- Вот и славно, умница, Волчонок.
-Опять? Где же карамелька, которую всегда дают детишкам, жадничает...-по-ехидничала Герда мысленно, вслух такого говорить она бы не решилась. Вот только улыбка, которая последовал после этих слов, Герде не понравилась, уж больно кривая она была,а это говорило о том, что Кайлан нервничает.
- Я отправляюсь на поиски, а ты сиди здесь. Если я к утру не вернусь, отыщи меня в лесу, я, скорее всего, буду неподалеку. Видишь эту рябь? Если она пропадет, ты идешь в Лейан, куда ты показывала. Если нет, то я, скорее всего, остался жив.
Если Кайлан рассчитывал напугать Герду, то у него получилось. От любого из возможных развития событий веяло чем-то нехорошим, и это нехорошие была - кровь. Вульфарка занервничала, а когда альв провёл по её лицу, занервничала в двойне, это движение было так похоже на прощание.-Или я книг перечитала?-на мгновение выпала из реальности девушка, но её тут же вернули.
- Ты же будешь молодцом, Волчонок?
Ответа этот вопрос не требовал, поэтому с тревогой смотрела Герда как выходит из лагеря альв и направляется в сторону леса. -Интересно, если бы сейчас кинулась его останавливать и умолять не идти,как бы он поступил?-подумала вульфарка, непонимая откуда веё голове вообще такие бредовые идеи.-Ну сгинет он там и ладно, мне-то что?-фыркнула девушка, не отрывая взглядя от места где скрылся мужчина.
Когда раздался рык, то Герда подскочила на месте, и не думая ни о чем кинулась в лес. Девушка никогда не умела учиться на собственных ошибках, ведь совсем недавно её чуть не сожрали, а она вновь бежит в этот жуткий лес и зачем? Чтобы посмотреть как так лакомятся беловолосым мужчиной? Так как звук был очень громкий, то было понятно, что схватка происходила недалеко от лагеря. От страха за жизнь альва, тело Герды слушалось её ещё хуже чем обычно. Вот как можно споткнуться на абсолютно ровной земле, а вот Герда умудрилась, собрала грязь платьем и побежала дальше, попутно обдирая кожу на руках об ветки какого-то кустарника. К тому времени когда вульфарка добралась до места схватки, она стала выглядеть как лесное чудовище, а вот мужчина которого она увидела, выглядел как её жертва. Он был ранен, это было понятно по красным пятнам расползавшимся по его разорванной рубашке рубашке. Окинув взглядом близлежащее пространство, Герда не увидела никакого зверя и бросилась к раненому.
-Вы как?Что ещё болит кроме груди? Что с чудовищем?Да не молчите вы, говорите, вдруг у вас травма головы...-тараторила девушка, попутно пытаясь ощупать мужчины на наличие ещё каких-либо повреждений. В тот момент ей было глубоко наплевать что пред ней её наниматель и она вновь ослушалась приказа, а ведь такое каралось довольно жестоко, хот я Герда вообще умудрилась нарушить все правила наёмников, одним меньше, одним больше, какая теперь разница.

+1

41

Что-то набросилось на него из густых зарослей, прикоснулось к нему, и он разлепил глаза. Глаза разлепились очень неохотно, все тело сковывала истома, голова кружилась. И о чем он только думал? Не дошел бы он до лагеря сам, уснул бы тут на веки вечные. Знакомый голос обрушил на него поток слов, но альв только рассмеялся в ответ.
- Нет у меня травмы головы, только магическое истощение, - его взгляд сфокусировался на знакомой фигурке с длинными встрепанными волосами. Снова она тут, снова разбудила его нежным прикосновением своих рук...
- А ты храбрый маленький Волчонок, - прошептал он Герде, прикасаясь тыльной стороной ладони к ее щеке, благо она низко склонилась над ним. А что, если бы мать преуспела в своем ужине? Что, если бы тут девушка нашла лишь его мертвое тело - то есть, его части, - и монстра, пожирающего большую часть? Что же заставило ее снова, во второй раз, когда она, казалось бы, надежно и на всю жизнь напугана, побежать к нему? Неужели его жизнь имеет для нее значение? - Монстра больше нет, - Кайлан поднял аметист его матери на ладони, демонстрируя его девушке, - монстра я победил. Моя мать... Моя мать наконец-то свободна от этого страшного тела... И может спать спокойно...
Глаза закрывались сами собой. Очень и очень сильное магическое истощение, куда хуже каких-то жалких ссадин на груди и животе, которые уже начали затягиваться благодаря магии Герды. Зато заклинание, которым он превратил мать в камень, будет держаться вечно, будет держаться, даже если он умрет. Среди родичей Кайлана осталось всего одно чудовище, от которого он тоже скоро избавится.
Верная маленькая Герда все еще смотрела на него испуганными синими глазами. Он поднялся с земли без ее помощи, но, чуть не упав, ухватился за ее плечико. И снова вспомнил свои недавние мысли о любви и крупных вульфарах, обладающих куда большими правами на подобные прикосновения. И отпустил ее плечо.
- Вернемся в лагерь, - он, покачиваясь, зашагал туда, где оставил защитный купол. Не стоит снимать его на ночь, а то мало ли. Я бы поспал недельки с две или три...
Кайлан и правда долго спал, всю оставшуюся ночь и почти до вечера, встав голодным, с чуть испортившейся прической, зато бодрым и сильным. У него оставалась еще одна сменная рубашка в сумке, ее-то он и надел, слегка ополоснувшись в ручье. Осталось еще одно незаконченное дело, после чего он отправится прямиком к дядюшке, по его голову.
- Итак, Герда, - с энтузиазмом поедая свой завтрак и ужин, он внезапно обратился к своей телохранительнице. - Ты верно служила мне, - начал он торжественно, отвязывая от пояса еще один мешочек с пятью золотыми и протягивая ей обещанную плату, но потом его голос и взгляд потеплели, - ты мне очень помогла, ты спасла меня, дважды. Теперь я сделаю то, что обещал. Скажи мне, куда ты хочешь попасть, и я отведу тебя туда. Если хочешь сейчас, - он слегка осекся, по какой-то причине испытывая неприятные чувства при мысли о скорой разлуке, - я отведу тебя прямо сейчас.

+1

42

Альв выглядел ужасно, хотя чего его следовало ожидать после схватки с чудовищем. Но вот то, что он еле еле мог открыть глаза, было уже плохо, и подозрение о травме головы усилилось.
- Нет у меня травмы головы, только магическое истощение.
Герда не особо поняла, что это за магическое истощение, но решила поверить на слово Кайлану, ведь всё что касалось магии он знал намного лучше её. Голову тоже прощупала, попутно облапав волосы. Эти волосы не давали ей покоя с самого начала, они были такие, такие красивые, что Герда жутко завидовала и постоянно сдерживала желание потрогать их, а сейчас упустить такой шанс просто не смогла.
- А ты храбрый маленький Волчонок,-это вроде бы как одобрение немного удивило, и Герда даже ответила:
-Скорее уж глупый, но это не лечится...
После чего убрала таки свои руки от его головы и занялась грудью. Всё оказалось не так страшно, с такими ранами девушка могла справиться легко, грязи в них не было, а значит сил потребовалось совсем немного чтобы подлечить их, правда нужно было бы ещё обработать отваром, но его она забыла в лагере.
Из слов альва по поводу чудовища Герда ничего толком не поняла, а уж тем более не поняла при чём тут его мать, только расспрашивать не стала.
Когда альв попытался встать, то Герда очень испугалась, он выглядел таким обессиленным, но ухватился за её плечо, совсем как тогда во дворе но вдруг что-то изменилось. Он отпустил плечико девушки и зашагал к лагерю, вот только то, как он шатался делая каждый шаг, заставлял сердце девушки пропускать удары, она была готова подбежать в любой момент, но этого не понадобилось.
Вернувшись в лагерь, Кайлан лег спать, а сон ему был необходим это точно, Герда же не знала что делать. Она ходила вокруг шатра, отчитывая свои шаги в одну, потом в другую сторону, а устав, села у костра, перекусила едой из своей сумки, готовить ничего она решилась, было жаль переводить продукты. Герда не знала что её ждет дальше, и эта неопредленность заставляла нервничать. Когда проснулся альв, девушка искренне обрадовался этому, но подходить и ничего спрашивать не решилась, покуда он сам не начал.
Начало из разговора был такой официальное, и даже немного помпезное,что Герда не осознано напряглась. Обычно так всегда начали те, кто хотел отчитать вульфарку за какие-то проступки.
-Ты мне очень помогла, ты спасла меня, дважды. Теперь я сделаю то, что обещал. Скажи мне, куда ты хочешь попасть, и я отведу тебя туда. Если хочешь сейчас, я отведу тебя прямо сейчас.
Герда конечно помнила об этом его обещании, но как-то толком и не решила куда хочет попасть, поэтому вопрос застал её врасплох.
-Я, я бы...-начала лепетать девушка, глядя на альва, как кролик на удав, не зная что сказать, но вдруг приобрела более решительный вид  и произнесла.-Я хочу чтобы вы взяли меня с собой.
Сказала и испугалась, вот честно.-С чего ему брать меня с собой...Я же выполнила задание, и всё, котись Герда куда хотела...
-Я же целитель, вы сами скзаали, наврняка я смогу вам пригодиться, и платить вы можете меньше..-к уже сказанному добавила Герда, надеясь что хоть уменьшенная плата его заинтересует, ведь главное захватить внимание, а остальное приложится.
Так и сидела Герда умоляюще глядя на мужчину, только что слезу не пускала, а так точь в точь маленький хорошенький щенок.-Да пусть даже Волчноком называет, лишь бы согласился...

+1

43

Альв внутренне обрадовался ее просьбе, настолько, что радость эта даже проявилась внешне в очень искренней яркой улыбке. Она была такой миленькой, что мелькнула шальная мысль заменить оплату объятиями и взыскать одно прямо сейчас. Эта же мысль, так приятно кружившая ему голову, привела его к другой - куда он идет, кто он и кто она. Она не слушает не только прямых приказов, даже голоса здравого смысла, когда имеет цель выполнить свою работу. Может, он ей настолько дорог, что даже самый чудовищный ужас теряет свою силу, может, Кайлан Аса-Фадири даже поселился в ее сердце, это грело душу, но это и было опасно. Он - Владыка Аса. Простой альв, самый заурядный крестьянин и то мог быть изгнан за "неподобающие связи". А он и вовсе Владыка. Он все потеряет, пойдя на поводу у сиюминутного (хоть и сильного, появившегося с самого первого взгляда и существующего уже несколько дней) желания. И не факт, что у него останется хотя бы она. Использовав ее против него, его враги избавятся от нее.
Вот он я, вешаю на стену голову не убитого оленя, - опомнился альв. Не факт, что он нравился девушке. Он и про себя-то не знал, влюблен ли или просто слегка очарован, а уж она... Помни о вульфарах. Девчонка вернется домой и встретит там свою родственную волчью душу. Его ждала власть. Он не юная романтически настроенная девица, чтобы терять голову из-за чьих-то очаровательных синих глаз.
- Герда, это слишком опасно, я не могу просто взять тебя с собой...
Он осекся, увидев ее взгляд. Никого ему не хотелось брать, почти так же сильно, как не хотелось ее оставлять.

+1

44

- Герда, это слишком опасно, я не могу просто взять тебя с собой...
Услышав отрицательный ответ, а в её ушах это прозвучало именно так, Герда еле смогла сдержать слёз, но закусив губу практически до крови, сдержалась. Она пыталась лихорадочно придумать веский повод, из-за которого он был просто обязан взять её с собой. Была даже мысль обвинить его том, что он опорочил её честь, они были одни в лесу, и даже, о ужас, спали в одном шатре, правда говорить это вслух Герда всё же не решилась, только подумав, она уже стала помидорчиком, а если бы произнесла вслух? Мысли метались в голове, а губы были искусаны  в кровь.
-Чтож, я отказываюсь от ваших услуг, эм, предложения...Меня не нужно никуда переносить...Я, я.. Добирусь сама...-сказала девушка, но тут же продолжила, стараясь не выдать себя:
-Вы же тоже  отправитесь пешком? Мне не хочется вас утруждать...
Вопрос про то, как он будет добираться был задан не зря, девушка надеялась, что он подтвердит что отправится не используя магию, всё же он был недавно так слаб, да и наверняка не смог оправиться за такое короткое время. Герда нервничал, для неё очень важен был ответ, она отстукивал рукой по ноге ритм какой-то известной песни, периодически поправляла волосы и старалась поменьше смотреть на мужчину, ей казалось что стоит ему только взглянуть ей в глаза, как он сразу раскусит её план.

+1

45

Когда он услышал ее ответ, серьезность его лица тут же украла улыбка. Может быть, он ей все-таки нравился, хоть немножко. Он спохватился, но от улыбки избавиться не смог. Хитрый маленький Волчонок. Мысль о том, что она хочет, действительно хочет пойти с ним, согревала не хуже весеннего солнца. Будь его воля, будь он свободным, будь они одной расы - это было совершенно не важно для него, кроме той части, где за связь с ней полагалось изгнание, - он бы не отпускал ее от себя никогда.
- Да, скорее всего пешком, - альв кивнул ей. Хотелось, правда хотелось задержать ее подольше. Потом следовало от нее избавиться. Сходит с ней в Наоро. Лейан и города альвов тьмы были закрыты для него сейчас. Время еще не пришло. Вот поднакопит сил, тихонько свергнет дядю и как раз к смерти Владыки Смерти - что не могло не вызывать улыбку - завладеет властью над всем кланом Аса. Где он был? Пострадал на дуэли, дядюшка любезно замещал. В их клане тьмы дуэли были разрешены, так что махинации были в порядке вещей. Дуэль она на то и нужна, чтоб честно и без помех сражаться за власть, разрешение протолкнул на голосовании еще старый Владыка всея Аса - отец пока еще живого Владыки Смерти. И собственным сыном был вызван на такую дуэль. Сын же и начал мухлевать первым, на самом деле старика сморило хитрое проклятие. Но в каком-то смысле сын все-таки превзошел отца как маг - так нынешний Владыка оправдывался в личных беседах.
Хорошенький, закусивший губу и отчего-то раскрасневшийся (отчего же она покраснела-то?) Волчонок все ждал его ответа. Ну же, ответь ей "идем вместе", ты же хочешь так ответить, - настраивал себя альв. Будь он пылким юношей, покраснел бы тоже. И, скорее всего, вопрос бы уже дня два как не поднимался - честь обоих была бы опорочена прямо на месте.
- Хорошо, - очень внимательные алые глаза встретились с синими. - Хорошо, я возьму тебя с собой. Про опасность я ни капельки не шучу, это очень опасно.
Кайлан поднялся и принялся ходить туда-сюда, думая, прикидывая. Если его увидят рядом с вульфаркой, такой хорошенькой, это смогут использовать. Ему не обязательно состоять с ней в порочной связи, ему не обязательно даже испытывать к ней неподобающие альву чувства (Высшая раса, - зло прорычал про себя Кайлан) - само ее наличие используют. Ее даже похитить могут, изгнав и убив его за попытку спасти, а как он мог не спасти Волчонка? Но это уже домыслы. Вот бы он мог замаскировать ее под альвийку... Ответ нашелся - мама! Аметист его матери - его мать - излучал ауру Хаоса, приличествующую альвийке Хаоса. Да и глядя на Герду, можно было принять ее за маленького хрупкого альвеночка. Ушек только не хватало. Ушки можно было и изменить.
Кайлан подошел к ней, взял ее лицо в свои ладони и еще раз серьезно посмотрел в глаза.
- Раз уж ты идешь со мной, мне нужно скрыть ото всех, что ты не альвийка. Так надо. Ты точно решила, что хочешь со мной? - Взгляд Волчонка был таким уверенным и пылким, что альв начал колдовать. Коснулся кончиками пальцев ее ушек, заставив их чуть вытянуться в форме альвячьих, а затем достал из внутреннего кармана куртки аметист и повесил его на шею Герде. - Вот так. - Он окинул ее взглядом. Перед ним стояла точь в точь юная хаоситка, пусть и все та же Герда, но уже не совсем. Будь то, что он видел, правдой, он бы рухнул на одно колено и сделал ей куда более подобающее предложение, чем "Идем со мной, убьем моего дядюшку."
- Идем в Наоро. А оттуда поищем кое-кого... Или поедем в Академию.
Сестре его точно не понравилось, что сотворил с их семьей один ее член. Скорее всего, Кайлану удастся уговорить ее помочь. А если нет, то придумает что-нибудь. В Академии - да и в Наоро - можно будет как следует подготовиться к битве.

-----> Лигва, торговый тракт

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (23.03.2016 21:27)

+2

46

Уловив улыбку мужчины, в Герде расцвела надежда, а утвердительный ответ, вообще заставил девушку возликовать.-Я знала. я знала,-хотелось закричать Герде и попрыгать от счастья, но она не выдала себя, даже не улыбнулась.
- Хорошо, я возьму тебя с собой. Про опасность я ни капельки не шучу, это очень опасно.
Ну после этих слов Герда просто не могла не показать всей радости.Она радостно улыбнулась и даже захлопала в ладоши, это конечно странна реакция, но Герда всегда была странной, так что ей можно. Её совершенно не напугало его серьезное "Это опасно", это же было приключение,а она пыль под ногами героев, она помощница героя, а это явное повышение.
Конечно, те кто говорил, что книги не доведут её добра были правы, и про то что она слишком мечтательно, тоже правы, да вот только изменить Герду уже не возможно, остаётся только наслождаться результатом.
- Раз уж ты идешь со мной, мне нужно скрыть ото всех, что ты не альвийка. Так надо. Ты точно решила, что хочешь со мной?
Девушку шокировало не то, что из неё хотят сделать представительницу другой расы, а то что этот наглый тип опять взял её за лицо, и судя по тому что он постоянно так делал ему это нравилось, а вот Герду смущало и сбивало с мыслей, поэтому ответом ему на вопрос было лишь быстрое кивание головой. Мыслено же она вопила:-Конечно хочу, очень хочу...Приключения...
Ответ был принят не смотря на свою странную форму, и на шею было надето украшение, какой-то крупный камень, так как в драгоценностях она не разбералась, то не смогла понять что это за камень.
Удивлённо разглядывая своеобразный ошейник, так его воспринимала вульфарка, украшения на шее отчего-то душили девушку, при том любые украшения, она хотела возмутиться, но предумала.-Вдруг оставит меня здесь, нет, я на такое не согласна..
- Идем в Наоро. А оттуда поищем кое-кого... Или поедем в Академию.
- Да, да, хорошо,-тут же произнесла девушка, боясь что альв всё таки возьмет и передумает, поэтому тут же стала суетиться и собирать свои пожитки.-А мы пойдем в Наоро, а мы пойдем в Наоро, хи хи..-шептала девушка собирая вещички.
-----> Таверна "Черный лебедь" (Наоро)

+1

47

Спустя два месяца болтания по миру.
Окончание месяца Шиархи.
Пасмурный полдень.

Глушь, тронутая магическим пожаром, в нескольких часах пути от приграничья с кланом Кай.

Стылый воздух был тих. Каждый вдох отдавался неприятным морозным покалыванием слизистой. Эта зима явно желала остаться одной из самых суровых в памяти людей, а потому даже окончание месяца Шиархи не торопилось нести с собою освежающе-тёплый запах весны. Частично тронутый пожаром лес наводил на тоскливые и безысходные мысли, обгоревшие остовы деревьев напоминали мрачные коряги, а белое покрывало снега лишь усиливало ощущение от того, что находишься не в прекрасных лесах остроухих альвов, а на окраине мира, поеденного какой-то неведомой хворью. Это напрягало. Того и гляди выскочит из-за очередного изъеденного пламенем исполина какая-нибудь неведомая тварь да поминай как звали. Однако в этой местности далеко не звери представляли наибольшую опасность. За одним из широкоствольных поваленных деревьев своего охотника ждала дичь, желавшая вырвать гордое звание «опасный хищник» из рук недостойного. Несколько растрёпанная девушка с горящими диким пламенем золотистыми глазами старалась не выдавать своего присутствия, посильнее кутаясь в потрёпанную куртку и накинув на голову капюшон. Горло всё ещё немного саднило, сердце не успело успокоиться от быстрого бега, а на щеке неприятно пульсировала свежая царапина. Четвёртый день на этой арене, один из которых был потрачен на короткое изучение местности; последующие были проведены в отчаянной попытке всё-таки выбраться как можно скорее и помочь другим. Пусть утверждают 'старожилы', дескать, войти в очерченный магией круг возможно, но выйти практически невыполнимо - плевать, она попробует. Волчица бросила неприязненный взгляд на браслет, что красовался на руке. Блокиратор-маячок, который можно было снять лишь посредством отгрызания собственной конечности, мешался и на любые попытки снять мстительно раздирал кожу. Дарька скривилась - нет уж. Единственные, кому она отгрызёт руки, ноги и иные ненужные части тела - организаторы данного развлечения. Устроить охотничьи угодья, где дичью являются некоторые представители рас - это ещё додуматься надо. Дарина обязательно бы восхитилась такой богатой фантазией, если бы данная задумка не ломала чужие жизни. И она, племянница матёрого королевского разведчика, так бездарно попала в эту ловушку. 
«Позор на мои седины», - припомнила она слова вульфара, при этом не сдержав короткой горкой улыбки. Она была согласна, ведь это действительно позор. Даже не смотря на то, что заподозрить в двух болтливых простоватых мужиках с ребёнком коварных работорговцев, довольно трудно.. Дарине всё же стоило быть внимательней, чтобы теперь не пытаться согреть онемевшие от холода руки, высматривая своего горе-преследователя. 
- Кис-кис, малышка, иди к папочке. Обещаю, тогда не попорчу твою шкурку, - послышался справа вкрадчивый и обманчиво ласковый голос, перемежающийся со скрипом снега. Охотник был с зачарованным арбалетом, что являлось не самым приятным дополнением к его обмундированию. 
«Зато я тебе шкурку попорчу, ублюдок. В любом случае», - мысленно оскалилась девушка, выпуская когти на обеих руках. Частичная трансформация была весьма полезна, в то время как цвет волос оказался слишком вызывающим для всего этого сброда. Нашлась парочка любителей редкостей, возжелавших получить в качестве трофея белого волка. Волчица? Тем лучше.
Охотник прошёл возле её укрытия, и Дарьке пришлось ненадолго задержать дыхание, а после подниматься из своего скрюченного положения наиболее осторожно и бесшумно, прихватив с земли старую обледенелую шишку (или то, что от неё осталось). На самом деле, хищница долго размышляла над тем, стоит ли убивать этих идиотов. Но сейчас обстоятельства вынуждали её принимать жёсткие решения, если, конечно, она хотела выжить и не стать чьей-то игрушкой. От одной подобной мысли бросало в дрожь. Лучше уж смерть, чем жизнь на привязи. Впрочем, Монлуа была не из тех, кто легко сдаётся. Она, скорее, из той породы волков, что клыков не разожмут, ухватившись за добычу. Сейчас её добыча была полна азарта, являлась опасным противником. Нельзя ошибиться. Волчице пришлось максимально сосредоточиться и в несколько широких шагов преодолеть разделяющее их расстояние. Охотник стал оборачиваться, заметил краем глаза своего убийцу и, вероятно, надеялся успеть угрожающе взвести арбалет. Шишка пригодилась, тут же прилетев обернувшемуся обидчику в лоб. Этот отвлекающий манёвр удачно сработал, и златоокая беспощадно пнула «охотника» под колено, заставив того резко упасть на снег. Жертва хватала ртом воздух не то от возмущения и боли, не то от удивления. Девушка безжалостно схватила его за голову, немного потянула к себе и, не позволив себе усомниться, резко дёрнула, слыша знакомый треск позвонков. Мужчина рухнул поверх своего оружия и затих. Дарина шмыгнула носом, вытирая тот рукавом утеплённой куртки, и поморщилась. Только вот не хватало заболеть! Теперь, когда с преследователем было покончено, хищница ощутила отголоски неприятной усталости, отчего фыркнула на саму себя, - некогда нюни распускать! - тронув мыском сапога бездыханное тело. Мёртв. 
- Один-ноль в мою пользу, - пробормотала хищница, не испытывая какого-то сильного восторга и намереваясь забрать уже ненужный трупу арбалет. Стрелять из него Дарька не умела, но он был увесистый – всяко удобней отвешивать оплеухи неприятелям чем-то тяжёлым, нежели сбивать собственные руки в кровь. Монлуа вообще довольно быстро определила всех окружающих её здесь существ во враги. Как оказалось, пытаться организовать группу борцов за свободу – оказалось губительной идеей. «Дичь» в большинстве своём была настолько напугана, что не гнушалась подставить под удар себе подобных. Результатом приобретения столь удивительного и тайного знания стало несколько синяков, один из которых живописно красовался на челюсти. Тем не менее, обидчик уже давно был отправлен к Ашхаи. Впрочем, стоило отметить, что это далеко не единственное полученное хищницей знание. Вздохнув и собравшись с мыслями, Дарина присела подле своей жертвы и постаралась отодвинуть довольно увесистую тушу «охотника». Ей почти удалось заполучить оружие, когда неподалёку раздался характерный скрип снега и хруст тонкой ветки. Девушка насторожилась, едва не припав к земле всем телом. В поле зрения никого не было видно. Поджав обветрившиеся губы, она резко дёрнула, буквально вырывая из-под мертвеца арбалет, и поспешила скрыться с полянки за ближайшим более-менее уцелевшим широким деревом. 
«Вам что, в этой стороне всем мёдом намазано?!» - на место злости и усталости пришло искреннее, горячее возмущение. Она очень надеялась на благосклонность Шиархи, а также на то, что новое действующее лицо прежде заметит труп и обратит на него пристальное внимание, а никак не на многочисленные следы, оставленные на снегу. Неизвестный, безусловно, мог бы решить, будто убийца давно покинул гостеприимную полянку, вот только тело ещё не успело остыть. И всё же она надеялась, что это кто-то из пленников - такого можно просто шугнуть и идти дальше.

+1

48

Из Души леса

Погода была в самый раз: сизая вата густых туч низко нависала над лесом, не давая солнечным лучам ни одной возможности коснуться земли. Впрочем, радовала эта погода сейчас только глаза, на деле же Грэй уже который день никак не мог выбраться из леса.
Он не мог быть уверен, что не отклонился от указанного дриадами направления – без солнца и звёзд ориентироваться в незнакомых альвийских лесах было весьма затруднительно, хотя с голодухи не пух, наохотить случайного зайца всё же удавалось. Впрочем, Шеду подозревал, что то тоже дриады подсобили.
Письмо за пазухой понемногу приходило в самый непригодный и растрёпанный вид – и от влажного воздуха зимнего леса, и от упорного стремления Шеду выйти хоть куда-то, и от того, что со скуки мужчина то и дело доставал его и пытался читать. Это давалось сложно: некоторые буквы выглядели непривычно, ведь письмо писали не храмовничьи писари своим аккуратным разборчивым почерком, а обычный обыватель своею рукой уж как мог. По первым двум предложениям, что Грэю удалось прочитать, пока не понятно было, кто писал – мужчина или женщина, но Шеду думалось, что женщина – округлые значки, начертанные тонкой линией, создавали такое впечатление.
Шеду с тоской понимал, что письмо, вероятно, адресата не достигнет. Разве что город неожиданно окажется прямо за вот этой грядой.
В этот день рано утром вдалеке послышался свист, очень отдаленно, хотя судя по всему залихватски громкий. Грэй проснулся мгновенно, сам еще не осознавая, от чего, и лишь в следующие секунды набираясь уверенности в том, что слышал. Должно быть, где-то там кто-то выехал на охоту, а коли есть охотник, значит где-то есть и место его обитания – город, поместье, хоть что-то. Грэй споро спустился с дерева, на котором устроился на ночь, немного попрыгал да поприседал, дабы разогнать кровь и согреться, от голода сосало под ложечкой, но уповал теперь Шеду не на зайцев, а на охотника, в доме которого наверняка полно еды и выпивки для согрева. По краю сознания прошлась тревога, ощущение беды, но так едва-едва, что радость от предвкушения встречи с человеком – или пусть даже альвом – перебивала всё.
Однако вскоре Шеду вернулся всё к тому же, что было проблемой все прошедшие дни – к практической невозможности толково ориентироваться. Посвистов больше не было, и Грэй начал уже сомневаться, а был ли вообще тот, первый, не приснился ли. Быть может, это его воображение и желание поскорее куда-нибудь добраться сыграли с ним злую шутку? И он сам себя убедил в том, что слышал свист, сам решил отчего-то, что то непременно охотник? А даже если и было это всё так, то с чего Грэй вообще взял, что его встретят с распростертыми объятиями, накормят, напоят?
Шеду невольно пробежал взглядом по рукавам куртки, штанам, ладоням. Рожа, небось, не лучше выглядит. В пору решить, что он разбойник, а не встречать хлебом-солью. За такими мыслями прежняя радость сошла на нет, и та самая тревога взяла верх. Эта тревога была ему знакома. Предчувствие беды, дарованное Шиархи. Предчувствие ли? За столько лет Грэй так и не ответил себе на этот вопрос. Да и не было это так уж принципиально важно, ведь результат один – беда его находила. И сейчас она была ближе, чем утром.
Вдруг где-то неподалеку Грэю почудился будто бы тихий голос, но слов было не разобрать. Шеду замер и вслушался, чтобы снова не взять направление в никуда лишь потому, что воображение разыгралось. Проявленное в этот раз терпение было вознаграждено: спустя, пожалуй, почти минуту тишины в лесу что-то завозилось, как будто упало, снова завозилось и затихло. Что бы там ни было, оно было совсем близко, и сейчас Грэй был бы рад уже, пожалуй, даже Кукловоду, поэтому, словно взявшая след собака, он направился прямиком на звук. Один из кинжалов, впрочем, достал – глупо было бы бросаться сломя голову неизвестно куда. Идти старался осторожно, мягким крадущимся шагом, но общая усталость и голод не давали скрадывать звук шагов как следует, нет-нет да и попадалась присыпанная снегом ветка, ломающаяся с тонким треском под подошвой.
Вот уже показались свежие следы на снегу, Грэй остановился и склонился рассмотреть. Следопытом он был, конечно, не бог весть каким, но даже ему было нетрудно понять, что тут недавно прошли по крайней мере двое. Следы покрупнее да поглубже – мужские, точно. Шаг с пятки на носок, как у самого Шеду сейчас. Вторые, поменьше, вроде как совсем другие, будто быстрые, с носка.
Грэй осторожно пошел вдоль следов, не ступая на них. И довольно скоро они привели его к лежащему в снегу мужчине. Снег вокруг был весь перебулгачен. Глаза у него были открыты, но хотя еще не успели покрыться инеем, было ясно, что закрыть самостоятельно он уже их не сможет. У ладони мертвого лежал добротный арбалет, ремень которого был придавлен плечом почившего. Шеду видал такие раз или два, они, вроде как, набирали теперь популярность среди состоятельных людей, но пока их еще нечасто встретишь, и стрелять из подобного Грэю еще не доводилось.
Шеду огляделся. Кто-то же убил этого парнягу. Буквально только что. Значит, далеко уйти не мог. Стоило быть осторожнее.
Не убирая кинжал, всё так же настороженно Грэй подошел ближе к телу и напряженно присел рядом. Ухватившись за стремя, потянул на себя, выпрастывая руку бывшего хозяина из ременной петли. На направляющей уже лежал заряженный болт, но, видимо, противник этого бедолаги оказался быстрее.
Едва кончики пальцев мертвеца скользнули с ремня арбалета, как Шеду, еще не успев сообразить, что именно почуял, рефлекторно отскочил в сторону, взвиваясь на ноги, выпуская кинжал и наставляя новое оружие на то место, где только что был. За какие-то сущие доли мгновений, за которые мозг даже не успевает осознать ничего, что-то сродни страху взорвалось у Грэя в подвздошье, спасая от нападения неведомого. Не раздумывая, он нажал на спусковой крючок, тут же дёргая руку, сбивая собственный прицел.
Ты! – пущенный болт просвистел опасно близко к нападавшей и воткнулся в дерево позади. Грэй огорошенно опустил арбалет. – Это ты!
Она выглядела, пожалуй, под стать ему самому – встрепанная, чумазая, измотанная. Но это всё равно была она. За эти – сколько? – четыре года Шеду рассказал ту историю, наверно, не одну сотню раз. Историю про белую волчицу некоролевских кровей, зашившую рану от стрелы браконьера – шрам есть! – при свете костра где-то в лесочке посреди степи. Но сколько бы ни рассказывал, она так и не отпустила. Да разве отыскать случайную знакомку на таких-то просторах.

+1

49

Дарина прижалась затылком к шершавой древесной коре и чуть прикрыла глаза, улавливая малейшие шорохи и звуки неподалёку. Тело волчицы будто окаменело, повинуясь негласной команде замереть. Шаги приближались. Все осторожные, тихо шелестящие на снегу. Охотник? Осторожная дичь? Монлуа решилась выглянуть далеко не сразу. А вдруг ещё один охотник? Застать его врасплох будет куда труднее, равно как и сбежать. Девушка невольно закусила губу, бесшумно выдохнув и найдя в себе силы оценить обстановку. Осторожно отклонившись от ствола, она немного повернулась корпусом, а после повернув голову, немного выглядывая из своего укрытия. Неизвестный присел возле тела. Темноволосый мужчина, клинка которого она, к сожалению не видела, но подозревала, что он может быть достаточно опасен. Дичь или охотник? Этот вопрос был важен и одновременно не имел никакого смысла. Просто один мог иметь зачарованное оружие, магию, какие-то ловушки, а второй редко когда мог похвастать иными средствами запугивания и обороны, кроме как кулаками. Если только не стащил у убитого или зазевавшегося охотника, но ведь далеко не все владели каким-либо оружием мастерски. Поди ещё разберись. Дарька заметила, что внимание незнакомца привлёк арбалет, тот самый, что не поддался ей в ответственный момент и теперь снова представлял немалую опасность для неё самой. Монлуа молча и мысленно чертыхнулась, обругав себя быстро пришедшими в голову ругательствами.
Мужчина присел, а потому у девушки был шанс сделать хоть что-то, получить некоторое преимущество благодаря эффекту неожиданности, пока её потенциальный противник так истово желает заполучить магическую и опасную игрушку.
«Ещё один рывок, Белая? – горько подумала она. – Рывок к свободе, дорогая». Где-то в глубине души завозилась волчица, одобрительно подняв уши. Охотница позволила себе мимолётную улыбку, ощутив отклик внутреннего зверя. Однако ей казалось, что оппонент слишком уж спокоен. Найдя свежее тело, мужчина особо не озирался, полностью погрузившись в процесс приобретения дармового оружия. Стоило быть осторожней. Сделав глубокий вдох, вознеся короткую молитву Дагону, Монлуа решилась-таки подкрасться к незнакомцу, при этом не имея при себе каких-либо средств к запугиванию. Следовательно, необходимо было сбить с ног и отбросить подальше арбалет, для начала. В конце концов, будет неплохо, если они окажутся примерно в равных условиях.
«Впрочем, если он вульфар, то по мне можно заказывать погребальную песнь», - усмехнулась она, сощурившись и внимательно глядя за человеком, не мешкая с тем, чтобы подойти как можно ближе. Этот некто завершал свои манипуляции с арбалетом, стоило поторопиться. По всей видимости, эта расторопность её и сгубила. Мужчина что-то почуял – не иначе как глаза на спине! – и в последний момент ушёл из волчьих когтей. Дарина царапнула край куртки, досадливо рыкнув и останавливаясь подле того места, где только что стоял... человек? Запах мужчины резко ударил в ноздри волчице, она вскинула испуганный взгляд на того, на чью сторону теперь встала богиня Удачи. Щелчок, свист болта возле уха и полная прострация. Дарьке показалось, что краем глаза она видит, как мимо головы пролетает болт, время будто стало вязкой смолой. Промахнулся или нарочно отвёл удар? Златоокая хотела было посмотреть, куда же всё-таки улетел снаряд, но остановила себя, повернув голову на человека. На знакомого ей человека.
«Быть не может, - недоверчивая мысль отскочила от сознания мячиком. – Это, наверняка, какая-то иллюзия, шутка, морок?» Она глупо хлопнула глазами, глядя на то, как меняется в лице мужчина, имя которого само по себе всплыло в памяти вместе с обрывками странной ночи у уютного костерка, с боем отнятого у работорговцев. Да и как забыть единственного человека, которого дураки-браконьеры приняли за вульфара. Нос уже проанализировал полученную информацию из запаха, наскоро нашёл в памяти его обладателя. Шеду. Ошибки быть не могло. Впрочем, мужчина тоже её узнал, что невольно согрело какую-то точку глубоко в груди. Помнит. В этот момент волчица поняла, что, похоже, не дышит с того самого момента, как услышала щелчок спускаемого болта. Сделав судорожный вдох, девушка мотнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Шеду не исчез, как-то взволнованно и ошарашено сообщая Дарине, что она – это она.
- Шеду, - хрипло выдохнула волчица на грани слышимости, всё ещё растерянная, не очень понимающая как он-то здесь очутился. Она сделала полушаг навстречу, не слишком понимая, что делает. – О-охотник или жертва? – тупо спросила она. И уже после своего вопроса обратила внимание на внешний вид бородача. Не похож на охотника, нет. Заслан кем-то из богачей? Эта мысль заставила её сделать робкий шаг назад, будто девушка была не волком, а пугливым зверьком, чующим в воздухе нечто неладное. Если мужчина захочет, то успеет достать её и здесь, конечно. Дарька помнила, что Шеду был магом. С их последней встречи он не шибко изменился, заматерел разве что, больше возмужал. Заросший и растрёпанный, можно даже сказать – мятый и явно утомлённый, что виделось в небольших кругах под глазами, общем состоянии одежды, лёгкой чумазости. Нет, не мог он быть охотником. И, если это так, то стоящий перед волчицей человек – просто дар Богов, не иначе. В золотистом взгляде мелькнуло что-то вроде надежды, но настороженность в фигуре никуда не делать. Ответ всё-таки был важен.

+1

50

Девушка глядела так, словно не верила глазам, и Шеду, в общем-то, разделял это чувство, ему и самому до конца не верилось. Шутка ли: повстречать самую необыкновенную вульфарку из всех, что он когда-либо встречал, которую однажды случай привёл ему на спасение посреди бескрайней степи, спустя столько времени уже посреди бескрайних альвийских лесов!
Разумеется, он желал этой встречи, но это была какая-то абстрактная мечта скорее, нежели конкретная цель: Шеду – человек приземлённый, понимал, что шансов на такую встречу практически не было. Что, впрочем, не мешало ему иногда воображать, что он будет делать при встрече, что скажет. Но выходило теперь совсем по-иному: он никогда не представлял, что встреча случится таким образом, да и даже если бы представлял – не верил всерьёз, что она вообще произойдёт. И теперь слова беспорядочно прыгали в голове, перемешивались, терялись.
Губы волчицы шевельнулись, и Грэй услышал – очень тихо, едва-едва, – своё имя. Улыбнулся невольно: помнит! Шагнул одновременно с нею, сокращая дистанцию на шаг. Наверно, на радостях схватить и закружить было бы чересчур (даже то, что эта мысль пришла в голову было ему уже странно и несколько чересчур – никогда так не делал и вообще не имел привычки к слишком яркому выражению эмоций), но хотя бы, может быть, пожать руку? Или хоть как-то выразить телесно, насколько рад встрече?
Но прежде, чем успел сделать хоть что-то, был остановлен престранным вопросом, а следом девушка отшагнула обратно. За мгновение всё в ней переменилось, узнавание во взгляде сменилось настороженностью, даже, может быть, тенью испуга. Дарина словно не могла выбрать, считать его другом или врагом, цепко осматривала его, словно искала подсказку.
Охотник или жертва? Что это вообще могло значить? Не похоже на вопрос о роде деятельности, ведь жертва – не вид работы. Но даже если бы и был – Шеду не был ни первым, ни вторым. По крайней мере, насколько ему было известно. Хотя если бы ему пришлось определить всё же по этой классификации, то он бы сказал – охотник. Охотник за содержимым чужих карманов и за чужими жизнями. Хотя в прошлую их встречу ему довелось и жертвой побывать.
Как бы там ни было, на вопрос он ответил не сразу, сперва несколько секунд тупо смотрел на Дарину, пытаясь вообще осознать, о чём его спрашивают. Затем, когда он в конце концов решил, что совершенно точно не понимает вопроса, на его лице отразилось недоумение:
Ни тот, ни другой? – полувопросительно ответил он, затем выпустил из ладони арбалет и запустил ее за пазуху, второй рукой оттянув край куртки. Дарина мгновенно ощетинилась. Грэй, не ожидавший буквально ничего из того, что происходило последние минуты, даже как-то расстроился: ничерта он не понимал, в чём дело. Разве они тогда не распрощались на доброжелательной ноте? Быть может, кто-то рассказал ей каким-то образом, как Шеду добывает себе деньги, и теперь она опасается, что он убьёт её? Но тогда ей должны бы были рассказать и то, что он не убивает всех подряд, он же не маньяк какой-нибудь. Или, быть может, за те дни, что он бродит по альвийским лесам, что-то произошло между вульфарами и людьми, что-то значительное настолько, что даже друзья стали врозь, и не важно, на чьей территории они находятся?
Как бы там ни было, Грэй на всякий случай на мгновение остановился и затем продолжил движение уже совсем медленно. Он извлёк многострадальное письмо из-за пазухи, продемонстрировал его, мол, всего лишь бумага, и пояснил:
Письмо везу. Да и в другие дни охотник я, прямо скажем, не ахти. На себя зверушку поймать хватает – и то ладно.
Выждав пару мгновений, Грэй бережно убрал письмо обратно за пазуху и легонько прихлопнул по куртке, удовлетворённый, что бумага в сохранности. Однако он совершенно не представлял, как себя вести дальше, как будто его выпихнули на подмостки балагана, не рассказав, какова его роль.
Так… ты-то какими судьбами здесь? – он сделал короткий жест, чуть раскрывая ладони, тем самым показывая, что имеет ввиду леса Альварта. Наверно, лучше сперва выведать, чем вызвана такая её настороженность, и даже агрессивность – она ведь напала на него только что со спины! И мертвец! Грэй перевёл взгляд на труп, о котором совсем позабыл, заняв всё своё внимание волчицей. Теперь он вдруг понял, что только она и могла отправить того к Ашхаи – убийца, не ушедшая далеко. Но разве она не была охотницей? Или теперь её добыча – разумные?
Очень много вопросов роилось в голове Грэя, и он, наверно, сейчас был в опасности просто потому, что не только был сейчас безоружен, но и не имел намерения защищаться от Дарины. Он был рад её встретить, и его расстраивало, что она на него – какая ирония – волком смотрит. А ещё он был ужасно голоден и вымотан, а надежда выбраться из леса сегодня, которую подарил ему утренний далёкий свист, стремительно растаяла: Дарина вовсе не выглядела как тот, кто знает кратчайший путь в ближайшее село.
Шеду вернул внимание её, пусть чумазому, но всё равно красивому лицу, золоту глаз, надеясь, что всё прояснится для него совсем скоро.

+2

51

Вопрос явно застал его врасплох. Довольный вид сменился озадаченностью и непониманием, улыбка стоящего перед ней человека довольно быстро угасла, вызвав где-то глубоко в душе хищницы сожаление. Мужчина молчал, глядя на неё, вероятно, пытаясь разобраться, чем вызван такой вопрос в лоб. Ни здравствуй, ни до свидания.  У Дарины вмиг разболелась голова. Зачем спросила, дура? Ведь не мог навредить тот, кто смотрел так искренне радостно. Однако отступить назад не могла, нельзя поймать выпущенных изо рта слов, отмотать время. За последние дни девушка самостоятельно перестроила себя на иное отношение к ситуации и людям, а тут он… Недоумение, так явственно читающееся на лице мужчины, смешанные эмоции, расползающиеся от него едва ощутимыми волнами, не могли позволить солгать. Брюнет действительно не понимает, что происходит.
- Ни тот, ни другой? – неуверенно ответил собеседник, не зная правильного ответа. Его и не было, потому как девушка смотрела на реакцию и прислушивалась к ощущениям. А потом Шеду вовсе выпустил из руки арбалет, и тот сиротливо упал в снег, протестующе щёлкнув каким-то своим механизмом. Если бы человек хотел ей навредить, то не расстался бы с таким грозным оружием, даже без взведённого болта, прекрасно понимая свои шансы в безоружной борьбе с хищником, вульфаром, возможно, чуточку обезумевшим в агрессивном окружении врагов. Хищница взглянула на арбалет, быстро переводя взгляд на мужчину, который резко запустил руку за пазуху. Уловленное резкое движение заставило волчицу дёрнуться как от удара и чуточку напрячься, втянув голову в плечи – остаточное явление недоверия, условный звериный рефлекс. Непонимание не сходило с лица мужчины, Дарька, пожалуй, могла бы уловить в чертах некоторое разочарование, горечь. И правда, разве так встречают давних знакомых, боевых товарищей? Он стал двигаться медленней, будто перед ним стоял готовый к прыжку зверь. Эта мысль больно кольнула. Что же она, в самом деле?
Из тёплого плена куртки показался конверт, который Шеду спокойно и беззлобно продемонстрировал волчице. Здесь-то Монлуа стало стыдно окончательно и бесповоротно, на щёки тут же плеснул румянец, а волосы на затылке зашевелились из-за заползшего под воротник страха. Она невольно прикрыла рот ладонью: мало того, что чуть его не убила…  вновь усомнилась в нём. Ведь так уже было, когда в первую их встречу маг стал странно себя вести, желая сменить место отдыха, ощущая опасность. Собеседник задал вопрос, а девушка безутешно металась в собственных мыслях, проследив за взглядом человека. Свидетелем их встречи всё ещё был труп. Едва ли брюнет не догадался, чьих это рук дело.
- Шеду, - голос невольно дрогнул, внутри волчицы будто всё оборвалось, плечи поникли, а в золотых глазах слёзы блеснули. – Шеду, прости меня. Сначала я не знала, что это ты, - она вновь шагнула ближе, смахнув с глаз непрошенные проявления эмоций. Она выглядела виноватой, опустив взгляд на его куртку, приметила следы от своих когтей, оставшихся после неудачного нападения, и осторожно протянула руку, дотронувшись, будто это могло помочь восстановить материал. Черты лица златоокой смягчились, но лёгкая хмурость никуда не исчезла. – Я впервые рада, что моё нападение не увенчалось успехом, прости.. прости за это, - она вновь взглянула в тёмные глаза собеседника, опасаясь увидеть там гнев или раздражение, а потому убрала руку от чужой одежды. – И за вопрос нелепый, за.. подозрения, - она помотала головой, зажмурившись на мгновение. – Я здесь пленница, дичь, - чуть всплеснула руками, а на губах девицы появилась нервная улыбка, но тут же пропала. - Какие-то богачи устроили себе весёлое развлечение: согнали в магически огороженную область представителей разных рас и охотятся, как на животных, понимаешь?
Отчего-то стало зябко, и хищница ухватила себя за плечи, машинально растерев их ладонями и более не поднимая взгляд на человека. Даже не смотря на то, что иначе она не могла себя повести и Шеду, наверняка, это понимал, ей всё равно было ужасно стыдно. В любой ситуации нужно стараться трезво оценивать ситуацию, как учил дядюшка, а Дарька поддалась инстинктам, позволила себе быть больше зверем, чем человеком и не считала достойным оправданием ситуацию, в которой очутилась. Значит, стоило загладить вину, верно?
- Пойдём, здесь.. – она взглянула на синеющего мертвеца, - нам делать нечего, а я, вроде, обнаружила вчера путь к свободе. Если поспешим, то сможем укрыться от всех охотников и выбраться отсюда.
Впрочем, Шеду вполне мог решить, что она слишком опасна, чтобы пускаться с ней в какую-либо дорогу.

+2

52

Вместо ответа на Шеду обрушилось извинение, окончательно добив его растерянность до того края, за которым обычно приходит решение, что не имеет значения, что происходит, но оно настолько в корне неправильное, неестественное, что должно попросту перестать происходить, и ты лично должен этому поспособствовать.
Конечно, Дарине было, за что извиниться – она его едва не достала, эвон как ворот полоснула. С другой стороны, она же ему когда-то жизнь спасла, и он вовсе не уверен, что тогда хотя бы спасибо сказал, не склонен он обычно благодарить, пусть даже и за спасение жизни.
Да и всё равно остаётся вопрос – что могло заставить её напасть на человека: вамфири и их наёмные браконьеры отсюда далече.
Шеду проследил за взглядом златоокой до следов её когтей, туда же потянулись её пальцы. Похоже, её беспокоили эти лохмотья. Шеду же волновало в эту секунду то, что волчица всего на расстоянии вытянутой руки от него – невообразимо близко.
Да это… ерунда, – запинаясь пробормотал он, ему было неловко, что она так много извиняется из-за какой-то дурацкой куртки. Кровь прилила к лицу и ушам, ощутимо била в рёбра в области сердца, надо было просто…
Но когда Шеду решился, наконец, перехватить тонкую ладошку, Дарина отняла руку, продолжая свою винительную мысль, и его пальцы, схватившие воздух, огладили оборванный край, неумело маскируя неловкий жест.
Обычно он не испытывал никакой скованности в общении с прекрасным полом, напротив, он свободно травил истории, без труда мог найти, чем рассмешить девушку и чем заинтриговать, а уж под хмельное цветасто забалтывал иной раз и хмурых да неболтливых. Но сейчас ощущал себя неуклюжим угловатым подростком, незнающим, куда девать руки, что делать, что говорить. Нет, он, конечно, понимал, что именно с ним происходит и почему, хотя и считал всегда, что уж с ним-то этого не случится – Хаос всегда обязывал его проводить как можно больше времени вдали от людей, в уединении. И если тот или иной случайный собеседник в трактире рассказывал ему о таком, то обычно в восторженном ключе, тогда как в Шеду по этому поводу зародилась тревога. Да что там, он даже в мыслях не смел произнести это, бессознательно пытаясь как бы отстраниться от той части себя, которая, словно какой-то смертельной заразной болезнью, была поражена чувством.
Но уже следующие слова Дарины заставили его напрочь позабыть о голоде, возмущение, стремительно перетекающее в волну ярости, разлило из солнечного сплетения по всему телу новые силы. Он даже порадовался подспудно: ярость и злость были ему привычны, как жить с ними, он знал, в отличие от… этого, другого.
Дарина растёрла плечи ладонями, и Грэй, сочтя, что ей холодно, не нашёл ничего лучше, как снять с себя потрёпанную куртку и, накинув на плечи волчицы, как бы завернуть её в одёжку, словно ребёнка. Ему-то хотелось её приобнять хоть чуть, чтобы тем самым ободрить её и… приобнять, конечно, тоже, но незримый барьер не давал ему никакой свободы. Куртка была ей, разумеется, велика, плохо пахла, что чуткий волчий нюх наверняка уловил, зато грела. Шеду со зла к холоду стал восприимчив значительно меньше. Но, пожалуй, к тому моменту, как он продрогнет, Дарина уже успеет согреться.
Да, пойдём, – легко согласился он, когда запахивал на ней свою куртку. – Момент, – бородач взял в ладони немного снега, растёр его в руках, топя в воду, и мокрыми уже руками бережно стёр грязь с чумазого лица вульфарки. Вытереть насухо, правда, было нечем, разве что рукавом, но это уж было бы кощунством. – Вот. Так-то лучше, – кивнул удовлетворённо и улыбнулся. Ему хотелось, чтобы и она улыбнулась. Может быть, если убить этих богачей?..
Не укрылся от его взгляда и браслет на руке охотницы. Он не припоминал, чтобы в прошлый раз на ней были хоть какие-то украшения, Дарина в целом оставляла впечатление девушки, которая не склонна носить украшения.
Необычная безделица, кстати, – осторожно заметил он волчице, поднимая арбалет. – Не мешает на охоте?
Не забыл Грэй и снять с мертвеца колчан с болтами, коих было, впрочем, всего пять. Один сразу зарядил – если наткнутся на неприятеля, времени на это не будет. Заодно по привычке и карманы обыскал, решив, что будет справедливо, если этот горе-охотник оплатит Дарине вкусный ужин, постель и кобылу. Ну или на что хватит. По беглой оценке, на ужин и постель хватало точно.
Покончив с этим, Грэй выпрямился, выказывая готовность идти следом за волчицей. Втайне он надеялся, что все пять болтов пойдут в дело.

+1

53

«Он что, правда не злится?»
Нет, он злился, это немного ощущалась на уровне чуткой звериной эмпатии, но Дарина могла с уверенностью сказать – данная эмоция не направлена не неё. Эта мысль казалась невообразимой. Даже появилось какое-то идиотское желание переспросить, пристально, в упор глядя в глаза: не показалось ли ей? С души рухнул огромный камень. Девушка, конечно, не сомневалась в смекалистости мужчины, в его простоте и, главное, душевности... но прошло четыре года. За это время можно нахватать порядком призраков и неприятных воспоминаний, которые вспыхивают и заполняют эмоциями, стоит только чему-то намекнуть на мрачные события былых дней. Стало даже как-то легче дышать. На шорох, раздавшийся со стороны Шеду, Дарька подняла голову не сразу. Пожалуй, лишь за мгновение до того, как её плеч коснулась чужая одежда, она решилась-таки вскинуть взгляд на мужчину. Её несостоявшаяся жертва оказалась совсем близко, до ощущения тёплого дыхания на волосах. Хищница чувствовала идущее от мужчины тепло, успокаивающую уверенность, запах кожаной куртки, его собственный запах и, кажется, даже уловила стук сердца. Или это её, почему-то пропустившее удар и глухо ударившее в уши? Человек действовал осторожно, можно сказать, бережно. Вероятно, он поступал так, как поступил бы любой нормальный мужчина? Когда девушка ощутила прохладу, заползшую под её куртку, то решила, что это последствия нервного напряжения, но оказавшись в тёплом коконе чужого и большеватого одеяния, поняла, что действительно продрогла. После лёгкого согласия Шеду пойти с ней куда-либо, Монлуа едва удержалась от того, чтобы не хлюпнуть носом, растроганно, по-девчачьи.
- Спасибо, - облегчённо выдохнула она чуть севшим голосом.
«Невероятный и какой-то бесстрашный».
Однако вместе с тем, её взволновало, что сам мужчина, если верить беглому осмотру, остался в рубахе да не слишком плотной куртке. Стоило согреваться поскорей и возвращать одёжку, ведь меньше всего Дарине хотелось, чтобы по её вине Шеду мёрз, захворает же. Само собой, она бы его при таком раскладе не бросила, но что-то больно много проблем у этого мужчины случается, если Шиархи хочется пересечь их пути-дорожки. Спасаясь от глупой мысли, девушка машинально уткнулась носом в ворот куртки, ухватив её руками с внутренней стороны так, чтобы та не раскрывалась. Вещь пахла странно, впитала в себя несколько запахов: пот, какую-то пахучую траву, табак, алкоголь, что-то ещё, неразборчивое, но в их числе был и тонкий, едва уловимый аромат морской соли. Охотница вскинула на старого знакомца вопросительный взгляд и чуть подняла голову, стоило бородачу попросить её подождать. Когда мужчина зачерпнул ладонью немного снега, чтобы растопить в руках, Дарька не скрывала своего любопытства и живого интереса, наблюдая за процессом подготовки, но последующие действия оказались слишком неожиданными. Мягкие касания грубых на ощупь, но осторожных на поверку пальцев нисколько не раздражали. Дарина, ухватившись за края куртки, полнилась неловкостью и краснела уже из-за происходящего, но почему-то не смела отвернуться или сделать шаг в сторону, не уклонилась от такой незамысловатой, но отчего-то очень ценной заботы. Стояла и мужественно терпела, если вновь щипали немногочисленные царапинки на лице. Девушка, не таясь, наблюдала за сосредоточенным лицом мужчины, а где-то в груди зарождался завораживающий трепет. После подобных процедур лицо оказалось чуточку мокрым. Пусть, оно того, без сомнения, стоило. Внутри нахально усмехалась и одобрительно фыркала волчица. Мужчина же явно остался доволен результатом, о чём тут же сообщил Дарьке, удовлетворённо кивнув и улыбнувшись. Неловкость сменилась, наверное, неуместным смущением, а в голову ещё пришла нелепейшая мысль, что сейчас она похожа на то ещё пугало, если даже Шеду захотелось её умыть. Стыд и позор.
«Ох, уж эта женская натура…» - ворчала про себя златоокая.
- Ну вот, - хищница на мгновение застенчиво опустила глаза, чтобы тут же вернуть взгляд брюнету и добавить с чуточку робкой, но искренней улыбкой, очень надеясь скрыть охватившее её смущение: - Смыл мне весь боевой раскрас.
Вообще-то, стоило бы поблагодарить его. Как много старых просто знакомых станут относиться с подобной бережностью? Скольких старых просто знакомых, о которых мало что известно, сама Дарина подпустила бы столь близко просто так? Чувство вины чувством вины, но, если серьёзно, то немногих. Хищница катастрофически мало знала об этом человеке, но почему-то ещё в первую их встречу прониклась каким-то доверием, интересом.. впрочем, не решившись напроситься во временные попутчики, боясь прослыть навязчивой. Теперь же Боги вновь столкнули их на жизненном пути, снова в непростых обстоятельствах, самостоятельно навязывая брюнету мохнатую компанию. Шеду отступил, поднял со снега арбалет, показал, что достаточно внимателен, обмолвившись о браслете-маячке. Дарина криво усмехнулась. Настроение у неё сегодня, похоже, скакало почище шута на королевском пиру.
- Если б безделица, - вздохнула она, спокойно ожидая, когда мужчина завершит обыск покойного. Девушка внимательно смотрела на брюнета, но не потому что не доверяла или боялась удара в спину, вовсе нет. Просто сейчас он был похож на луч света в обступившем её несколько дней назад царстве тьмы. Было отрадно, что пусть в такое время, но повторная встреча их всё же состоялась, да ещё и при свете дня. Было отрадно, что это именно он. Само собой, бдительности девушка не теряла, постоянно прислушиваясь к окружающим звукам. Лишние неожиданные гости были без надобности.
- Это блокиратор-маячок, - кисло начала она, кивнув готовому отправиться в путь Шеду, и качнула головой в ту сторону, куда им предстояло идти. Дарька старалась как можно мягче ступать по снегу. – Самостоятельно не снять, не разбить, за магический барьер не пропускает, помогает организаторам всего этого шабаша определять местоположение.. гм.. дичи. Пыталась снять, но только руки зазря повредила, - она вытащила руку из-под куртки, явив миру браслет на несколько исцарапанной и покрасневшей кисти. - У другого пленника был такой же, там есть отверстие для ключа, но мелкое.. не знаю даже, шпильки мне пока не попадались, чтобы вскрыть. Да и не умею вскрывать, если честно.
Сказав это, она ненадолго замолчала, а после бросила взгляд на мужчину:
- Я даже не знаю, выпустит ли меня барьер там, куда мы движемся. Но там он прохудившийся, можно попытаться. Ну, или хоть тебя выведу, - буркнула последнюю фразу хищница и чуть нахмурилась, понимая, что когда сама выберется отсюда, то обязательно должна будет вернуться, чтобы открутить головы «гениальным» организаторам. Само собой, пользоваться добротой Шеду и тащить его в такое пекло она не собиралась. Вокруг пока что было тихо. Это настораживало и чуточку успокаивало одновременно.
- Тебе не холодно? – запоздало, конечно, но взволнованно уточнила девушка, потому что данный вопрос был одним из тех, что не давали ей покоя. Сама-то она, чай, не барышня кисейная, в конце концов, вульфар, кровь которого была горячей, чем у человека. – Не хватало ещё, чтобы ты заболел из-за меня.

+1

54

«Боевой раскрас» и впрямь весь смылся, и Шеду добродушно хмыкнул на этот шутливый укор. Ему думалось, что девушка имеет все шансы вернуть себе этот лесной грим, пока они будут выбираться отсюда. Ему бы только вывести её, да убедиться, что до какой-никакой крыши над головой добралась, а там уж вернётся и разделается с этими, будь они неладны, толстосумами. Или не разделается – тут уж как повезёт. Но сопротивляться собственной ярости, которая требовала выхода, он не мог и не хотел.
Грэй старался ступать мягче, идя рядом с Дариной. Так и не смог решить, стоит ли ему идти чуть впереди, чтобы первым попасть под удар в случае встречи с загонщиками, или чуть позади, чтобы не мешать девушке выбирать путь. Когда же она выпростала руку из-под куртки, глянул бегло и лишь сжал крепче зубы. У него с собой совсем ничего не было, чтобы исцелить её запястья и синяк на челюсти. Совсем отвык обзаводиться подобным с тех пор, как принцесса одарила его этим волшебным питомцем, что исцелял раны – но лишь на нём, на Шеду. Эх, знать бы, где соломки подстелить…
Шпильки у бородача тоже не имелось, но эту мысль он в голове задержал в сторонке. Уж чего-чего, а замки отмыкать жизнь его обучила, так что авось и с этим управится.
Я умею, – бросил он негромко.
«Вот тебе и разница. Не бывать тебе подле охотницы, узнает, чем живёшь, плюнет в морду и уйдёт. И будет права». Думать так было болезненно, но себе-то ведь не шибко соврёшь, да и проку в том нет.
На фразу о том, что хотя бы его златоокая выведет, Грэй невольно хмыкнул: вот же натура честного человека, беспокоится о нём, когда о себе волноваться стоит. Нет уж, довольно ей по лесу укрываться да дрогнуть, отдаст ей деньги мертвеца и отправит прочь, а там уж как-нибудь сориентируется, где недобитков этих искать.
Не холодно, – улыбнулся он девушке. Обычно хмурый, он нынче, должно быть, исчерпает весь запас улыбок на ближайшие годы, но Дарине улыбаться было приятно и легко, ей улыбаться хотелось. К тому же это был один из весьма немногочисленных способов, что пришли ему на ум, проявить свою, хм, доброжелательность. – Да и не заболею я, зараза к заразе не липнет, говорят.
Никаким исключительным здоровьем Шеду похвастать не мог, но ему не хотелось, чтобы вульфарка беспокоилась из-за такой ерунды. В конце концов не голым же он разгуливает, рубаха и тонкая куртяшка худо-бедно спасают. Да и до кинжалов добраться проще.
Высматривать да выслушивать Шеду не шибко старался, полагая, что вульфарка с её куда более чутким слухом и зорким глазом опасность заметит куда раньше. Вместо этого он как можно аккуратнее поймал тонкую девичью руку с браслетом, стараясь не бередить повреждённую кожу, и присмотрелся к замку. Механизм был знакомый, и будь у него что-нибудь подходящее, хоть что-то, что можно было бы сунуть в маленькое отверстие… ну да что уж.
Хм, – Грэй с сомнением сжал губы, прикидывая, что могло бы оказаться полезным здесь, в лесу. Выпускать ладонь Дарины из своей не хотелось. С сожалением он всё же разжал пальцы – как раз вовремя для того, чтобы, заслонив волчицу плечом, вскинуть арбалет, целя в сторону внезапного шума: неподалёку небольшая стайка птиц взмыла вверх, шумно хлопая крыльями. Поняв, что явной опасности нет, Шеду выдохнул и опустил оружие, направив остриё болта обратно в землю.
Оба они двигались довольно тихо, однако оставляли следы – от этого никуда уж не денешься, – и если кто был в той стороне, то даже если ещё не наткнулся на них – наткнётся рано или поздно. А уж там нагнать их двоих труда не составит. А быть преследуемым – невыгодное положение.
«Нет, не пойдёт», – зло подумал Грэй. – «Жертва – не по мне роль».
Разделяться был совсем не вариант: не мог он оставить без присмотра вульфарку на враждебной территории. Вдруг её изловят? Убьют? А он даже и не узнает.
Идти так до самой границы? Следы приведут к ним любого вооружённого хмыря, имеющего глаза.
Только одно и остаётся. Но не станет ли тогда она думать про него, что он самый обыкновенный убийца? Хотя ежели её тут убьют, она вовсе ничего думать не сможет, а это похуже итог.
Шеду, повернувшись к Дарине, нервно потер лоб пальцами, оставив на нем светлые полосы – чистые дорожки на чумазом лице:
Так… К Дагону барьер, – бородач опустил ладонь на плечо вульфарки, внимательно посмотрел в девичьи глаза и невольно запнулся, из-за чего пауза получилась длиннее, чем должна была. – Утром был свист – это имеет отношение к этим местным забавам? «Охотники» здесь где-то обитают? Есть у них бивак, хижина? Что-нибудь?
Может быть, среди их вещей даже нашлось бы что-то, чтоб сподручнее замок отомкнуть. Шеду мог бы попросту разрушить и замок, и весь браслет, но он и в хорошем состоянии-то не всегда справлялся с Хаосом, а сейчас, уставший, голодный, может вовсе случайно покалечить, наверно. Ни к чему рисковать.
Впрочем, если снять-таки браслет, можно было бы попытаться найти и владельца – Шеду коротко лапнул ладошкой по груди в том месте, где под рубахой и курткой болтался поисковый камешек, – только вот карты, жаль, нет, но её в крайнем случае и на снегу нарисовать можно.

+1

55

Дарина вопросительно вскинула брови, стоило Шеду тихо признаться, что он умеет отпирать замки и без ключа. В её обращённом на мужчину взгляде мелькнуло удивление, но довольно быстро сменилось уважительным одобрением, поддержанным кивком головы. Она даже не задумалась на тему того, откуда у брюнета подобные далеко не самые бытовые умения, потому как нынешняя ситуация диктовала свои правила, а способность открыть замок шпилькой была как нельзя кстати. Если бы волчица так умела, то, может, уже бы стащила у кого-нибудь (только у кого же?) шпильку, булавку, иную тонкую и крепкую вещицу и была бы свободна, отомщена и с чувством выполненного долга направлялась в родные края. Однако - и эта мысль самую малость смутила - тогда бы она не столкнулась с Шеду, который удивительным образом без раздумий готов был протянуть руку помощи неосторожной волчице, которая, на минуточку, попыталась его убить. Впрочем, она же когда-то и спасла ему жизнь, а человек, вероятно, возвращает старый должок, хоть Дарька не считала, что он ей чем-то обязан. На её беспокойство бородач лишь улыбнулся, заверив, что всё с ним нормально, мол, не склонен хворать.
- Только заразе об этом рассказывать забывают, - недоверчиво хмыкнув, вздохнула девушка, невольно залюбовавшись и успев отметить про себя, что идущему подле неё человеку очень идёт улыбка, совершеннейшим образом преображая его. Дарька не помнила, чтобы в первую их встречу он был настолько эмоционально оживлённым, но сейчас исходящее от него добродушие согревало не хуже большеватой куртки и поддерживало лучше громких речей. Девушка не видела ничего дурного или подозрительного в поведении спутника, наоборот, полностью разделяя ощущение внутренней радости от встречи, но было кое-что ещё. Знакомое, глубоко в душе. Ведь когда, будто круги на воде, по коже врассыпную разбегаются мелкие мурашки, стоило мужчине коснуться её руки, это навело на вполне определённые мысли относительно собственного отношения к человеку. Шеду с серьёзным видом рассматривал браслет, а охотница не упустила момент вновь пристально взглянуть на спутника, улавливая знакомые черты. Ещё несколько лет назад она отмечала для себя привлекательность спасённого в степях мага с удивительной чуйкой на неприятности, а сейчас понимала, что симпатия не растворилась в потоках времени. Возможно, дело в том, что Монлуа не была слишком влюбчивой, и все её увлечённости можно было по пальцам пересчитать? Или ныне её тело и сознание ощущало приближение весны? Но тогда ей стоило бы реагировать на касание любого мало-мальски привлекательного мужчины. Нет, дело всегда было не только в природе и инстинктах. И едва ли Шеду понимал, не мог знать, что своими действиями неосторожно растапливает в душе волчицы огонёк симпатии и заинтересованности.
«Не о том ты думаешь, Дарина, совсем не о том», - мысленно укорила саму себя девушка, немного растеряв реальность в своих мыслях. Однако найти её помогло то, что человек всё же выпустил её ладонь из своих тёплых пальцев, резко вскидывая арбалет и прикрывая спутницу плечом. Хищница невольно напряглась, приняв оборонительную стойку и обратив острый взгляд туда, где был заслышан инородный звук. Мгновением позже, будто стараясь перегнать друг друга и сбегая от опасных путешественников, из кустарника вспорхнула стайка птиц.
- Проклятье, - буркнула под нос волчица, ощущая себя крайне глупо, ведь это ей полагалось услышать этих существ за несколько шагов. Охотница тяжело выдохнула и стиснула зубы, запретив себе отвлекаться на всякие глупости. Необходимо было выбраться, а уж потом копаться в своих симпатиях и ощущениях. Мысленная оплеуха немного отрезвила, заставив начать выстраивать в голове план. К точке, что Дарька находила вчера, оставалось идти не так уж долго, по крайней мере, так казалось... Чем дальше они шли и не встречали по пути горе-охотников, тем больше волчица нервничала, ведь по прелестному закону подлости враг вылезает в самый ответственный момент из любого удобного ему сугроба. Феерично, красиво и неизменно смертельно опасно. Волчица пристально смотрела по сторонам, принюхивалась до ощущения морозных колючек в носу и тщательно прислушивалась, стараясь не обращать внимания на приглушённый шелест снега, попадающего под собственные сапоги. Рядом слышалось напряжённое дыхание Шеду. Увлекшись бдением, хищница не сразу поняла, зачем брюнет её остановил, положив на плечо руку и пристально глядя в глаза.
- Что? – тихо переспросила девушка, ускользнув от своих дум и посчитав, что ей послышалось. – Но, Шеду, - взгляда Дарина не отвела, ответив своему визави удивлением и озадаченностью, явно отразившимися на лице. Пауза чуть затянулась. Подбирает слова? Когда мужчина озвучил свои мысли, волчица задумчиво скривила губы, чуть нахмурившись и взглянув на оставленные их дуэтом следы. Похоже, спутников одолевали схожие тревоги о преследователях.
- Вроде, должен быть домик какой-то или.. хм, схрон, - после недолгого молчания начала она, вновь взглянув на спутника. – Не выглядят они голодными или сильно продрогшими, хоть и носятся за нами по несколько часов кряду. А сами при себе немного вещей имеют. Ну да ты сам видел, - из уст волчицы вырвался смешок, который она так и не смогла сдержать, разглядев довольно забавную контрастную светлую полосу на лбу человека. Пожалуй, его раскрас был чуть более устрашающим, особенно если добавить пару полосок на щёки. – Как давно ты в пути? – чуть склонив голову набок и на краткий момент сощурившись, внезапно спросила девушка и в неясном порыве, будто делала так регулярно, мягко отёрла брюнету лоб, хоть выглядеть стало не столь ярко выражено. Умывать его снегом поостереглась, в конце концов, обморозит ещё физиономию, а это будет куда как хуже – будет ходить хмурым и неулыбчивым.
- Здесь большая территория, я лишь мельком видела карту, когда один из этих идиотов не закрыл дверь в комнату с клетками, в другой на стене как раз висела карта местности. И если несколько точек, помеченных другим цветом, были те самые дома-схроны, то, - Дарька невольно огляделась, прикидывая, - то нам точно в другую сторону, и я не уверена, что смогу наобум сориентироваться. Только если... - пробормотала она, нервно переступив с ноги на ногу и вздохнув. Волчий нос был более чуток, слух позволял воспринимать окружение острее.
- Я, - замешкалась девушка, - возможно, могла бы обратиться в волка, конечно, но.. – она шумно выдохнула, нервничая, - только не удивляйся: очень желательно, чтобы ты отвернулся и не смотрел на этот процесс, тебе не понравится, - поморщилась Дарина. - Частичную трансформацию браслет не блокирует, - задумчиво припомнила, взглянув на руку, на которой вмиг появились когти, - значит, с обычной должно выйти.
До этого обращаться полностью златоокая не пыталась и думать, слишком рискованно делать это в одиночку на враждебной территории – в конце концов, она перекидывалась не за пару секунд, как собратья, - но местные «старожилы» поговаривали, будто охотники гонялись и за вульфарами в шкурах зверей, только вот браслеты никуда не пропадали, вероятно, уменьшаясь до нужных размеров.
- Если, конечно, у тебя не найдётся иного плана, – вульфарка чуть повела плечом, немного ободряюще улыбнувшись уголками губ и оборачиваясь в ту сторону, откуда донёсся крик птицы, а после покосилась на Шеду, совершенно точно утвердившись в мысли, что ему на её обращение смотреть не стоит. Зрелище, прямо скажем, неприятное. – Можно поискать следы, но, сам понимаешь, сколько их может быть. Да и на зверя ловца, может, проще будет поймать? А у того и вызнаем, где искать заветное тёплое местечко.

0

56

Охотница бросила короткий взгляд на цепочку следов, явно понимая, что его тревожит. Шеду надеялся, что она согласится и с тем, что с ролью жертвы, добычи пора кончать, пора поменяться местами с загонщиками, всё равно, чем они вооружены и какие трюки у них в запасе.
Высказывая предположения, волчица издала короткий смешок, и на лице Грэя отразилось лёгкое удивление. Смешок не звучал как злорадство над тем, что она знает, где достать неприятеля, это был обыкновенный добродушный смешок, никак не подходящий к обсуждаемому вопросу.
- Да шут его знает, несколько дней, - пожал плечом Шеду в ответ на вопрос, когда Дарина вдруг отёрла его лоб. Он даже озадаченно проследил глазами за её рукой, насколько позволял обзор. Видать, совсем чумаза морда. Но это ему было приятно. У Дарины была лёгкая осторожная рука с тонкими пальцами, которую хотелось накрыть своей ладонью, прижать ко лбу прямо там, где она находилась, и не отпускать уже вовсе. Ничего этого он, конечно, не сделал.
Грэй старался внимательно слушать, что она говорит, откладывая совсем неуместное чувство на другое время, и это было непросто – чувство имело на этот счёт другие соображения, похоже. К счастью, холод здесь лишь помогал, отнимая у тела лишнее тепло, разгоняемое разгорячившейся кровью.
То, что Дарина видела карту, было замечательно. Шеду не сомневался, что память не подведёт охотницу, и та при желании наверняка могла бы набросать её по памяти, если бы было на чём. Но довольно и того, что она хранилась в беловласой голове. Обчистить схроны было бы полезно – пополнить свои припасы и обнести врага одним махом. Но она запнулась, когда речь зашла о том, чтобы сориентироваться со сторонами, и Шеду с сожалением отметил, что очень даже хорошо понимает, что она имеет ввиду – сам потому и плутает который день, что толково без звериной чуйки тут не разобраться, а так бы, может, давно уже к людям вышел. Или к альвам.
А, впрочем, Дарина же вульфарка, значит, и звериным чутьём обладать должна! И, похоже, в этот раз Шеду поспевал за её мыслью, никак поумнел за четыре-то года. Только, кажется, её несколько смущало как раз то, что она умеет обращаться в зверя. Она подняла ладонь, и та – Шеду был готов поклясться чем-нибудь в том, что видел – на какие-то мгновения будто приняла промежуточную форму между рукою и лапой. Грэй не думал, что выльфары и так тоже умеют, отчего-то ему казалось, что они только разом обращаются, целиком. Удивление, наверняка, отразилось на его лице, хотя удивиться как следует ему мешали усталость и голод.
«Интересно, а только нос превратить в волчий можно?» – собиралась было мелькнуть и пропасть мысль, но Грэй успел за неё ухватиться. Ухватиться и вырастить намётки другого плана. Потому что ловить ловца на зверя ему совершенно не хотелось, если зверем должна была быть Дарина. То, что собирался предложить он, могло бы ей показаться перебором, но могло и не показаться – зависит от того, насколько она не считает за людей своих пленителей.
Она ждала его ответа, а он всё тянул, не зная, говорить или нет. Но на холоде да с ощущением, что тебе в затылок дышит чья-нибудь стрела, особенно долго колебаться не станешь. Не стал и Шеду.
Может, и найдётся, – глухо, словно стараясь скрыть, что это именно он говорит, начал Грэй.
«Она точно не согласится. Да в придачу будет считать тебя невесть кем».
Ты же видела карту, запомнила? Ну хотя бы и примерно? – он скорее утверждал, чем спрашивал, держа её за плечи и глядя прямо в глаза, будто увещевая, уговаривая. – Нам не обязательно их на тебя заманивать. Если нарисуешь карту, узнаем направление.
Ясно, что на снегу такую карту не нарисовать, и Шеду очень не хотелось говорить, чем и на чём нужно будет её рисовать, но это был бы лучший из возможных вариантов. Неприятный, но оптимальный. И сказать придётся всё-таки сейчас, потому что нельзя оставлять без выбора того, кто на самом-то деле и должен выбрать.
Но за неимением лучшего рисовать придётся ножом – или когтями, если тебе так удобнее – на спине бывшего владельца арбалета. Мы ещё недалеко ушли, – поспешно добавил он, словно это уменьшало каким-либо образом неприглядность сказанного, - сильно окоченеть не должен был, так что кровь проступит, и будет всё чётко видно.
Грэй выпустил плечи Дарины из хватки и рефлекторно сделал шаг назад, какой-то малой частью себя желая теперь сбежать, скрыться, да хоть бы и попросту исчезнуть, но всё же готовый утверждать, что мертвецу уже плевать, а так хоть им польза от его тела будет. Лицо Шеду было мрачно, а губы упрямо сжаты. Теперь, когда он ещё раз прокрутил предложенное им в мыслях, ему казалось, что это было лучше, чем заманивать охотников на Дарину.

+1

57

Удивление, явственно проступившее на лице мужчины в момент лёгкой метаморфозы руки волчицы, несколько позабавило девушку. Вероятно, он позабыл, что уже некогда она хвастала ему данным умением, когда рассказывала о себе у костерка, что старательно облизывал теплом ноги. Но это было мелочью при условии, что хищница запросто могла стать ушастой и хвостатой, покрыться короткой белой шерстью. Частичной трансформацией, как правило, владели полукровки, может, именно это знание вызвало у спутника нескрываемое удивление. Однако заострять внимание на чём-то подобном вульфарка не стала, смиренно и спокойно ожидая встречного предложения или согласия с предложенным планом. Сама же она проиграла его в голове и нашла несколько несовершенным, хотя бы потому что у неё не было особого артефакта, скрывающего одежду на какое-то время. Вообще. Если бы он имелся в теории, его бы – Дарька не сомневалась – забрали бы организаторы всего этого шабаша. Следовательно, одёжку пришлось бы прятать, не тащить же с собой. Она чуть нахмурилась, что мужчина, похоже, принял за недовольство долгим молчанием, а потому поспешил ответить, ухватив её за плечи и заглядывая в глаза, совершенно зря считая это лучшим способом донести информацию до девичьего сознания. И снова эти мурашки, только уже весело скачущие по позвоночнику.
«Чтоб тебя, Шеду!» - мысленно досадовала хищница, насколько возможно внимательно слушая новый план. Крепость мужских рук явственно ощущалась через несколько слоёв одежды. Становилось жарко, и волчице казалось, что из-под куртки вот-вот повалит пар, словно в стылую зиму отворили дверь баньки. Дрянная ситуация только осложнялась беспокойным чувством, но выработанная годами дисциплина позволила Монлуа улавливать информацию, не заостряя внимания на собственные ощущения и мысли. Данный себе запрет худо-бедно действовал. Голос Шеду, изначально бывший глухим и каким-то неуверенным, обрёл крепость, настойчивость, убеждённость в верности и действенности плана. Он, похоже, был готов убеждать её в том, что именно так и стоит поступить. Девушка кивала на вопросы, пока в голове появлялись новые. Нарисовать карту, найти путь, но как? Как они определят, где именно находятся? Да и едва ли у кого-то из них можно было сыскать пергамент, пусть и угля было в полуобгоревшем лесу хоть уешься. Однако мужчина и это предусмотрел. Сначала она подумала, что ей показалось на фоне остывающей злости на моральных уродов, бродящих по лесу и убивающих беззащитных. Но, нет, всё услышала верно. Дарька самую малость побледнела и чуть ошарашенно вздрогнула, в горле мгновенно пересохло, а глаза чуточку расширились. Предложение в первые мгновения показалось диким. Какой бы тварью ни был погибший, девушка не имела любви и удовольствия глумиться над хладными трупами поверженных врагов. С другой стороны, эта скотина вряд ли была бы столь же милосердна по отношению к самой вульфарке, если бы та оказалась поймана. Перед внутренним взором мелькнули обезображенные тела девушек, которые ей довелось видеть ранее, и парочка предполагаемых пыток, участницей которых охотница вполне могла стать.
«Право слово, Дарина, нашла кого жалеть», - мысленно укорила саму себя девушка и взяла в руки, справившись с минутным отвращением и нахмурившись из-за того как резко оборвалась речь бородача, а сам он, будто идя на попятную, отшагнул. Теперь-то она понимала его ощущения в начале их сегодняшней встречи. Он умолк, будто слова перерубили мечом, а по помосту прокатился комок ожидания вперемешку с сомнениями. Шеду помрачнел, напрягся и явно был готов отражать если не реальные, то словесные камни. Хищница даже несколько растерялась от такой перемены, ощутив взбурлившее в груди негодование. И связано оно было с попыткой мужчины замкнуться, укрыться от предложенной идеи и умения использовать все доступные ресурсы, чтобы сохранить себе жизнь. Если он думал, что Дарине было не знакомо слово «надо», то у неё для него имелся сюрприз. Хищница чуть поморщилась, но серьёзно взглянула на бородача и кивнула.
- Выбор у нас невелик, а? - как-то устало, но легко и риторически вопросила, криво, невесело усмехнувшись. Она всматривалась в его лицо и очень хотела стереть это выражение глухой обороны. – Выглядишь так, будто я тебя весной в ближайший кустарник тащу против воли, - она покачала головой, хмыкнув и чуть сверкнув медовыми глазами. – Идём, времени мало. Твои опасения о возможном преследовании передались уже и мне, - вздохнула девушка и, бросив очередной взволнованный взгляд на Шеду, принялась снимать с себя его куртку. Она сделала это довольно ловко, протягивая мужчине.
- Надень, пожалуйста, нет сил смотреть на твои синеющие губы, - обеспокоенно заметила златоокая, благодарно тронув его руку горячими пальцами, будучи не в силах побороть желание коснуться человека, уставшего от долгого пути, но не отказавшего в помощи. Ей не хотелось, чтобы Шеду думал, будто из-за его идеи что-то изменилось. – Спасибо, это действительно очень помогло.

Они и правда не слишком далеко ушли. Девушке даже показалось, что вернулись во сто крат быстрее, чем шагали в неизвестность. Какое-то время двигались молча, будто действительно замыслили нечто неладное и теперь размышляли о дурной стороне предстоящего деяния. Или же попросту устали. В своё время Дынко удалось вложить в голову Дарьки простую истину, что порой может быть мерзко, пакостно и тошнотворно, что-то вполне может пойти вразрез с представлениями о норме, но если это даст шанс на спасение в безвыходной ситуации (тебя самого или тех, кто дорог) – этим стоит воспользоваться. Поляна встретила путников мрачным молчанием и несколькими слетевшимися к падали птицами. Глядя на мертвеца, девушка не ощущала какой-либо жалости, скорее, отвращение и презрение, что было лишь к лучшему. Не стала она и уточнять у Шеду, каким образом он собирается использовать необычную карту, что именно поможет им сыскать верный путь? Может, человек имел талант к магии крови? Монлуа понятия не имела, как та работает, да и вообще терялась в догадках о некоторых вещах, но не спросила. Просто решила довериться.
- Одолжишь нож? – с надеждой спросила она, взглянув на Шеду и понимая, что они потратят слишком много времени на раздевание трупа. Да и с чего бы заморачиваться? Получив во временное пользование искомый инструмент, хищница присела на корточки возле бездыханного тела. Спокойно и весьма профессионально, будто разделывала дичь, распорола ненужную одежду, оголяя бледную спину. Прикрыв глаза на мгновение и вызывая в памяти внешний вид увиденной мельком карты, волчица сделала глубокий вдох и шумно выдохнула, принимаясь за дело. Тонкий аромат неохотно и боязливо проступающей крови неприятно щекотал ноздри, заставив волчицу пару раз непроизвольно фыркнуть. Девушка хмурилась, то и дело морщилась и даже несколько раз крепко выругалась, поставив метку несколько не в том месте. Завершив свою «картину», она поспешила окунуть нож в снег, чтобы смыть оставшуюся кровь, а после выпрямилась и отшагнула от необычной схемы. Волчица как-то виновато взглянула на Шеду:
- Прости, это.. это всё, что я могу. Как это нам поможет, если мы не знаем сами, где находимся? - вздохнула она, протягивая нож и опуская взгляд. Карта вышла не слишком подробная, однако на ней красовалось порядка трёх крупных точек – немногие запомненные охотницей ориентиры, которые – очень ей хотелось верить! – являлись теми самыми схронами.
«Ещё один кошмарный сон в твою копилку, златоокая». 

+1

58

От Грэя не укрылось мелькнувшее на лице Дарины выражение стянутых в узел мыслей о высказанном им плане, о той его части, где Дарине светит выцарапывать карту на мёртвом. Шеду и самому не особенно нравилась эта часть: хотя он и убивал людей, он не делал более необходимого, не получал никакого особенного удовольствия от процесса и считал это работой не хуже любой другой, а потому обезображивать трупы был не склонен. Однако и не питал особенного пиетета к мёртвым, справедливо считая их уже ненужной шелухой, очистком, скорлупкой, которую душа покинула, отправившись в чертог Ашхаи. Но было бы глупо игнорировать и то, что очень и очень многие имели к мертвецам иное отношение, как бы переносили ситуацию на себя и старались лишний раз не тревожить тело, словно это могло гарантировать, что когда-нибудь после их смерти и с их телами обойдутся уважительно.
Как бы там ни было, это всё было несложно в обычном режиме жизни, а Дарина и Шеду оказались совсем в других условиях, и бородач изо всех сил надеялся, что девушка оставит — хотя бы только на этот один раз — привычное сочувствие к окружающему миру в стороне.
К счастью, Дарина, видимо, так и рассудила, здраво взвесив ситуацию, но в голосе её ему слышалось осуждение за то, к чему Грэй её вынуждал. Наверно, можно было бы придумать что-нибудь ещё, что-нибудь получше, что-то такое, чтобы никому не навредить и чтобы все в итоге остались довольны, но чем дольше они тянули, тем, во-первых, становилось холоднее, а, во-вторых, опаснее.
Словно считав эту мысль, волчица сняла тёплую куртку и протянула Грэю. Или это от того, что теперь ей было совсем дурно быть в куртке человека, который предлагает такие вещи? Куртку он всё же взял и сразу в неё облачился. Та сразу объяла теплом, не успев простыть после златоокой.

К арбалетчику шли молча, каждый со своими мыслями. Грэй то и дело поглядывал на вульфарку беспокойно. Ему было жаль, что он не мог предложить плана получше, такого, который не топтался бы по её убеждениям.
К поляне Шеду начал присматриваться ещё за деревьями — не изменилось ли чего: сюрпризы им были не нужны. Не сразу сообразил, что если бы и была опасность, то уж Дарина бы точно первой заметила — у нее и зрение, и нюх, и слух куда острее. Та признаков беспокойства не выказывала, но Грэй — больше по привычке — бдительность всё равно не ослаблял, насколько мог.
Ножом Дарина орудовала со спокойствием обречённого. За работой Шеду не наблюдал, всматриваясь и вслушиваясь в окружающий лес. Лес звучал и выглядел спокойно.
Повернулся он уже когда девушка снова заговорила. Шеду взял нож, обтерев о рукав, убрал его обратно в холяву и присел у «карты», разглядывая. Кое-какие знакомые точки углядел, но перво-наперво нужно было узнать, где на этой карте они вообще находятся. Это было проще простого.
И этого вполне довольно, — ободрил он волчицу. Тон у неё был извиняющийся, хотя извиняться ей было совершенно не за что. Вместо ответа на вопрос выудил из-за пазухи крохотный, не больше половины её мизинчика, кристалл на верёвочке. К счастью, чтобы найти на карте самого себя, ему кроме карты и маятника — и себя, конечно, — ничего не было нужно. Так что он поднял руку над расцарапанной ножом спиной и дал камешку свободно раскачиваться, удерживая в мыслях себя самого. Маятник описал маленький круг над картой, затем ещё один, побольше, а затем очень выраженно отклонился в сторону и устремил кончик к одному ему видимой точке. Шеду чуть опустил руку, позволяя кулону коснуться кожи арбалетчика.
Вот, — запоминая точку сказал Грэй, — здесь — мы. Я не могу так же найти схроны, но мы можем найти кое-что полезное, — он поглядел на Дарину. Действительно, маятник был не в помощь в поисках неодушевленных предметов, не мог он помочь и с поиском зданий. Хотя это ерунда, на карте есть пометки, даже если точность у этой карты не велика, этого всё равно довольно, чтобы найти, что нужно, достаточно лишь определить стороны света. Но всё же, всё же…
Точнее — кого-то. Затейника этого балагана. У тебя браслет, — Грэй выразительно кивнул и даже скосил взгляд на побрякушку. — Он не тебе принадлежит, а тому, кто это всё, — мужчина покрутил кистью руки, в которой был зажат маятник, имея в виду эту так называемую «охоту», — организовал. Имея вещь другого человека, можно найти его. Лучше бы, конечно, с частицей его самого — волосом или ещё чем, но и с вещью можно. Учитывая, что он не так уж далеко, точность будет достаточная.
Шеду протянул руку в сторону Дарины, из сжатого кулака свисал шнурок с камешком. Искать того человека было вовсе не обязательно, и Шеду не настаивал — лишь предлагал. Златоокой, конечно, понятно, что именно крылось за этим предложением. Месть. И, может быть, толика правосудия. Эта смерть, одна-единственная, могла бы уберечь других от того, чтобы стать пленниками здесь, жертвами. Для надёжности, конечно, хорошо бы всех их вздёрнуть, но и одного, пожалуй, хватило бы, самого ярого энтузиаста.
Это было бы сродни тому, как они разделались тогда с браконьерами — это тоже было не обязательно, но сделать так было лучше.

+1

59

Покончив с изображением карты, волчица стала тихим наблюдателем, который никоим образом не старался скрыть своё любопытство. Она лишь сделала небольшой шаг назад, чтобы не мешать Шеду. Вместо ответа мужчина вытянул из-за пазухи необычный и не слишком примечательный кристалл, мутно блеснувший одной из граней в свете пасмурного дня. Златоокая чуть склонила голову набок, наблюдая за тем как маленький артефакт (а что же это ещё могло быть, кроме как магическая вещица?) очертил идеальный овал над исчирканной клинком спиной и уткнулся прямиком в конкретную точку чуть выше крестца. Лишь тогда мужчина вновь заговорил. Девушка растерянно посмотрела сначала на «карту», а после на бородача, который предлагал попробовать сыскать нечто полезное, но что в их положении могло быть полезней горсти нормальной еды и возможности немного передохнуть в тепле? Конечно, выбраться, что ныне было довольно проблематично. Притом из-за вульфарки. Но мужчина явно не спешил бросать её на произвол Шиархи.
Однако хищница слушала, вникая в ход мыслей собеседника. Некоторая вкрадчивость, спокойствие и общий тембр голоса были приятны волчьему уху, а потому получение новой информации и переменных было вдвойне увлекательным. Возможности небольшого артефакта казались довольно полезными, отчего Монлуа решила как-нибудь уточнить: чем же занимается её спутник, зачем ему понадобилась такая побрякушка? Ранее её не особо волновал данный вопрос, ведь мир был таков, что людям и иным представителям рас приходилось заниматься чем угодно, лишь бы выжить. Некогда ей хватило того, что мужчина путник и не причастен к похищениям её собратьев, теперь ей хотелось знать больше. Впрочем, она сомневалась, что имеет право лезть человеку в душу. Он протягивал хищнице необычный кристалл, который должен был помочь им выбраться и решить проблему пленников бесчеловечного и кровавого развлечения, а она не могла заткнуть маленькую глупость в своей голове: если она даст спутнику что-то своё по завершению этого «умопомрачительного» приключения... захочет ли Шеду однажды – ну вдруг! - разыскать её? Впрочем, что она могла ему дать? Девушка коротко выдохнула. Нелепость какая!
«Глупая ты, Дарька! На кой мираж сдалось ему искать встречи с малознакомой девкой, которая вечно втягивает его в неприятности?»
Златоокая не могла не признать с сожалением, что тлеющее в груди тепло с удивительной продуктивностью, достойной лучшего применения, рождало странные мысли, присущие разве что глупой девчонке-подростку, а не здравомыслящей женщине-воительнице. Тем временем пауза несколько затягивалась. Сегодня их разговоры в принципе состояли из каких-то странных пауз. Подул ветер, взметнув растрепавшиеся белые пряди в тщетной попытке пробиться сквозь куртку, дабы выцарапать из-под неё спасительное тепло, и в награду всё же стряхнул часть жара с опалённых лёгким смущением щёк. Чего тут думать-то, когда нужно действовать? К своей чести совесть равнодушно молчала, стоило Дарине взять в ладонь предлагаемый артефакт. Она мягко отёрла большим пальцем одну из граней необычного камушка, который предоставлял соблазнительный шанс покончить с этим притоном, пусть не навсегда, но хотя бы временно, пока не соберут подмогу.
- Интересная мысль, только.. – она на мгновение поджала губы, сжимая вещицу, и подняла взгляд на Шеду, в золоте её глаз тонуло мягкое сочувствие и, казалось, крепко укоренившееся беспокойство. – Ты явно устал не меньше моего. Даже если мы выясним местоположение главаря, мы не можем просто так влезть в это осиное гнездо. Это не кучка браконьеров-идиотов, тут всё несколько серьёзней, они нас просто перебьют.
Она запнулась и замерла, будто прислушиваясь к одной ей заслышанному раздражителю, а после продолжила, говоря намного тише:
- Мне бы не хотелось тебя в это вмешивать, но ты, похоже, дам в беде не бросаешь, хотя сейчас-то самое время начать, - хмыкнула девушка таким тоном, что было не понятно – шутит она или говорит совершенно серьёзно.
- Что нужно сделать? Представить этого засранца, вспомнить, пожелать найти? - Хищница сделала шаг к трупу, надеясь, что если они сейчас разыщут точку нахождения главаря, то уже больше сюда не вернутся. С другой стороны, можно было проложить свой путь таким образом, чтобы прийти к одной из крупных точек-схронов, передохнуть, обдумать детали. В принципе, было ясно, что главарь едва ли покидает основной дом. Дарька так же знала, что по ночам, обычно, никто охоту не ведёт, дескать, слишком опасно. Только хорошо бы избавиться от браслета до наступления темноты. Присаживаясь на корточки и вытягивая руку с кристаллом на шнурке, девушка позволила себе короткую зловещую усмешку, скользнувшую по губам. Нынешней ночью лес станет опасней вдвойне.
Долго уговаривать артефакт не пришлось: охотница припомнила наглую морду главного бандита, крепко пожелала его сыскать – чтоб тот подлец стал безудержно икать и подавился насмерть! - и уже через несколько взмахов кристалла соратники знали, в какую сторону двигаться, чтобы оторвать голову виновнику происходящего. Магический камушек уткнулся кончиком прямиком под левую лопатку. Монлуа чуть сощурилась, взглянув на кровавую карту, а после осмотревшись вокруг в попытке сориентироваться. По линии, которая проходила от места положения человека и волчицы до искомой цели, крупных точек не было. Впрочем, одна была не слишком далеко и стояла на одной трети части пути. Где-то слева раздался крик и торжествующий хохот в нескольких десятках шагов, заставивший девушку непроизвольно вздрогнуть и вжать голову в плечи.
- Кому-то не повезло, - констатировала она, выпрямляясь и нервно возвращая кристалл владельцу. Весь вид волчицы говорил о том, что спешить на выручку она не собиралась. Дарька прислушивалась и хмурилась, крылья носа трепетали, потому как волчица тщательно принюхивалась. Попутно она копалась в памяти, старательно накладывая рисованную карту с их положением и конечными целями. Не говоря ни слова, девушка бросила быстрый взгляд на спутника, прижав указательный палец к губам и тем самым призывая к тишине, а затем посмотрела в ту сторону, откуда донёсся крик. Не став медлить, она схватила мужчину за руку и повела за собой, примерно определив нужное им направление и огибая «опасную зону». Сердцем волчица рвалась помочь тому неудачнику, что не смог сбежать от охотника, но умом понимала, что ему уже ничем не поможешь, а ловец может быть довольно опасен. Хищница вела за собой человека, надеясь, что он не ощутит лёгкой дрожи её руки. Похоже, после всего этого ей нужно будет хорошенько выпить.

+1

60

Шеду выжидал, кристалл мелко подрагивал под редкими дуновениями ветра, Дарина молчала, видно, раздумывая над новой возможностью. Думала ли она о том, будет ли это убийством или лишь вариантом самозащиты? Или о том, хочет она мстить или просто уйти подальше и навсегда забыть об этом месте? Этого Грэй не знал. И не торопил её, не желая, чтобы её решение было поспешным, чтобы ей потом не пришлось жалеть, независимо от выбора. Но знал, что если они двое уйдут сейчас, он вернётся позже один и сделает всё по-своему, так, как считает нужным.
Однако девушка протянула руку, выбрав путь, и кристалл опустился в её ладонь фиолетовой льдинкой. Когда же она заговорила, Грэй понял, что поспешил с выводом – златоокая колебалась. Впрочем, доводы её были вескими. В самом деле, не много будет пользы, если идти в самую гущу как есть.
Твоя правда, – нехотя согласился Грэй, кивнув. – Стоит передохнуть.
На продолжение её мысли лишь ухмыльнулся: вмешался-то он сам замечательно, хотя никогда и не относил себя к тем, кто не бросает дам в беде. Просто есть дамы, а есть Дарина.
Ты это брось, златоокая, смирись, что я здесь, хватит гнать меня, – говорил шутливо, зная, что всё одно потом разойдутся, гони-не гони. Поднялся на ноги, отошёл, уступая место у «карты» волчице. – Да, просто держи его в мыслях, а кристаллик – над картой. Может, между ним и нами и один из схронов окажется, – Грэй махнул ладонью в сторону мертвеца, имея ввиду точки-крестики, обозначавшие их.
Пока Дарина присаживалась подле трупа и проделывала манипуляции с кристаллом, Шеду думал о том, что когда он снимет с её руки этот браслет и припрячет за пазухой, будет ли безделушка для кристалла считаться вещью, принадлежавшей волчице, или владельцем по-прежнему останется лиходей? Ведь не воровать же у волчицы и впрямь, а от браслета она и рада избавиться будет.
Кристалл тем временем отыскал неведомую точку на спине мертвеца. Идти далёко, но зато если сделать крюк, можно наведаться в один из схронов. Это воодушевило. Впрочем практически в это же время неподалёку раздались вскрик и следом смех, заставив Грэя развернуться в ту сторону и вскинуть арбалет.
В этот раз – не нам, и то ладно, – в тон волчице ответил Шеду, продевая голову в петлю шнурка и пряча кристалл под рубаху. Он и не заметил, как невольно сделал пару медленных шагов назад, в сторону, противоположную от источника тревожных звуков, не отводя взгляда оттуда. Лишь на миг глянул на Дарину, гадая, видно ли, слышно ли ей то, что не доступно его слабым органам чувств. Словно отвечая на его немой вопрос, та глянула на него и сделала знак, призывающий к тишине, хотя Грэй и так не шумел. Затем схватила его за руку и потянула за собой, так что арбалет всё же пришлось опустить.
В своих мыслях Шеду вызвал нацарапанную вульфаркой карту, отметил на ней указанные кристаллом точки и прикинул направление, в котором они сейчас двигались. Выходило, что они как раз обошли стороной то место, где кого-то, видать, изловили, и сейчас двигались в нужном направлении, взяв отклонение к схрону.

Немалое время они молча, сберегая дыхание, шли эдакой рысью по рыхлому снегу. Куртку пришлось распахнуть – от бородача тонкой аурой исходил пар, настолько он разогрелся. Несколько раз им встречались цепочки следов разной степени давности, больше от двоих-троих, но бывали и одиночные – везунчики, за которыми пока никто не следовал.
Следы животных тоже попадались, но оба путника молчаливо решали следовать выбранным путём – найти схрон было вернее, чем гоняться за редким беляком по старым следам, будучи уставшими.
Приходилось останавливаться, чтобы перевести дыхание да вслушаться, нет ли погони – заметать свои следы было не с руки, оставалось лишь надеяться, что хвоста нет.
Шеду прикидывал, что чем дальше, тем лучше их шансы: охотники тутошние явно не рассчитывают, что их дичь объединит силы, и уж тем более не ожидают, что пленники могут слаженно действовать вместе, объединившись. Что кто-то, кроме них, может менять расклад. Пока они играют в шашки, чёрно-белая пара расставляет шахматы, поглядим, кто настойчивее гнёт свои правила.
Схрон, думалось Шеду, вернее всего охраняется, но уж вряд ли слишком хорошо: если на него выбредет пленник, то ненароком, безоружный и замученный погоней, от такого и ребёнок отпинается. Значит двое, пришедшие намеренно и вооружённые, с такой охраной должны бы справиться.

К схрону Шеду и Дарина вышли уже в сумерках, замедля бег, едва среди деревьев стал виден просвет. То была землянка, так что не будь тут двоих человек и крупного пса, в обыкновенном холме не было бы ничего примечательного.
Пёс был воистину крупный, и в его свирепости Шеду не сомневался, к тому же сходу из-за сумерек было не видно, чем вооружены люди – в сумерках теряется контрастность, так что Грэй и волчица притаились в заснеженном кустарнике, присматриваясь, готовясь к схватке.
У одного из охранников из-за плеча торчало что-то длинное – то ли посох, то ли длинный лук, второй же был мечником, да к тому же без щита, это даже Шеду смог углядеть.
Грэй как раз отвлёкся убедиться, что ничто не помешает ему быстро выхватить кинжалы после выстрела арбалета, дабы не терялись драгоценные секунды, когда Дарина медленно, но крепко сжала его предплечье и, не сводя глаз с противника, прошептала:
Орф… это орф.
Шеду понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, где он слышал это слово, и почему оно здесь важно. И действительно – бородач не углядел, что у пса было две головы. И уж слава богам, что они сидели сейчас с подветренной стороны, ведь, говорят, нюх у этих псин невероятный какой-то! Особливо на вульфаров. Ревность, что ли, у этих псин какая? Сам Шеду орфов раньше живьём не видал, только слышал всякое, но слухи – дело такое, никогда не угадаешь, чему верить, а чему – нет. Говорят, псина свирепая, противник опасный. Если не так окажется, то лучше переоценить противника, чем недооценить, когда на кону жизнь. Только вот среди слухов не мог Грэй припомнить, как сподручнее псину эту убивать.

+1


Вы здесь » Айлей » #Клан Аса » Край леса