Айлей

Объявление



В процессе обновление информации по миру, разработка нового сюжета


18.07.2018 Любимые наши игроки,
сегодня ФРПГ Айлей исполнилось 5 лет!
Это очень важное событие и мы хотим поделиться с вами этой радостью! Что же вас ждёт? Во-первых, были подведены некоторые итоги событий мира Новости мира Айлей, во-вторых, открылась лавочка подарков Яркие огни, в-третьих, в шапке флуда указан список развлечений, в котором может участвовать любой игрок. А совсем скоро начнётся голосование за Короля и Королеву форума!
Мы несказанно рады, что вы с нами.
Мы вас очень любим ❤


07.07.2018 Мы подвели итоги игрового июля и у нас появилось сразу двое победителей - Иноэ и Сам-Ри! Поздравляем их и благодарим за ведение активной игры. Напоминаем, что совсем скоро будет день Рождения форума, а это значит, что будет праздник и кое-что новенькое. Следите за новостями!


01.06.2018 Айлей переведен на летний режим работы. Это означает, что внимание амс будет более уделяться решению организационных задач, скопившихся за год, нежели непосредственно игре.


Подробнее о новостях...







Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Skype - denai5
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » Ичарвиаш » Поселение Элге


Поселение Элге

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

[На данный момент это место является квестовой зоной]
http://s9.uploads.ru/gzQbU.png

Не слишком крупное поселение, расположившееся в некотором отдалении от Ичарвиаша.
Здесь не так уж много семей, всего около десяти домов да шалаш шамана, из-за которого и стал расползаться странного вида туман. Неподалёку от Элге есть небольшая лесополоса, больше похожая на куцый подлесок, где можно найти мелкую живность, некоторые целебные травы да съедобные ягоды. Поселение не имеет укреплений, но наладило связь с крупным городом Ичарвиашем. Они каждые две недели посылали голубей, сообщая о состоянии своих дел. Не сказать, чтобы это селение было богато на какие-то ресурсы, но, в целом, и всего хватает для жизни.

0

2

Поселение Элге каждые две недели посылало почтовых голубей своим собратьям, жившим в Ичарвиаше. В какой-то мере вождь большого и древнего города считал себя ответственным за некрупную деревеньку, где проживали когда-то ушедшие на разведку новых земель троблинги. До крупного города из этого местечка – полдня пути, не больше.
Последнее положенное сообщение так и не было отправлено жителями Элге. Это озадачило тех, кто его ожидал. Однако посчитали, что птица могла затеряться или схвачена хищником. Тогда Ичарвиаш отправил своё послание, но ответа так и не получил. Вождь решил выслать отряд своих воинов, дабы помочь соседям, но и те в итоге не вернулись. Отправиться на разведку решился шаман племени (пришло ему видение, что только «говорящий с духами» способен решить данную проблему) и его ученик. Троблинг был очень удивлён, увидев окутавший деревню странный, полупрозрачный туман. Однако подходить к нему ближе шаманы не спешили.

Элге засыпан изрядным слоем снега, по нему гуляет неприятный, довольно холодный ветер, который смёл на некоторое время загадочный туман. Однако никто не пробудился в деревне. Шаманы обошли всё селение, заглянули в каждый дом. Все собратья были целы и невредимы, но спали каким-то странным, беспробудным сном. Нашлись и воины, прикорнувшие вповалку в довольно крупном доме кузнеца. Тогда главный шаман решил погрузиться в транс-сон вместе с учеником, увидел то, чего никак не ожидал встретить. Неведомое существо пришло из неоткуда. Учителю потребовалось немало сил, чтобы вытолкнуть из пограничного состояния своего ученика, наказав тому найти помощь, которая могла справиться с напастью.

0

3

--> Белая Академия, Крыло целителей

- Я определенно здесь уже был, - задумчиво пробормотал альв, когда телепортация завершилась. Место было занесено снегом, который продолжал падать, однако даже так он мог точно сказать, что это не его родовые земли.
Амулет телепортации перенес Кайлана совсем не туда, куда должен был - проклятая магия Хаоса, - но хотя бы не зашвырнул его в бездну, как в прошлый раз. На этот раз он не встретит Герду, заботливо перевязавшую его раны тогда. Хотя бы несчастный амулет сподобился утащить следом за ним более менее квалифицированного лекаря. Мысль о Герде ужалила, но ледяной ветер быстро его утешил. Ветер был поистине чудовищным, он выл, как воют сошедшие с ума волки, он пробирался под теплую одежду, пробирал до костей, не оставляя ни одного живого места. Глаза вскоре начали слезиться. А ведь он еще был закутан в мех. Впрочем, двое других тоже были подготовлены: его целитель захватил свой плащ - ведь он отправлялся с ним на улицу, когда это произошло, а второй альвенок все еще был в своей зимней одежде, пусть и неказистой и рваной.
Пользуясь эффектом неожиданности, Кайлан выхватил у целителя свой лук и колчан, вешая их на здоровое плечо. Меч тот все еще держал в руке, вцепившись в ножны, как утопающий в кусок плавучего дерева. Оружие было без надобности раненому колдуну, но как минимум лук Герды был довольно памятным предметом. Неприятно было видеть его в чьих-то чужих руках. Кайлан огляделся еще раз, нахмурившись. Этот злосчастный лук вернулся домой. Он узнавал архитектуру, а точнее, ее отсутствие - это были троблингские земли, Ичарвиаш. Где-то в этом забытом богами уголке мира он когда-то приобрел этот лук... Но не стоило погружаться в воспоминания. Желая отвлечься от них, Кайлан повнимательней взглянул на неизвестного ему черноволосого альва. Его волосы были обрезаны, а одежда - грязна и изорвана. Типичный нищенствующий изгнанник, каких было много. Однако, Кайлан лучше других знал, как обманчива бывает внешность. Он и сам походил на бродягу. Что-то в этом альвенке было не так, очень и очень не так. Его магия была странной, его аура едва читалась - как могут от одного и того же альва доноситься эманации смерти, воздуха и хаоса одновременно? Это было бессмысленно. Никто не мог свободно владеть тремя школами. Скорее всего, Кайлан бредит. Или это остаточные воспоминания его недавних встреч со Смертью и Хаосом. Впрочем, он мог не звать странного парня с собой. Впереди виднелась какая-то деревня. Решив переждать непогоду там, Кайлан подергал собственный меч, все еще находившийся в руках его целителя. Ему нужно было отвязаться от этих двоих.

+1

4

Фисаэр пристально следил за каждым движением пациента. От этого опасного субъекта хотелось избавиться как можно скорее да забыть этот день, эту треклятую практику как страшный сон. Да и от Академии уже на втором курсе начало подташнивать. Конечно, Белая Академия была эталоном учебных заведений, однако и в ней хватало непрофессиональных или легкомысленных преподавателей. Или тех, кто устраивал уравниловку и сеял законы древние и замшелые как чучело совы ректора. Кстати, ректор был всё-таки хороший и справедливый, но разве сможет он отконтролировать всё и вся? Да и всегда бывают случаи, когда преподаватель просто не переносит одного конкретного ученика (чаще – наоборот, конечно). У Фисаэра хороших отношений не сложилось практически ни с кем: многие считали его заносчивым и излишне самоуверенным, многие – странным из-за его интересов. Разве что с руководителем практики удалось сработаться, да и то потому что Фисаэр в принципе гораздо сильнее любил практические занятия. Здесь он мог наконец погрузиться в магию, проявить себя и поймать некое душевное равновесие. Но и практика оказалась в итоге полной стресса в виде бесконечного числа пациентов, нерадивых студентов в подчинении да вот этого белобрысого несчастья, которое всеми силами старалось ухватить свои вещи да оружие. Приходилось постоянно следить за ним, и всё равно Фисаэр не был уверен, что тот не умудрился схитрить. Ну да ничего, стоит им пересечь границу Академии, Фисаэр сунет чёртов мешок, меч да лук прямо в наглую морду этого бедоносца, а потом пойдёт обратно в лазарет. Хотя, время близится к вечеру, и оставаться там надолго не придётся. Можно будет просто проверить порядок, отпустить всех студентов да завалиться в свою комнату, чтобы наесться сладких груш с чаем (при этих мыслях Фисаэр едва сдерживался, чтобы не сжевать хоть одну прямо сейчас). Может, ещё почитать что-нибудь или просто наспаться всласть…
Однако мечты Фисаэра были прерваны внезапным толчком в спину, а затем…пространство вокруг вдруг пошло рябью. Альв не мог понять, что случилось, и сперва немало испугался, но через пару секунд сообразил, что это телепорт, созданный амулетом.
«Доколь это издевательство будет длиться?!» - со злостью и досадой думал Фисаэр, сжимая почти до треска лук и меч корня всех своих бед, но стоило ледяному ветру пахнуть прямо в лицо альва, тот живо забегал глазами вокруг и замер от восторга и радости. Фисаэр в первую минуту не заметил ни второго пациента, ни того, что белобрысый вырвал из его рук свой колчан и стрелы. Альв лишь тупо пялился на ледяную гладь, на куцые деревья и на мелкую деревушку вдали, которые едва можно было разглядеть из-за нескончаемого ветра со снегом; на бесконечный иссиня-чёрный купол неба над головой, на котором, несмотря на непогоду, всё-таки можно было увидеть яркие звёзды да луну. Наверно, в более спокойное время года, здесь видно целое море звёзд и даже загадочную цветную дымку звёздной пыли... Фисаэр глубоко вдыхал мёрзлый воздух и думал лишь о том, как же здесь красиво, как же хорошо наконец оказаться далеко-далеко от дома, от Академии, от всех знакомых и исхоженных вдоль и поперёк земель; и как же волнительно-здорово наконец получить шанс начать настоящее приключение! От восторга он даже не чувствовал толком холода, хотя одеваться в таких местах явно стоило теплее.
Постояв так пару минут, Фисаэр наконец очнулся от лёгкого подёргивания – проблемный пациент пытался всё же вернуть свой меч. И лишь сейчас альв заметил, что кроме них здесь ещё и другой больной из лазарета – неизвестный Фисаэру альв. И лишь сейчас целитель вспомнил всю ту злость, что вызывал у него белобрысый своими выходками.
- Куда, во имя Шиархи, ты нас отправил и какого чёрта здесь должен быть я и ни в чём не виновный больной! – Завопил Фисаэр и крепче сжал меч и мешок в своей руке, а второй схватил незнакомого пациента за запястье, чтобы этот полоумный не смог его тронуть. Альву, конечно, жутко хотелось побежать исследовать деревню, узнать, где она находится, кто в ней живёт (наверно, грэмы, но какие именно?) однако гордость заставляла его быть сдержанней и не проявлять свой восторг при ненавистном… «Стоит узнать его имя, раз уж нам придётся как-то выживать здесь», - подумал Фисаэр. Как бы ни хотелось забыть лицо белобрысого навсегда, в подобных обстоятельствах следует держаться кучнее. Если только это не было спланированное перемещение в определённое место. Но альв выглядел слишком задумчиво, раздражённо и даже несколько растерянно
- Кто ты вообще такой? – Со вздохом спросил Фисаэр.

Отредактировано Фисаэр Алэ-Аицар (14.08.2017 20:32)

+2

5

--> Белая Академия, Крыло целителей

Поднимаясь из сугроба, Вальт мог бы собой гордиться, если не был так зол.
Интуиция не подвела некроманта, вынудив последовать за хаоситом. Проклятый мальчишка имел при себе амулет телепорта и планировал им воспользоваться. То-то радости было вновь искать Кайлана по всему свету. Но благодаря исключительной сообразительности некроманту удалось этого избежать.
Правда, как сдержаться и не попытаться убить хаосита - другой вопрос.
В Академии Кайлан выскочил из-за двери, будто за ним гнался кто-то поопаснее гиперответственного лекаря. Ослабленный болезнью и последствиями ритуала, Вальт не успел отскочить, и хаосит налетел на него. Новая тушка некроманта была не только мелкого роста, но еще и тощая. Мельче старого тела и совершенно точно - Кайлана. Поэтому при столкновении отлетел именно Вальт, а из-за сработавшего телепорта вместо твердого теплого пола упал в ледяной рассыпчатый сугроб. Снег попал за шиворот, в рукава и моментально начал таять. Поэтому из сугроба поднимался некромант уже на пределе самоконтроля. От необдуманных поступков его удерживала только повышенное чувство самосохранения. И ощущение смены магии. Драгоценная магия Смерти затаилась внутри тела, вытесненная бесполезной магией Воздуха.
О да, сейчас Кайлану не составит труда убить его.
Пурга тоже не прибавляла настроения - снег режущей крошкой метался по воздуху, кусал незащищенную одеждой кожу. Вальт плотнее укутался в плащ, но все-равно ощущал пробирающий до костей холод.
За это время Кайлан успел вернуть себе лук и оглядывался с таким видом, будто узнавал места. Видимо он и планировал оказаться здесь. Вальт подавил тяжелый вздох, нахохлившись внутри облезлого плаща, и натянул на нос край шарфа. Он опять ощущал, отступившую в академии, слабость. Ему ужасно хотелось наконец выспаться на устойчивой кровати - на корабле, при постоянной качке, удавалось перехватывать сон лишь урывками. Это было одно из самых ужасных путешествий в жизни Вальта. И самое обидное было то, что в старом теле он спокойно переносил путь на корабле.
Некромант перехватил брошенный хаоситом взгляд и моментально покраснел, необычайно четко осознавая свой непрезентабельный вид. Желание провалиться сквозь землю немного уменьшало радость, что Кайлан не узнал его. До этого у некроманта не было времени, чтобы до конца обдумать свое положение - побег, попытки выжить, поиски хаосита. Теперь же, после взгляда своего едва ли не постоянного противника, Вальт четко осознал, что застрял в теле нищего изгнанника, лишенного малейшего шанса на обретение бессмертия. Без денег. Без связей. С убийцами Армины на хвосте. С неустойчивой магией. Месть хаоситу ничего не решала.
И поэтому только она имела смысл. Именно из-за Кайлана некромант потерял все. Он не успокоится, пока не соберет равноценную плату с хаосита. Магический ветер закружил вокруг некромата, выдавая силу обуревавших его эмоций. Оставалось только порадоваться непогоде - при таком снежном безумии чья-то магическая неполноценность вполне может остаться незамеченной.
Вальт осмотрелся. Душевное равновесие могло вернуть что-угодно, что не являлось самодовольным лицом Кайлана.
Телепорт выбросил их рядом с каким-то селением. Темные строения проглядывались сквозь летящий в глаза снег. Кайлан (также заприметивший их) не торопился к теплу, он попытался вернуть меч, который все еще крепко удерживал очарованный чем-то лекарь.
Это оказалось ошибкой.
В то же мгновение лекарь очнулся и,  - Вальт уже не успевал отскочить - схватив некроманта за руку, точно воинственный воробей, надвинулся на Кайлана.
Ага, на магистра магии Хаоса.
Что же может случиться плохого? Особенно посреди безлюдного пустыря. Еще и Вальта к своему самоубийству приплел.
Пока некромант отходил от наглости вышеуказанного лекаря по отношению к себе любимому и жалел, что сейчас лишен магии Смерти и не может его чуть-чуть проклясть, как тот наконец сообразил задать здравый вопрос.
Смешок вырвался сам собой, но Вальт понадеялся, что из-за шарфа и ветра его никто не расслышал. Вступать в диалог он не спешил, опасаясь, что сам неосторожно выдаст себя.

Отредактировано Вальтас (14.08.2017 20:02)

+1

6

Внезапно - и не вовремя - придя в себя, парнишка не стал отдавать ни меч, ни мешок с оставшимися артефактами, которые могли бы пригодиться в дороге. Кайлан снова ощутил, как в нем поднимается ярость. Все, чего он хотел, это забрать свои пожитки и отправиться домой, в безопасное теплое место, где ему были рады. Но ему нельзя было терять голову. Он провел достаточно ночей в форме миража, тщетно прячась от холода в вырытых прямо в снегу норах. Говорить пареньку свое имя тоже не следовало. Его дядюшка, предположительно покойный, отправил достаточно компромата в столицу, чтобы поспособствовать изгнанию племянника, и, пусть альвята перед ним не принадлежали к клану Аса, они оставались альвятами, детьми зацикленной на положении в обществе расы. Кайлан проигнорировал вопрос лекаря, сосредоточившись на своем пути к свободе. Со всеми своими пожитками.
- Мы же договорились, - мягко напомнил он, стараясь оставаться пассивно-агрессивным. - Как только мы будем снаружи, я получу свои вещи обратно. Мы сейчас снаружи, - громко прошептал он, улыбаясь, и, шагнув ближе к молодому целителю, рванул свой меч из его руки.
Молодой альв крепко сжимал ножны, но на этот раз хаосит схватился не за них, а за рукоять. Бесполезный в не слишком привычной к такому виду сражений руке, вдобавок ко всему левой и крепившейся к временно покалеченному телу, короткий меч обратился острием к раздражающему альву и его стеснительному подопечному. Пользоваться магией в таком нервном состоянии Кай пока не решался, так что меч был отличной альтернативой для запугивания безоружных альвов перед ним. Целитель был почти одного с ним роста, но имел куда меньше мяса на костях - он был попросту тощ. Второй был и тощ, и мал, и слишком молод, чтобы обладать солидным магическим потенциалом. Они не представляли больше опасности, чем воющий ледяной ветер или перспектива остаться в троблингской деревне на ночь, и Кайлан полагал, что им нечем ответить на его угрозы. Тем более, что это они его грабили.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (20.08.2017 14:44)

+1

7

Вальт лениво и без интереса наблюдал за разгорающемся конфликтом между лекарем и хаоситом. Стоило, конечно, отойти в сторону, чтобы самого не зацепило на пару с лекарем. Некроманту было даже жалко этого парня - такой уникальный образец пропадал. Вальту еще ни разу не встречался альв с таким полным отсутствием чувства самосохранения. И однозначно удачливый - иначе тот бы не дожил даже до этого возраста. Будь у Вальта прежняя его лаборатория и власть ребенок бы просто случайно исчез и помог бы науке в лице некроманта. Посмертно, конечно. Но не было ни лаборатории, ни власти, ни даже теплого плаща. Ничего больше не было. И во всем виноват он. Кайлан Аса-Фадири.
Раненный.
С нестабильной магией.
Посреди заснеженного пустыря.
Вальт вырвал руку из хватки лекаря и шагнул в сторону от направленного на них меча. И еще. Некромант медленно сдвигался за спину Кайлану.
Это был шанс.
Если хаосит наставил меч на практически детей, то с магией у него действительно паршиво. Слабый и уязвимый. Идеальный шанс, чтобы попытаться убить. И нет никого вокруг, чтобы помешать.
Вальт затрепетал от предвкушения. Он почти чувствовал на руках его теплую кровь, вдыхал неповторимый железистый запах. Жалко, что у некроманта именно сейчас ушла магия, чтобы продлить страдания этого мальчишки. Насладиться ими сполна. В собственном уязвимом состоянии у Вальта был только один удар. Только смертельный. Если некромант промахнется, то второй попытки может не быть. Кайлан все еще опасен. Вальт не забыл про странную метаморфозу хаосита в Белой Академии. Будто он едва не обратился во что-то. И то рычание.
Нет, у Вальта был только один удар.
Некромант скрыл руки внутри плаща и сдвинулся по сугробам еще на шаг. Ладонь коснулась в скрытом кармашке рукояти ритуального ножа. Его драгоценность. Его гордость. Этот ритуальнальный нож служил Вальту без малого пять столетий. За время своей прекрасной работы нож приобрел алый оттенок лезвия из-за крови жертв и множества ритуалов, в которых он участвовал. Прекрасный и надежный напарник. Он привел к ошибке лишь однажды - во время ритуала, из-за которого Вальт и находился в этом жалком теле -, но виноват в данной ситуации именно Кайлан. Проклятый хаосит виновен в том, что драгоценный нож провел неудачный ритуал, что Вальт мучается от плохо заживающих ран от своего собственного ножа.
Ладонь крепко сжала ритуальное оружие, скрытое от глаз посторонних среди складок плаща.
Один удар.
Всего один удар.
Как некромант Вальт знал в совершенстве строение тела альвов и знал множество точек в этом теле, приводящее к смерти. С его новым ростом и зимней одеждой идеальной точкой была шея. Со стороны гортани. Кровь и боль помешают произнести проклятие, но опасность метаморфозы оставалась. Поэтому идеальным местом был висок и глазница - ритуальный нож был достаточно остр и прочен, чтобы пробить тонкую кость. Но разница в росте могла стать помехой в точном ударе. Если бы Кайлан немного присел. Но шанс был - хаосит так берег руку, что хороший удар по ней мог позволить выиграть несколько секунд, чтобы воспользоваться ножом. Осталось только подождать, пока Кайлан не отвлечется на лекаря.
И месть свершится.

Отредактировано Вальтас (21.08.2017 16:47)

+1

8

Когда холодный острый клинок остановился недалеко от шеи Фисаэра, тот в очередной раз за день ощутил ледяняющую волну страха. Кажется, только сейчас его пробрал пронизывающий ветер, который до этого увлечённого альва совершенно не беспокоил. А теперь Фис остро ощутил собственную беспомощность, безоружность и совершенно не знал, что предпринять, ведь один неверный шаг - и дни будут сочтены.
Фисаэр стал быстро анализировать свои козыри. До маленького ножа в сумке быстро не дотянуться - быстрее прикончат, - да и против короткого клинка это оружие совершенно не годилось. Атакующей магии у Фиса тоже не было. С его способностями был шанс разве попытаться заживить собственные раны, и то если те окажутся не слишком серьёзными. Полезная ветка, но развивать её предстояло немало… Ещё можно было телепортироваться, но бегством Фис пока не желал заниматься. Может, это и было разумным, когда около шеи застыл чужой меч, но ещё разумней было оставаться всем вместе. В мирных отношениях сотрудничества. Тогда это казалось невозможным, но иначе останется лишь замёрзнуть насмерть или оказаться в одиночестве вместе с совершенно незнакомыми троблингами, что тоже могло закончиться плохо. Да и надолго ли удастся обзавестись ночлегом? А что дальше? Думать об этом лучше всё же с кем-то. Так куда больше идей на ум приходит. Так легче и спокойней. Да и белобрысый выглядел... опытным, судя по всем шрамам, по потрёпанному оружию. И этой умудрённости как-то придавали особый колорит сварливость и настороженная злоба (которые Фис с большим желанием окрестил бы полусумасшедшими замашками).
И потому альв постарался усмирить раздражение и горделивое желание пререкаться до последнего. Фисаэр думал, чем же он может парировать, чтобы сберечь жизнь и показаться полезным. Наверно, следовало быть сдержаней ранее, но кто же знал, к чему приведёт вся эта история. А теперь... Нужно было не защищать лазарет от безумца, а искать с этим самым безумцем общий язык.
Как лекарь, Фисаэр мог проследить за заживлением ран альва. Мог и помочь усмирить внутренние бури. Кроме того, у него была какая-никакая пища и фляга, в которой можно было впоследствии растопить снег, чтобы пить. Ведь неизвестно, как этой деревне отнесутся к непрошенным гостям, и какой путь ждёт альвов далее.
- Я лишь боюсь, что ты направишь своё оружие против нас. Впрочем, так и вышло, - Спокойно произнёс Фисаэр, стараясь говорить как можно рассудительней. - А ведь это опрометчиво. С твоими ранами да при таком ненастье лекарь был бы уместен. Да и пара полезных вещиц у меня со мной найдётся.
Он молча протянул ножны и мешок с вещами белобрысому.

+2

9

[NIC]Хан[/NIC]
[STA]Слышащий тишину[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Он бежал изо всех сил. Имея неплохую физическую подготовку, юноша всё же явственно ощущал, как тяжелеют с каждым шагом ноги, как учащается и сбивается дыхание. Ему было жарко и страшно, хотя шаманы не должны чего-либо бояться, являясь своеобразной магической стражей родного племени. Он боялся, но не чудовищ, скрытых во снах. Боялся не успеть найти того, кто помог бы справиться с напастью. Да и кто сможет, коль скоро сам учитель, великий шаман крупного города, остался по ту сторону сна?
Туго сплетённые волосы растрепались, с головы давным-давно слетел капюшон, а верхняя пуговица на шубейке вовсе сгинула в каком-то сугробе. Молодой мужчина был в снегу, взгляд казался безумным. Каждый, кто мог встретиться ему, обязательно почитал бы, что мальчишка не в себе, что слишком уж много травок для медитации в костерок накидал. Как бы шаману хотелось, чтобы именно такая версия была правдивой! Только ситуация была куда как серьёзней и грозила перерасти в непоправимую проблему.
Хан изначально даже не поверил своим глазам, приметив на пригорке трёх незнакомцев. Он опасался думать, что они реальны, а не являются плодом его воображения из-за грубого толчка мастера, пытающегося спасти ученика. Юноша даже хорошенько протёр глаза варежками, но наваждение было слишком сильным или, что лучше, вполне реальным. Ветер доносил до него обрывки фраз, но шаман предпочёл не прислушиваться к ним, из последних сил взбираясь к незнакомцам, чтобы хотя бы предупредить об опасности. Он не скрывался, его не сложно было заметить.
-  Уходите, пока не поздно, - прохрипел он сорвавшимся голосом, отчаянно махнув рукой и падая на колени в снег в полудюжине шагов от небольшой компании.. альвов? Что они здесь забыли и так ли это важно на данный момент? Хану некогда было думать о том, зачем здесь остроухие соседи. Ему было важно предупредить. Опустив голову и упираясь руками в землю, шаман пытался отдышаться и надеялся, что не растерял по пути свои сумки с травами да небольшой клинок. Лёгкие буквально жгло огнём, а холодный воздух никак не помогал остудить их. Залетающие в рот снежинки лишь добавляли неприятных ощущений. Хан тяжело дышал, ощущая, как ноги наливаются свинцом. Лишь благодаря упрямству, он приподнял голову, бегло оглядев компанию незнакомцев, после огорчённо покачав головой. Бесполезно. Эти вряд ли могли ему чем-то помочь.

+1

10

Слушая болтовню целителя вполуха - другое ухо было занято художественным завыванием бури, - Кай выхватил свои пожитки у младшего альва. Меч легко скользнул в свои ножны, которые Кайлан зажал подмышкой, живо надевая оставшиеся артефакты (амулет левитации на шею, браслет ночного тумана на правое запястье), пряча свой кошелек и, наконец, прицепляя ремешок ножен к поясу. Ему хотелось поскорее запахнуть свой плащ, чтобы избежать дальнейшего соприкосновения с ледяным ветром.
Целитель расписывал свою полезность для него, и в какой-то мере это все было правдой, но только в том случае, если Кайлан правда хотел оставаться в этой деревне. У него все еще был его амулет телепортации. Если он захочет попытаться отправиться домой еще раз, с погрешностью в тысячу миль, он мог бы рискнуть... Но был ли он в состоянии так рисковать? От всех этих телодвижений на голодный желудок, боли в лопатке -
рана просто убивала его сегодня, - плюс едва не случившейся потери формы в буквальном смысле альв был готов серьезно задуматься над перспективой провести хотя бы одну ночь в этой деревне. Кай полагал, что богиня Шиархи весьма ясно изложила его судьбу на сегодня. Молодой альв был прав. Он был очень даже уместен. И им не обязательно брать с собой того, второго.
Кстати о нем. Второй альв, самый маленький в их компании, куда-то подевался. Буквально только что он стоял за целителем, надежно защищенный от гнева Владыки Хаоса его хрупкой спиной - и чуть более надежно защищен нежеланием Владыки инициировать драку на мечах с детьми в таком состоянии. Оглядевшись по сторонам, Кайлан сумел разглядеть в снежном потоке зачем-то зашедшего сбоку парнишку. Тот выглядел странно, куда более странно, чем раньше. В сумерках сложно было судить об оттенках и деталях, но колдуну очень явственно показался маниакальный блеск в темных глазах незнакомца. Парнишка смотрел на старшего альва, как жаждущий крови безумец, что не могло не настораживать.
Но только Кайлан открыл рот, чтобы спросить его, какого болотного демона он задумал, как пустая заснеженная ночь выпустила из себя еще одну живую душу. Троблинг, молодой троблинг. Возможно, среди себе подобных он мог казаться маленьким и слабым, но из четверки любимчиков богини Шиархи на этой заснеженной дороге он был самым крупным. Ростом он был выше обоих высоких альвов, а по ширине плеч превосходил наименее тощего из троих Кайлана. Вдобавок ко всему, он был татуирован, растрепан и покрыт снегом, выглядел как будто полдня бежал от вышеупомянутого болотного демона. И в бросании безумных взглядов мог посоревноваться с мелким жутким альвенком неподалеку. Хотя бы он им не угрожал и, судя по всему, не желал им смерти.
-  Уходите, пока не поздно, - только и выдохнул бедолага, падая в снег. Кайлан сделал шаг назад и посмотрел на молодого целителя, делая жест головой в сторону измученного троблинга. Мол, кто тут хотел быть полезным.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (03.09.2017 16:38)

+1

11

Фисаэр не без раздражения подметил, что белобрысый слушал его невнимательно – куда сильнее его занимало развешивание и раскладывание многочисленных вещей на свои места. Это немало раздражало, но вновь спорить со своим невольным спутником альв не решался: уж слишком часто это выходило ему боком. Вместо ругани Фис занялся рассматриванием артефактов, которыми красноглазый себя увешивал. Вместе с телепортом выходило всего три. Тот, что на шее скорее всего давал способность левитировать,  а вот назначение браслета юный целитель идентифицировать, к собственной досаде, так и не смог. Уж слишком мало артефактов ему удалось повидать, а завладеть не удалось ни одним. Хотя, целенаправленным поиском Фис никогда не занимался – его свободное время куда чаще было поглощено занятиями магией, чтением книжек да мечтаниями о далёком и недосягаемом… Ну, ранее далёком. Теперь-то альв чувствовал себя будущим эпицентром неких надвигающихся с невиданной скоростью событий. Ощущение это могло оказаться навязанным, но это предвкушение казалось Фисаэру слишком соблазнительным, чтобы от него отказываться.
Уже через минуту к своему огромному удивлению Фис понял, что предчувствие его не обманывало. Из темноты ночи к троим альвам со всех ног бежал выбившийся из сил троблинг. Выглядел он как сумасшедший – весь в снегу, растрёпанный, глаза горели невероятной, почти безумной, решительностью и животным страхом.
-  Уходите, пока не поздно!
Из последних сил прохрипел троблинг сорванным голосом и повалился в снег.
Фис перевёл взволнованный взгляд на своего старшего спутника. Не то чтобы он доверял ему больше чем себе, ждал каких-то указаний или что-то подобное – глупости какие, конечно, нет! – просто у белобрысого было побольше опыта, и он наверняка мог знать, что-то такое о происходящем, чего Фис никак не может знать. Но красноглазый лишь с вызовом кивнул в сторону троблинга, мол, выясни, что с ним, и юный альв тут же поспешил исполнять свой долг целителя. Ему хотелось показать свою необходимость на практике как можно быстрее. Фис как можно дальше гнал мысль о том, что такое усердие походит на желание выслужиться и чего-то там доказать.
Фисаэр присел около измождённого троблинга, который едва мог поднять голову.
- Я целитель. Позволите посмотреть, что с вами? Мы поможем.
Он аккуратно положил руку на спину троблинга (возможно, этот жест и не успокоит, но наладить постарался максимально успокоиться и сделал то, что у него получалось лучше всего: пригляделся получше, увидел энергию, струящуюся по чужому телу. Смутные цветные потоки явно были чем-то нарушены. Какие-то с бешеной скоростью колыхались, какие-то словно пребывали в оцепенении. По танцу смутно различимых цветных паутинок Фис понял лишь то, что троблинг смертельно устал, но при этом чем-то ужасно взволнован. Никаких признаков болезней или последствий яда. Просто напуганный и до жути вымотанный троблинг.
- Хмм, обычный страх и усталость? Просто что-то сильно напугало его, и всё? – Досадливо изрёк Фисаэр свои мысли, но от троблинга не отступил.
С полминуты альв напряжённо вглядывался в яркие потоки, а потом вдруг понял, что выглядят они как-то неестественно. Уж слишком сильный контраст в движении, словно кто-то методично высасывает силы из троблинга. А может, не совсем силы… Потоки в ногах едва колыхались, но в груди - отчаянно бились, словно сопротивлялись этой непостижимой силе. Вот только загвоздка – умиротворённые вихри совсем не были похожи на вихри во время тяжёлой болезни или смерти. Они даже не походили на обморок от усталости, ведь в этом случае движение энергии обрывается резко и во всём теле. Это и не снотворное. Тут скорее… Обычный сон, который почему-то начался не с головы, а с ног. И победить его, казалось, не было никаких шансов. А ведь этот троблинг – шаман! Татуировки, одежда, едва уловимый во вьюге запах трав – всё говорило об этом. И что же могло напугать и довести до такого состояния шамана? Почему он выбежал из деревни и приказал спасаться бегством?
«Что за напасть?» – Недоумевал альв. – «Что, во имя Шиархи, может насильно усыплять?»
Фис наконец повернулся к спутникам и не без волнения произнёс:
- Никогда не слышал о подобной силе, но она очень опасна. Кажется, кто-то или что-то способно насильно вводить в глубокий сон.

+1

12

[NIC]Хан[/NIC]
[STA]Слышащий тишину[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

С губ Хана сорвался горький смешок, стоило юному целителю заверить в состоятельности весьма разношёрстной компании оказать помощь в неизвестной напасти. Впрочем.. может, деревню троблингов и впрямь обуяла какая-то болезнь? Шаман поморщился, понимая, что надеется на простое объяснение, которого просто не было. Хан, тем не менее, позволил остроухому себя осмотреть, не понаслышке зная о неприятных последствиях резкого выхода из транса. Однако услышав огорчённый вердикт, раздражённо сжал покрепче зубы, борясь с немалым желанием врезать пареньку. Какие-то ничтожные страх и усталость! Шаман неприязненно покосился на юного альва, поведя массивными плечами, после чего максимально тактично для троблинга, но при этом довольно бесцеремонно по мнению многих рас отодвинул от себя лекаря, угрюмо уставившись на остальных двоих и старательно игнорируя целительскую помеху. Он уселся поудобней на колени, фыркнув в ответ на диагноз ушастика:
- Это называется транс, - просветил альва троблинг. – Шаманы умеют входить и вводить в него по мере необходимости. А так же выталкивать, что может повлечь неприятные последствия, - на этом месте троблинг сплюнул, потирая внезапный прострел в шее. Это ему ещё повезло, что сознание, привыкшее к различным ситуациям, не раскололось, превращая его в дурачка.
- Какого миража вы вообще здесь забыли? – раздражённо спросил мужчина, поднимаясь на ноги. Ведь мало того, что его симптомы были недостаточно серьёзны и, как следствие, не представляли какой-либо ценности, так эти неадекватные незнакомцы явно никуда не собирались уходить. У Хана не было времени спасать дурные головы. Он устало поднялся, не собираясь даже отряхивать свою одежду от налипшего снега. – Не верится мне, что вас прислал вождь, - недоверчиво протянул троблинг. – И очень сомневаюсь, что помочь сможете, если уж даже учитель отправил меня помощи искать, а он главный шаман Ичарвиаша.

+1

13

Пока молодой лекарь делал свое дело, Кайлан прохаживался в некотором отдалении, готовый последовать совету троблинга. Когда тот пришел в себя и обрел способность воспринимать альвенка, его выражение лица пробудило в Кайлане сочувствие. Этот лекарь умел быть невыносимым. Шаман просветил студента о том, что, к своему собственному удивлению, старший альв знал достаточно хорошо.
Находясь в своем лечебном заключении, Владыка Хаоса проводил время, наверстывая науки, а точнее, читая все, про что он поставил себе ментальную закладку прочитать позже. Благо, времени у него было навалом, пока он был прикован к постели. Бешеная скорость чтения позволяла ему глотать увесистый том за день-два. Подойдя к периоду, когда он был закован в тело миража, но сумел воззвать к странной звериной магии, он извилистой дорожкой вышел к трудам о шаманизме. И понял, что видит нечто знакомое. Псионика миража и его способности туманить разум не были связаны с магией смерти. Каким-то невероятным образом легендарный создатель смертоносных хищников не только пропихнул свои творения в круг жизни, но и их магию связал с сырой первобытной силой природы.
Каким образом Артвир Геддон исхитрился это провернуть? Кайлан не нашел ответа на этот вопрос даже в фолиантах Академии. Все, что он знал о шаманизме, это то, что данная "школа" представляла собой прямое подключение к магии мира. Что весь мир был пронизан магией, функционирующей среди прочих материй по законам природы, и что надо быть специально обученным троблингом, чтобы владеть ею. Возможно, неспособное к обычной магии восприятие было чище, чем у прочих рас, а возможно, это была какая-то особая расовая магия. Мог ли троблингский шаман приручить миража? Они никогда не сталкивались, живя в разных уголках света, и на вопрос еще не был дан ответ. Кайлан жаждал поэкспериментировать с этим, прекрасно сознавая, что он ненастоящий мираж, и сам по себе охотно идет на контакт, не стремясь пожрать собеседника. Большую часть времени.
И забавно, что шаман упомянул миражей. Терпеливо улыбаясь, Кайлан вышел вперед, подходя ближе.
- Нас никто не посылал, кроме, разве что, богини Шиархи, - уверил он. - К сожалению, ее воля препятствует нашему желанию убраться отсюда, - беловолосый альв пожал плечами. - При помощи магии это будет опасно, а пешком чересчур... нежелательно.
Он знал места и мог бы выйти к Ичарвиашу, а оттуда - к цивилизации. Но не в темноте, не посреди бури и точно не раненый в спину. Удивительно, как расширились его пределы после того ужасного случая с превращением в миража. Были времена, когда он, попав в подобную ситуацию, попросту смирился бы с тем, что ему настал конец.
- Несмотря на ваши опасения, нам будет куда безопаснее там, откуда вы пришли. И, быть может, - Кайлан кивнул на младшего альва. - Быть может, мы в самом деле сумеем вам помочь. Если вы доверяете Госпоже Удаче.
У меня лично нет выбора, кроме как играть по ее правилам, подумал Кайлан.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (12.11.2017 01:42)

+1

14

[NIC]Хан[/NIC]
[STA]Слышащий тишину[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Так как Фисаэр по уши занят, он теперь временно тянется за соигроками вагончиком, пропуская ход.
По возвращении может нагнать соигроков, если пожелает.

Троблинг недоверчиво посмотрел на небо, стоило остроухому статному незнакомцу упомянуть всуе Богиню Удачи. Та знала толк в неожиданностях и сюрпризах – этого было не отнять у норовистой женщины. Шаман отделался кривой усмешкой. Погода была как нелётной, так и не самой благоприятной для пеших прогулок. Спокойствие, доброжелательность и рассудительность альва импонировали Хану, хотя некоторая недосказанность и витиеватость слов несколько коробила. Чтож, такова суть остроухих соседей. И всё же троблинг не шибко доверял этой компании. Появившиеся не пойми откуда (он бросил взгляд за спину мужчин, но то ли из-за темноты, то ли из-за пурги не сыскал цепочки следов), бегущие не слишком понятно от чего.. Они были, возможно, более опасны, чем явившаяся во сны его соплеменников тварь. Но, с другой стороны, какова вероятность, что в ближайшее время он сможет найти кого-то ещё? Что станет с учителем за это время? Хан упрямо и мрачно смотрел в глаза светловолосому мужчине, будто пытаясь проникнуть в самую душу и начисто игнорируя иных присутствующих. Магический фон трепыхался рядом с ним сильнее, чем подле его спутников. Может, и впрямь сильный маг?
- Я верю в духов природы и своё оружие, - уверенно проговорил троблинг, одёргивая собственную одёжку. – Боги, порой, чересчур заносчивы и сейчас вряд ли кому-то из нас помогут.
Хан не боялся гнева Богов, он был верен тому, что видит и ощущает. А Боги.. Боги весьма эфемерны и слишком заняты своими делами. Бросив озадаченный взгляд на тёмную деревушку, где давным-давно все спали беспробудно, а затем на темнеющую дорогу, ведущую к Ичарвиашу, молодой мужчина вернул своё внимание на странную троицу и тяжело, почти обречённо, вздохнул.
- Что ж, раз вы готовы предложить помощь моему народу.. – он протянул руку для пожатия самому благоразумному и довольно тактичному представителю странной группы, признав в этом незнакомце лидера трио. – Хан, - коротко представился троблинг, резко разворачиваясь и направляясь в обратную сторону, откуда так стремительно прибежал. Он по колено утопал в снегу, но упрямо двигался вперёд, стараясь не обращать внимание на бросаемые в лицо пригоршни снега.
- Так от кого вы бежите? – задал вопрос мужчина, обернувшись к альвам. Какой смысл ходить кругами? – Чем так Богам досадили, что они вас к троблингам на предгорья отправили?

Отредактировано Шкатулка Шиархи (21.01.2018 22:41)

+1

15

С любопытством заглянув в испытующие глаза троблинга, колдун взялся за протянутую руку здоровой левой, слегка сжав чужую ладонь, после чего для равновесия схватился левой рукой за черный ремешок колчана. Как ни неприятно было это признавать, молодой лекарь был прав о необходимости поддержания постельного режима - Кайлан был еще слишком слаб после своих ран и лечения в Академии, больше напоминавшего экспериментирование. Ему самому не понравилась мысль. Неужели он превратился в такого брюзгливого старика, что ему неприятна правота молодежи?
- Кайлан, - представился в ответ альв, желая подробнее расспросить шамана, о какой такой помощи его народу он говорил. Наверняка что-то срочное, раз богиня Шиархи выдернула своего слугу с больничной койки, без пяти минут смертного одра, если драматизировать. Ноющая боль в спине, в районе правой лопатки, заставляла колдуна драматизировать больше обычного. И это если не упоминать попытку убийства. Лекарь представился как Фисаэр, отчего-то робея и и смущенно вытягивая руки вдоль тела, видимо, не оправившись от резкого ответа своего невольного пациента - как много их недовольных в последнее время. Другой альвенок вовсе промолчал и глядел на них волком, заставив Кайлана думать, что копит в груди целую тираду про то, как его насильно уволокли из теплого лазарета в ледяные горы, а теперь подряжают помогать дружественным народам.
- Я бегу от моря, степей и гор домой, в родной лес, - усмехнувшись, нараспев проговорил Кайлан, неосознанно проводя пальцем по ремешку висевшего на здоровом плече колчана. Плечо уже начинало устало ныть, отвыкшее от тяжести оружия за пару недель полного безделья. Ему придется снова начать вести активный образ жизни, если он не хочет потерять форму. И как можно скорее, несмотря на то, что он умчался в непредсказуемо далекие дали от подосланного Вальтом убийцы, о котором новому знакомцу знать необязательно. Да и с чего ему объяснять горному троблингу особенности национальных дворцовых интриг? Перехватив взгляд шамана, альв решил, что достаточно нагнал тумана, удовлетворяя естественную потребность в самолюбовании. Паренек-троблинг, будучи очевидно практичным человеком, все равно не оценит. - Мой амулет телепортации криво сработал. Вместо южного леса занес в северные горы, - несмотря на холод, он распахнул плащ и достал из-под одежды проклятую безделушку, демонстрируя ее шаману словно в подтверждение своих слов.
"Второй раз за три месяца, как медом намазано", не добавил Кайлан, хмурясь на вещицу и пряча ее обратно, после чего вновь старательно закутался. Это стояние неподвижно на открытой, овеваемой ветрами полянке, уже начинало сказываться: холодные пальцы высокогорной зимы начали прорываться сквозь надежную защиту мехового плаща. Было бы славно закончить представление и поскорее спрятаться в какую-нибудь хорошо отапливаемую хижину с ревущим огнем в очаге.
- В любом случае, чем бы мы ни досадили Богам, я благодарен им за предоставленный шанс искупить наши грехи, - не в силах справиться с самим собой, произнес Кайлан, криво улыбнувшись и оглядев своих невольных спутников, недовольного целителя и странного молчаливого альвенка.  - С чем же вашему народу нужна помощь, Хан?

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (22.01.2018 01:30)

+1

16

[NIC]Хан[/NIC]
[STA]Слышащий тишину[/STA]
[AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Троблинг фыркнул. Его интерес был продиктован необходимостью вызнать, не тащит ли он в беззащитную деревню разбойничью банду. Однако главный, представившийся Кайланом, удовлетворять вынужденное любопытство троблинга не спешил. Хан принял его ответ, равно как и причину, по которой альвы оказались в его родных местах. Видимо, последствия сильной магической бури всё ещё нет-нет да всплывали, мешая нормально перемещаться телепортами.. или же выпуская в мир всякую нечисть. В целом, молодому шаману импонировал какой-то странный позитивный настрой старшего. Они оказались неизвестно где, возле «вымершей» деревни, им грозила опасность, но мужчина считал, что это божественное проведение. Впрочем, возможно, Хану не стоило понимать слова нового знакомого буквально. Он просто вёл их к деревушке и кожей ощущал, насколько стремительно меняется атмосфера. На подступах к селению казалось, что вьюга воет тише, а снег уже не мечется в безумном танце древних шаманских обрядов. Здесь царил какой-то странный покой, но лишь визуальный. Понятно дело, что невольным помощникам необходимо было рассказать о случившемся, но сложно рассказывать, когда сам-то не шибко понял, с чем столкнулся. Подавив тяжёлый вздох и несколько недоверчиво скосив глаза на молчаливых спутников болтливого лидера, троблинг остановилась аккурат у границы деревни и выдохнул немалое количество воздуха, тут же ставшего клубами белёсого пара.
- Довольно сложно объяснить, - обронил шаман, обернувшись к Кайлану и чуть нахмурившись. - Некоторое время назад мы перестали получать постоянные письма из Элге, вождь обеспокоился. Решили, будто зверьё какое напало или хворь обуяла, - хмыкнув, мужчина двинулся вглубь деревни, не прерывая рассказа. – Отправили отряд с парой шаманов, да только никто не вернулся. Во сне главному шаману Ичарвиаша видение пришло, и он вызвался прийти и проверить. Я, как ученик, увязался следом, - усмехнулся Хан. Возможно, не будь его, учитель бы преспокойно вырвался из лап той твари. Молодой шаман не винил себя в присутствии, скорее в недостатке знаний и слабости.
- Деревня уже была пустынна, когда мы пришли. Если зайти в дома, то можно обнаружить спящих женщин, мужчин, детей. И их не разбудить, мы пытались, - покачал головой троблинг, когда он и его спутники подходили к дому старосты деревни. – Здесь же был и наш отряд. Учитель решил погрузиться в транс и проникнуть во сны, чтобы выведать информацию, но там нас ждало нечто, - ещё сильнее нахмурился троблинг, открывая деревянную дверь и входя в здание, которое могло укрыть от ветра и противного колкого снега. – Я не могу описать.. что это, но это какое-то чудовище, живущее в мире грёз. И оно довольно сильное. Учитель вытолкнул меня, чтобы я отправился искать помощь. И я нашёл вас, - шаман обвёл взглядом троицу, когда все оказались внутри дома и прикрыли дверь. В помещении царил полумрак, догорали свечи. Посреди зала восседала фигура учителя в характерной медитативной позе. В зоне теней нет-нет да были видны чьи-то сапоги и даже лица – шаманы, как могли, чуть растащили прикорнувших в доме старосты вояк.
- Вряд ли получится бороться в этой нечистью наяву, - буркнул Хан и полез в свою, стоящую в углу сумку. Он ощущал, что из учителя медленно, но верно вытягивается магия, будто кто-то забыл закрыть дверь в комнату, где осталось открытым окно, и теперь неведомый сквозняк выдувал чьи-то силы, как спасительное тепло. Наверное, им стоило поторопиться.

+1

17

Движение принесло с собой уколы боли в раненую лопатку, но вместе с этим помогло - хоть слегка - согреться. Он шагал, терпеливо превозмогая неприятности и выдыхая белый пар, оседавший на черном меху плаща, покрывал его инеем, белоснежным и пушистым, как мех белого миража. Желая отвлечься от горестей бытия, Кайлан задумался о том, что было бы, если бы он не совладал с собой. Смог бы он перемещаться вообще? Это сейчас он идет всего лишь на двух ногах, и его больная лопатка почти не участвует в движении, если стараться держать правое плечо неподвижно. А каково на четырех - шести - лапах? Могут ли четыре лапы выдержать миража, если он подожмет две правые? Будет ли снег жечь мягкие подушечки лап, как в промозглой степи, будет ли ледяной ветер кусать его за чувствительный нос и швырять пригоршни острого снега в глаза?
Буря улеглась за поворотом, словно что-то не пускало ее к деревне, а внутри жилища теплолюбивым альвам совсем полегчало. Поспешая за троблингом-проводником, Кайлан мельком почувствовал напряжение в тихой деревне, словно снежную бурю тугими кольцами обвил гигантский удав. Их проводник, шаман, а точнее, ученик шамана, слегка просветил их о произошедшем. Волшебники, выращенные Академией, и особенно магократичной культурой альвов, услышав о "мире грез", подумали бы о мыслях и о магии, способной в них забраться - магии Порядка или магии Иллюзий. Более образованные чародеи вспоминали троблингских шаманов и тот факт, что и Порядок, и Иллюзии работали с бодрствующим сознанием. Кайлан бросил рассеянный взгляд на своего собрата по несчастью, долговязого целителя. От него тянуло Порядком, но не настолько. Слишком молодой, слишком неопытный.
Вдобавок, пресловутый мир грез не являлся, вопреки расхожему мнению, частью чего-то, чем мог управлять Порядок. Сны были частью бессознательной, неуправляемой. Можно было извратить ход мыслей человека и внушить ему то, что хочется, даже без всякой магии: любой гипнотизер с ярмарки или даже любой политик - хороший политик, и хороший гипнотизер, конечно, - мог это сделать. Но проникновение в сны было больше по части шаманов. Какие-то иные посетители бессознательных грез - это было что-то новенькое. Едва ли кто-то из "посланцев богини Шиархи" мог помочь шаману: юный целитель мог бессильно взывать к заблудшим сознаниям спящих, странный альвенок-пациент, выдернутый из лазарета по случайности - от него веяло ветром и смертью, он мог разве что убить несчастных, что, впрочем, окончило бы их страдания. Сам Кайлан по специализации был ближе всего к этой области: предположительно, он мог бы смутить их мысли, вызвав безумие... Но хаосит никогда не пытался проделывать это, ни с бодрствующими, ни со спящими. Не говоря уже о том, что это нисколько бы не помогло.
- Вряд ли получится бороться в этой нечистью наяву, - услышал Кайлан, разглядывая спящих вповалку троблингов. Он задумчиво нахмурил бледные брови, без сурьмы совсем не такие эффектные, как обычно.
- Но как мы попадем в сон? - спросил колдун, подразумевая, что нельзя просто заснуть и оказаться в колдовском сне, как это делают шаманы - с пользой для общества. Что Хан будет делать? Прочтет им краткий курс "Введения в шаманизм для начинающих", даст побить в бубен и выпить дурманящую настойку из неизвестных трав? Кайлан был даже готов попробовать это - не столько из любопытства, воспламенившегося в нем после рассказа молодого шамана, сколько из животного желания прекратить боль в спине.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (02.02.2018 06:13)

+1

18

Сильная рука шамана отпихнула Фисаэра в сторону. Он слышал, что троблинги не отличаются вежливостью и мягкостью нравов, но лично общаться с жителями отдалённых районов ему прежде никогда не приходилось, и с непривычки альв бы возмутился и даже пробормотал бы что-то нелестное о новом знакомом, если бы его рот не закрыло незавидное состояние шамана. Всё же элементарная врачебная этика никогда не должна становиться незначительной для добросовестного лекаря, даже если боги вдруг закинули его в эпицентр бури вместе с кучей едва знакомых и жутко подозрительных личностей. Остудил пыл альва и стыд за собственную глупость, а вернее, незнание. Фисаэру лишь предстояло изучить тонны литературы, сокрытые в стенах библиотеки Академии - наверно, самом огромном хранилище знаний в мире. Он старался читать что-нибудь оттуда каждый день, старался и как можно чаще практиковаться. Надо заметить, что упорный труд приносил свои труды: Фисаэр был одним из лучших магов своего курса, но всё-таки до следующего уровня владения магией альву было работать и работать, ведь он ещё был очень юн. Однако объяснять все эти детали каждому встречному было по-просту глупо, и альв ничего не мог предпринять, кроме как виновато опустить взгляд, слушать троблинга и радоваться, в условиях снежной бури его уши и щёки не будут пылать так же ярко, как обычно, и не привлекут чьего-то внимание.
Грубоватое пренебрежение шамана и внезапное возвышение серьёзного, рассудительного, статного и даже начавшего вызывать немалое уважение, Кайлана (оказалось, что именно так звали белобрысого пациента, который чуть ранее стал причиной нескончаемой головной боли Фисаэра) заставляли лекаря чувствовать себя незначительным, как бы фигурой на заднем плане, но оно и понятно: старший альв был, судя по всему, был куда опытней и мудрее его, несмотря на своё прошлое поведение. Вполне может статься, что его явные скрытность и неразговорчивость таят большие секреты, которые объяснят все странные поступки, ведь с каждой минутой Фис узнавал о нём всё больше и больше нового. Оказалось, попала троица сюда именно из-за его амулета. Но злиться на Кайлана сил уже никаких не было, а искать виноватых уже было бессмысленно, ведь гораздо важнее было спасти жителей деревни от неизвестной напасти. Да. Фисаэр всегда верил в необходимость сделать всё возможное, чтобы помочь чужой беде. Ему всегда казалочь, что в мире каждый день случаются миллиарды бед, тысячи и тысячи живут в страданиях и нищете, а Фисаэр, отпрыск богатого альва, которому богиня Удача улыбнулась куда раньше, чем он успел родиться, по-просту не имеет права закрывать глаза на всё, что твоится вокруг. Фисаэр всегда хотел жить другой жизнью, совсем не "дворцовой" и "светской", а интересной, полной странствий, загадок и трудностей. Именно поэтому альв несмотря ни на что чувствовал себя чудесно - считай, именно об этом повороте судьбы он и просил богов. Но кроме этого желания, в нём всегда было и стремление к какой-то жертвенности, к тому, чтобы отдать часть себя ради других, и именно оно привело его в лекари. Кайлан, наверно, питал менее благородные мотивы, ведь иного выбора, кроме как последовать за Ханом, у троицы не было. Молчаливый пациент, случайно увязавшийся за ними, и вовсе, наверно, не понимал, что с ним происходит и одуревал от всего, что творилось с ним. Но всё же Фису хотелось верить, что они отправились на помощь шаману не только из прагматических соображений, но и потому, что в каждом всегда живёт доброта и сочувствие.
Хотя... помочь следовало и самим себе. Как лекарю Фисаэру было почти физически больно смотреть на впередиидущих: шаман всё ещё не отошёл от последствий того самого транса, о котором он говорил; тощий альвёнок содрогался от каждого порыва ветра, ведь одежда, призванная как-то защитить его от бушующей бури, была рваной и протёртой везде, где можно; Кайлан тоже очевидно мёрз, но он к тому же и едва ковылял от усталости, от влияния ран и от чересчур тяжёлого колчана. А ведь путь до деревни лишь издалека казался коротким. Хотелось сделать хоть что-то в помощь своим спутникам, хоть ненадолго облегчить их долю, но Фисаэр ощущал огромную неловкость, ведь до этого все его советы и рекомендации оказывались ненужными и непрошенными. Да и у многих существует же некий странный стериотип, что боль и тяжёлое состояние нужно мужественно превозмогать и не просить о помощи идущего совсем рядом лекаря до тех пор, пока та не станет критически необходимой.
Когда спутники подошли к деревне, мысли Фисаэра ненадолго ушли от тревоги за чужие раны, да и смертоносный мороз поутих. Хан рассказывал о загадочном необъяснимом сне, окутавшем деревню и о не менее таинственной твари, что не даёт выбраться заснувшим троблингам обратно в реальность. Сны... Загадочный мир, в котором Фисаэр ужасно хотел разобраться получше. Он, конечно, не умел проникать в чужие сны или хотя бы сознание, но умел хорошо читать чужое состояние - эмоциональное и физическое - благодаря магии Порядка, которой он овладел. Возможно его помощь оказалась бы уместной, вот только уровень магии альва был слишком низким. Хотя, в таких ситуациях никогда не знаешь, какое средство окажется полезнее прочих. Фис хотел попробовать: вдруг неизведанная доселе область магии всё же подчинится ему и поможет разрешить хотя бы часть головоломки?
Фисаэр глянул на тяжело дышавшего юного альва, который всё путешествие лишь угрюмо глядел на остальных, не произнося ни единого слова. Бедняга уже не стоял на ногах от боли, усталости и холода. Его явно температурило, а раны успели воспалиться. Вдобавок вихри магии, которые Фисаэр в нём расплывчато видел, совершенно исказились и превратились в пугающую противоборствующую меж собой мешанину. Страшно было подумать, что с этим юношей творится, и сколько же он в подобном состоянии способен протянуть. И ведь на таких спасителей понадеялся Хан! Но действовать следовало незамедлительно, пока ещё оставалось время. Альв аккуратно разместил пациента на свободном кусочке пола, используя его плащ как подстилку, а свой - как покрывало.
- Возможно, нам стоит сначала позаботиться о тех, кто ещё не успел присоединиться к миру спящих, - Фисаэр обратился к шаману, наверняка знающему, где здесь раздобыть какую-никакую пищу и горящий очаг. Он с некоторой тревогой глянул и на Кайлана - ведь состояние ран старшего альва тоже оставляло желать лучшего, а в подобных условиях пренебрегать травмами было не просто глупо, но и опасно для жизни. Фис надеялся, что не только он осознавал, как рисковано было медлить.

+2

19

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Определённо, это будет долгая ночь. И троблинг искренне надеялся, что всем им удастся её пережить, а после ещё и с победой воротиться. Ведь одно дело избежать гибели и уйти с пустыми руками, спасаясь бегством и совсем иное всех спасти. Хан на мгновение прервал поиски всего необходимого в своей сумке и поднял чуточку снисходительный взгляд на лидера странной троицы.
- Через транс, - пожал массивными плечами троблинг, достав небольшой пузырёк из стекла с тёмной тягучей жидкостью внутри, покрутил в пальцах на просвет пламени свечи и удовлетворённо кивнул, найдя количество снадобья приемлемым. – Я поведу, не заблудитесь, если не будете отставать и говорунов считать.
Голос Хана звучал уверено, ведь он действительно мог это сделать. Однако краем глаза троблинг заметил движение, а после и уловил копошения молодого лекаря, кой укладывал на плащ одного из своих спутников; мужчина ещё раз окинул взглядом честную компанию и едва удержался от крепкого ругательства. Вводить в транс полудохликов было энергозатратно да к тому же довольно рискованно. Его опасения подтвердил остроухий мальчишка, вроде, Фисаэр, с какой-то странной надеждой уставившийся на Хана. Ему не слишком хотелось медлить и оставлять наставника на произвол судьбы с непонятной тварью, а потому мужчина несколько угрюмо смерил взглядом альва и тяжело вздохнул, нервно сунув в кармашек своей сумки тот самый пузырёк.
- Не припомню, чтобы записывался в сиделки, - грубо буркнул он, вернув взгляд на Кайлана. – Если честно, то времени у нас не так уж много, но если твои спутники вымотаны, то тащить вас в таком состоянии в транс я не стану. Иначе вы попросту не вернётесь.
Мрачно закончил троблинг, откладывая свою ношу на ближайший стул и с несколько устало взглянув на главного шамана Ичарвиаша, под глазами которого пролегли тёмные тени. Едва ли виновен в их появлении был скудный свет.
- Так что тебе было нужно, лекарь? – троблинг не слишком потрудился вспомнить-таки имя паренька, а потому решил, что обращение по профессии было весьма кстати. Хан нисколько не стремился задирать кого-либо, просто изрядно нервничал из-за сложившейся ситуации, а потому вполне мог показаться грубым и резким, что скрывало его широкую душу и стремление помогать сирым и убогим. А сейчас таких набиралось аж несколько десятков.

0

20

Фисаэр чувствовал себя так неловко, как, наверно, в жизни не чувствовал, - даже уши заметно зарделись. Состояние больных, конечно же, альв всегда привык ставить на первое место, но и тратить время Хана на возню с новыми лежачими совсем не хотелось. Не на таких спасителей он надеялся. Не тех альвов завели сюда боги.
Фисаэр чувствовал себя напряжённо, словно сидел на экзамене: так сильно было смущение каждый раз, когда нужно было хоть что-то говорить, и так боязно было допускать ошибки. И в каждой грубоватой фразе Хана в совершенно троблингской манере, к которой альв ещё не успел привыкнуть, Фис чувствовал оттенок пренебрежения. И от понимания, что ничего отрицательного собеседник не подразумевает, легче не становилось.
Конечно, в каком-то роде это и был экзамен, экзамен на то, чему он научился за все эти годы сам, по одним только книжкам, на то, доведётся ли ему исполнить мечту или она так и останется несбыточной блажью. Фис постарался прогнать эти размышления. Слишком забивать себе голову точно не стоит, ведь ещё немного, и он снова разнервничается там, где не следует, и будет сидеть словно на иголках, не зная, что предпринять.
- Его нужно положить почивать туда, где он не замёрзнет. А когда мы… - Попросил лекарь и запнулся. Вообще-то уверенности, что они вернутся, а не впадут в транс, как и все остальные жители деревни, включая главного шамана, совершенно никакой не было. Альв всё ещё плоховато осознавал опасность – слишком переживал за другие пустяки – но возможно, это и лучше. Вроде бы героям во всех книжках положено бесстрашно бросаться в бой, напролом к врагу, верно? Надо просто поменьше думать обо всём и действовать. Как же ещё показать свои умения?
- Когда мы возвратимся, раздобудем ему пищи. Совсем худо бедолаге, как бы не издох вовсе. Однако ж сдаваться не в моих привычках.
От этой фразы Фис как-то даже почувствовал себя уверенней. Что ж, он давно научился мотивировать себя собственными словами. Он всегда напевал песни себе под нос, настраиваясь на хорошую волну. Вот и сейчас альв утвердился в мысли, что стоит поскорее позаботиться о пациенте и отправиться в мир снов.
Фисаэр, не дожидаясь ответа Хана для действий, наложил на безымянного альвёнка благословение. Это было быстрое заклинание, которое должно помочь хотя бы как временная мера.
- Вот, набирайся сил... - Заключил альв и обратил взор уже к Кайлану, которому тоже хотелось предложить помощь. Как обратиться к угрюмому красноглазому спутнику Фис не знал, ведь всё их общение представляло собой сплошную стычку, но молчать и дальше безучастно наблюдать за больным Каем он просто не мог. Всё-таки этому безумцу надо было не гулять по вьюге, а соблюдать постельный режим.
- Может, моя помощь ещё для кого-то сгодится? - Тактично спросил Фис, наблюдая за Каем.

+2

21

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Хан вздохнул. И в этом вздохе отразилась вся скорбь троблингского внутреннего мира. Он поднял очи горе. Угораздило же его притащить в деревню ещё троих немощных. Самое нелепое, что они сами вызвались помочь, а в итоге оказалось, что помощь не помешала бы им самим. Хан ещё раз вздохнул и огляделся, деловито отмечая, чем он может подсобить в сложившейся ситуации. Чем быстрее он решит эти мелкие проблемы, тем быстрее они смогут приступить к тому, ради чего вообще здесь собрались. Шаман приметил небольшой очаг, который вполне можно было запалить, дабы в помещении стало чуть теплее. Оставив своих новых знакомых, он пошёл в ту сторону в намерении найти хоть какие-то дрова. Шарить по чужим домам ему не слишком хотелось, а потому троблинг старательно шарил в потёмках, оказавшись в итоге победителем. Притащил к очагу несколько поленьев, уложил их, подоткнув найденной на полу соломой, а после выудил из кармана пару камушков, без труда высекая из них искру. Уже через пару минут огонёк весело трепетал и облизывал поленья. Минут через пятнадцать тепло потихоньку начнёт отбирать свои позиции у прохлады. Хан усмехнулся на слова лекаря. Слышать от альва просторечное «издох» было непривычно и несколько странно. Тем более, это лекарь, который, как слышал троблинг, в более развитом обществе должен отличаться пресловутой тактичностью, которой соплеменники Хана якобы не владели. Вранье и провокация. У троблингов тоже имелись свои приличия, пусть и, возможно, отличающиеся от общепринятых всем остальным миром. Просто в некоторых вопросах они считали излишним расшаркиваться, когда можно было спросить прямо.
- Так, может, с ним останешься, лекарь? Гляжу, не по нраву тебе мысль в сон входить, - лёгкий смешок послышался от троблинга, скрестившего руки на груди. – Коль боишься, так мы поймём. А ежели кто в дозоре будет, так то даже хорошо, не зазорно.
Хан его чуточку провоцировал, подначивал, проверял. Он делал это осознанно и намеренно, ведь собирался потащить туда, где нужно быть крепким духом. Пока что юный альв не внушал ему должного доверия, но шаман, определённо, был готов дать ему шанс проявить себя. Хан вопросительно взглянул на Кайлана, мол, чем тому подсобить надо? Однако не стал дожидаться ответа и постановил:
- Даю вам два часа на то, чтобы перевести дух, - он сел на ближайший потёртый коврик, повернувшись боком к очагу и подтянув поближе свою сумку, откуда достал немного снеди в виде вяленого мяса и флягу с лёгкой согревающей настойкой. Разум она не мутила, но холода помогала пережить на ура да к тому же придавала сил, что было немаловажным. Он протянул нехитрое угощение горе-помощникам. И пока его новоявленные знакомцы утоляли жажду, голод да иные свои потребности, сам мужчина перебирал имеющиеся снадобья и продумывал предстоящее путешествие, ведь права на ошибку у него не было.

+1

22

В ответ на предложение помощи Кайлан еле сдержался, чтобы не хмыкнуть; если бы юноша мог излечить его рану магией, он бы сделал это за то время, пока Владыка лежал в лечебном крыле Академии. Есть вероятность, что вместо лечения юный студент попросту исследовал его, намеренно растягивая процесс, но колдун не хотел проверять. Предоставленной шаманом пищи и горячей настойки хватило, чтобы привести альва в состояние, благоприятное для вхождения в транс. Он уже начинал клевать носом, стараясь этого не показывать. Кругом были спящие троблинги, что-то ввело их в это состояние, из которого они теперь не могли выбраться самостоятельно; их молчаливый спутник, самый молодой альвенок, тоже погрузился в горячечный сон, очевидно, его раны были еще хуже, чем у Кайлана, что делало его самым слабым звеном. Алые глаза проницательно оглядели шамана.  Бодрее него держался только Фисаэр, но по нему было видно, что он держится лишь на выучке. Молодой шаман бежал из деревни, когда наткнулся на них, он был вымотан до встречи с целителем. И он знал больше всех о ситуации с застрявшими в трансе.
- Я бы не стал так долго ждать, - в нетерпении заметил он.
Что-то подсказывало альву, что ему лучше отправиться в этот транс по собственной воле вместе с шаманом, а не как спящие беспробудным сном жители деревни. Отложив чашу с остатками настойки, он поднялся на ноги и прошелся по хижине, насколько позволяла свободная площадь, чувствуя, как таинственные силы пытаются сломать его. Из отпущенных двух часов прошло лишь несколько минут, но он уже это чувствовал. Что-то звериное поднималось в нем, протестуя против неведомой силы, и Кайлан сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Не хватало еще превратиться в миража.
- Лично я готов, - твердым тоном заявил колдун, бросив короткий вопросительный взгляд на целителя и его пациента, а затем заглядывая в глаза шаману.

+1

23

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Остроухий молодец не ответил, не выступил резко, не фыркнул в сторону подначивающего его троблинга. Что же, оно и понятно. Видимо, перспектива остаться в кругу спящих, но весьма безобидных троблингов больше привлекала лекаря, нежели блуждания по чужому подсознанию. Хан паренька в осторожности не винил, потому как в данном случае она даже не была излишней. Впрочем, какая ему, к духам, разница, чем руководствуется ушастое племя? Лишь бы не мешали, если помогать так и не соберутся.
Однако довольно быстро на предложение троблинга откликнулся красноглазый альбинос, которого шаман изначально принял в качестве лидера этой группы. Кажется, не прогадал. Именно Кайлан чаще всего брал слово; из всей троицы он казался самым зрелым и рассудительным, но, тем не менее, в голосе его явно сквозили нетерпеливые нотки, будто остроухому опостылела реальная жизнь и хотелось поскорей окунуться в мир грёз, откуда, на самом-то деле, можно было не выкарабкаться. Шаман вскинул на альва заинтересованный взгляд и коротко ухмыльнулся, пожалуй, ему было по душе подобное рвение, а потому он сделал приглашающий жест рукой, когда тот заявил, будто готов отправиться в опасное приключение.
- Сядь напротив и слушай внимательно, - тихо и серьёзно проговорил троблинг, бросив вопросительный взгляд на альва-лекаря. Однако тот был слишком занят вторым своим спутником, зашедшимся в нехорошем кашле. Хан поджал губы: паренёк может и не выжить. Но тащить кого-либо насильно в транс он не собирался. Во-первых, слишком много энергетических затрат, во-вторых, ему нужна была реальная сила и поддержка на ту сторону. Молодые альвы вряд ли могли справиться с поставленной задачей.
- Выпьешь это, нужен всего глоток, - Хан протянул Кайлану склянку с тёмной жидкостью, - потом дашь мне руки и закроешь глаза. Постарайся ни о чём не думать, вообще. Так мне будет проще протянуть тебя за собой.
Троблинг устроился поудобней, подкинув в пылающий очаг специальные травы, пахнувшие горьковато-сладко, будто кто-то раскалил над огнём карамель в ложке. Шаман крепко взял альва за руки и опустил ниже голову, прикрыл глаза. Губы троблинга зашевелились, послышалось глухое, мерное и убаюкивающее бормотание. Пару минут ничего не происходило, пока ощущение холода с одной стороны и греющего бок огня с другой не отошли на второй план, а после вовсе не пропали, затерялись где-то вдалеке, на грани сознания. Мышцы не ныли, нос не чесался, голод отошёл на далёкий десятый план. Не ощущалось запаха, только мягкость под задницей и оглушающая тишь.
- Вот и чудно, можешь открыть глаза, - пробормотал шаман, отпуская Кайлана и поднимаясь со мха. С запозданием в несколько секунд проявились звуки: свист ветра, шорох невысокой травы, испуганный крик птицы. Всё вокруг было реальным и каким-то нереалистичным, будто несколько искажённым. Некоторые предметы, казалось, теряли очертания на мгновение, чтобы собраться цельно в следующее. К подобному ещё необходимо было привыкнуть.
- Как ощущения? – не мог не уточнить Хан. Ведь если его союзнику сделается дурно, то стоило сразу вытолкать его из транса, в противном случае он мог стать лишь обузой.

+1

24

Юный лекарь предпочел не бросаться в омут неизвестности, пока у него на руках умирал чернявый сородич. Видимо, целитель в нем возобладал над начинающим героем приключенческой истории, что, по некоторому размышлению, было довольно рационально.  Бросив на него прощальный взгляд - и надеясь, что не в буквальном смысле, - Кайлан принял склянку с настойкой из рук шамана и послушно отхлебнул. Где-то на глухих темных задворках его памяти выражал свой бурный восторг ученый, в один памятный осенний день выехавший из "Змеиного Гнезда". Подумать только, его, альва, вот так просто допускали до участия в сакральном обряде троблингов-шаманов, о чьей культуре имели лишь смутное представление.
Задвинув поглубже мысль о том, как прославит его род и лично его, Кайлана, книга, основанная на описании его злоключений, колдун выполнил указания шамана, взяв его за руки. Кто-то из писавших о шаманском трансе, советовал расслабиться телом и сконцентрировать разум на "переходе" - что бы это ни значило. Шаман потребовал очистить разум, что Кайлан и сделал.
От неподвижного сидения в нервном предвкушении его руки вскоре заныли, и первые мгновения альв думал только об этом, не решаясь пошевелиться и остаться без уникального опыта. Но вскоре другие чувства возобладали. Обоняние и слух, на миг притухнув, обострились, головокружительное ощущение силы овладело им, но без ярости и боли потери: словно он стал миражом по воле лун, как вульфары становились волками. Он бежал, опьяненный скоростью, пока с отрезвляющим ощущением не осознал себя в своем теле, сидящем на траве. Первым делом альв легонько дернул плечом, проверяя рану, и с облегчением ощутил отсутствие боли.
- Как ощущения? - раздался голос шамана совсем рядом.
- Отличные! - живо отозвался альв, открыв глаза. Кошачьи зрачки миражиных глаз расширились от возбуждения: он смог, он попал сюда, в этот мир, закрытый для чужаков. Пусть не совсем в себе: альв попытался оглядеть себя, припоминая дядюшку, перекошенного проклятием. Сила никуда не ушла, наполняя его движения звериной грацией. Альв поднялся во весь рост, казавшийся больше привычного в реальном мире.
- Куда теперь?

+1

25

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Троблинг не ожидал внешних перемен спутника, а потому не успел совладать с удивлением, явственно отразившимся на загорелом лице. Черты лика приведённого в сон помощника исказились, переняв кошачьи. Аккуратные альвийские глаза несколько увеличились, внешние уголки чуть вытянулись, а зрачок вовсе стал непривычно узким, впрочем, исправно реагирующим на свет и его отсутствие. Нос оказался чуть более приплюснут и несколько походил на звериный, у линии волос, как показалось троблингу, пробивалась шерсть; на руках ногти сменились светлыми когтями, и Хан очень надеялся, что за спиной у его соратника не вырос хвост.
- Любопытно, - присвистнул мужчина, беззастенчиво разглядывая Кайлана и довольно бесцеремонно ухватил того за руку, переворачивая кисть ладонью вверх, на которой явственно проступали розоватые звериные подушечки внушительного размера. Пару мгновений шаман, казалось, всматривается в линии судьбы, жизни, пересекающие кожу, как это делали базарные гадалки. Однако он просто пытался понять причины подобной метаморфозы, а никак не пророчить будущее.
- Такое иногда с вульфарами бывает, потому как они полузвери, а с тобой-то что не так? – озадаченно и в лоб спросил шаман с некоторым недоверием глядя на альва, но выпустив из своей хватки чужую руку. Не слыхал он, чтобы остроухие подобны вульфарам стали. Неужели ему повезло столкнуться с каким-то уникальным результатом эксперимента? В троблинге всколыхнулся банальный исследовательский интерес, потому как подобные феномены ему ранее не попадались, а все шаманы по природе своей частенько тянулись к новым знаниям, чтобы совершенствовать магию и иметь возможность помочь в особо сложной ситуации, каковой можно назвать целиком уснувшую деревню, к примеру. Впрочем, он подозревал, что недостаточно они с Кайланом знакомы, чтобы тот сразу же выложил на стол все кости. А потому, хмыкнув, Хан огляделся, пытаясь определить направление, в котором стоило двигаться. Судя по мшистой местности, едва ли они попали в сознание главного шамана. Мужчина хорошо помнил, что попадая в голову учителя, он оказывался в юрте или около неё. Существовала вероятность, что все сны слились в один, и теперь спасителей ожидало довольно непросто приключение, а некоторое время придётся потратить на поиски. Троблинг дохнул на руки и пробормотал несколько слов. Слева пришёл ветер, пахнущий травами.
- Идём, - махнул рукой Хан, направляясь туда, откуда пришёл знакомый до боли запах. – Самое главное здесь: не забывать, что мы находимся в чужом подсознании, и произойти может всё, что угодно. Лучше без надобности ничего не трогать и не вмешиваться, я постараюсь повлиять на спящего, если что-то пойдёт не так, - поморщился мужчина, шагая по влажному мягкому настилу изо мха.
Через десяток шагов послышались голоса, и потянуло уютным запахом дыма, будто где-то в деревне топили печь в холодное время года. Хан задумчиво посмотрел на Кайлана, когда невдалеке показалась деревенька, из которой, собственно, они пришли в этот сон. Поселение практически вынырнуло из тумана, жило своей жизнью, будто никто не проваливался в сон на долгие дни и недели. Возможно, какому-то троблингу снились беззаботные деньки. Путь двух путников пролегал именно через селение.

+1

26

Внимательно осмотрев свою изменившуюся руку вместе с шаманом, Кайлан несколько раз сжал и разжал когтистые пальцы. Он ощущал себя наполовину собой-альвом, наполовину собой-миражом из снежных степей, где он провел добрые две недели, хотя и одного дня такого веселья хватило бы, чтобы навсегда наложить на психику отпечаток. Он не был так привычен к метаморфозам, как его сестрица, и надеялся, что стандартная судьба выходцев рода Фадири - слом формы - обойдет его. Но как она настигла его мать, превратившуюся в невообразимое чудовище, как она настигла его отца - медленно развоплощающегося под масками и плащами, как настигла его дядюшку - Кайлан в который раз содрогнулся, вспомнив его судьбу... Никто от нее не уходил. Альвы Хаоса жили своей магией, пока магия не забирала свое. Хотя бы ему досталось самое мягкое из проклятий, пусть и не такое полезное, как у Квиллан, когда она поборола его. Мираж не худшая форма. Только если не превращаться в него посреди города...
- Удивительное явление, - задумчиво отозвался альв на вопрос шамана. - Ведь это ментальный, психический план, и мы здесь суть проекции нашего сознания. Я предположу, что с вульфарами это бывает, потому что они проводят время в звериной форме, и опыт накладывает на них отпечаток, заставляя их осознавать себя сразу в двух обличьях... Скорее так, чем сам факт того, что они вульфары, - уверенно заключил колдун, с огоньком исследователя в глазах ощупывающий свое необычное вместилище.
Когда шаман двинулся дальше, альв, задумчивый, потащился следом, походя разглядывая окружение, и гадая, как ведет себя в этом месте магия. Сможет ли он творить невообразимые чудеса Хаоса, находясь в сновидении, или ему может быть подвластна любая магия, потому что это сон и ничто не ограничивает сноходца, кроме его воображения? Сможет ли он творить иллюзии, как мираж? Кайлан попытался, и его вторая натура, его проклятье на мгновение припало у обочины, разглядывая их нервирующе умными коралловыми глазами, заставив шамана инстинктивно шарахнуться и сжать руку. Видение пропало и альв успокаивающе махнул рукой, смущенно кашлянув.
- Прошу прощения, просто экспериментирую.
Они шли дальше по странной деревне, которая почти выводила из себя своей ложной достоверностью. Запах трав вел их, становясь сильнее, другие запахи окружали их беспорядочным вихрем. Кайлан крутил головой и принюхивался, и улавливал слишком много разногласий. Если они во сне какого-то отдельного троблинга, то у малого что-то не то с головой. Или все сны такие? Вот еще первое приключение не окончилось, а он снова хочет залезть в чей-то сон. Может быть, ему стоит остаться тут и напроситься в ученики шамана, когда все это закончится? Вряд ли его станут учить, впрочем, подумал Кайлан с ноткой сожаления.
В деревне Сновидение спящие занимались обычной своей работой, как днем. Некоторые скребли шкуры, кто-то починял развалившийся забор, вдали кузнец мерно постукивал молотом по металлу, высоченная женщина перед хижиной по правую руку от них лепила из глины горшки, и некоторые уже сушились на несуществующем солнце, развешанные на колья.
- А спящие знают, что они во сне? - спросил он, чтобы убить время - и чтобы его собственное любопытство не убило его. Когда еще приведется такая возможность, и молодой троблинг показался ему довольно разговорчивым. - Осознают ли они нас вообще?
Вопреки предупреждению шамана ничего не трогать, альв, не удержавшись, осторожно ткнул когтем висящий ближе к нему грубый горшок, заставив его покачнуться.

+1

27

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Троблинг недоверчиво смотрел на Кайлана, пока тот излагал свою разумную мысль относительно волчьего народа, а потом нахмурился, но ничего не сказал. Он решил покрутить так и эдак подкинутую ему информацию, прежде чем делать выводы и задавать вопросы, но в переплетении изложенных фактов была одна маленькая, но существенная деталь: проекция то или нет, но альв - он совершенно точно знал! - не мог становиться миражом. Этот остроухий что, считает себя громадным котом, держащим в страхе всех яркоглазых щенков, родившихся и выросших в степях?
Стоило троблингу предостеречь своего спутника, и он ощутил неприятный укол в затылок (как бывало, если во сне что-то менялось или проникало извне), а мгновением позже у дороги появился крупный зверь, припавший на передние лапы и сверкнувший кошачьими глазами. Крупная кошка с белым мехом, самый настоящий мираж. Далеко не все собратья Хана их видели, этот-то откуда здесь?! Троблинг невольно отскочил от опасности, жестом останавливая и прикрывая Кайлана. В мире снов спутник шамана был под полной его ответственностью. Но альв лишь смущённо отмахнулся, дескать, проводит какой-то одному ему известный опыт. Ученик шамана нахмурился пуще прежнего и сурово зыркнул на собеседника, борясь с желанием встряхнуть неосторожного учёного.
- Не колдуй, пока не найдём напасть, - выразил своё недовольно мужчина, угрожающе вскинувшись. – А то твои эксперименты дорого нам обойдутся.
Они шагали в молчании какое-то время, пока Хан не решился всё-таки на то, чтобы задать волнующий его вопрос касательно внешнего вида идущего подле мужчины:
- Так почему мираж? Альвы явно не склонны становиться большими котами, - озвучил свои мысли троблинг, тщательно скрывая любопытство спокойным и почти сухим тоном голоса. Конечно, ему было любопытно. Как стало бы любопытно учителю. Шаман вздохнул при мысли о незавидной участи мастера, искренне надеясь, что неведомое лихо не успело необратимо навредить ему.
Войти в деревеньку не составило никаких проблем. Жители снотворного становища занимались своими обычными делами: ковали, пололи, шили или стирали. Дети бегали меж юрт, задорно играя в салочки; со всех сторон раздавались звуки, присущие кипению жизни небольшого поселения. Если бы не лёгкая ряб или дымка, присутствующая во всей картинке мира спящего, Хан мог бы подумать, что ему самому приснился кошмарный сон о необходимости вырывать кого-либо из плена, о необходимости тащиться через глубокие сугробы, рискуя остаться в их объятьях навсегда. Троблинг задумчиво смотрел по сторонам, выискивая спящего, но не ощущал его присутствия, будто что-то закрывало собрата от шамана. Однако раздавшийся сбоку голос Кайлана вырвал его из задумчивости, мужчина мотнул головой, отгоняя неприятное ощущение пустоты.
- Чаще всего, нет, - без раздумий ответил троблинг. – Спящий играет по правилам своего подсознания, впечатлений, настроений и воспоминаний, мало кто может самостоятельно влиять на сон. А мы для «хозяина» этого становища вовсе часть сна. О тебе, если увидит, будет припоминать как о чём-то мифическом, - хмыкнул троблинг и покосился на альва, который всё же порывался проверить осязаемость окружающих предметов, хоть и было велено ничего не трогать. Хан запретил это делать не из вредности или недоверия, просто во сне никогда не знаешь наверняка, что будет раздражать подсознание спящего. И самое неприятное: никогда не знаешь, чем оно тебе ответит. Отчасти это зависит от личности и характера.
- Если ты почувствуешь что-то непривычное: взгляд меж лопаток, касания чего-то незримого, попытки повлиять на тебя ментально – сразу сообщай, - вздохнул мужчина. Через пару шагов девочка с множеством причудливых косичек заступила им дорогу. На её лице тёмными полосами вился узор, странными были глаза: чёрная бездна ночи - ни зрачков, ни радужки не видать. Хан остановился и насторожился, незнакомое дитя с интересом осматривало альва и троблинга. Она склонила голову набок, по-девчачьи мило хлопнула ресницами, и уже через мгновение её губы растянулись в мерзенькой ухмылочке, протянувшейся практически через всё лицо. Показались острые мелкие зубки, и девчушка прошипела какое-то непонятное шаману слово. Мир резко дёрнулся, и землю тряхнуло, всё вокруг заполнилось красными отблесками, залившегося ярким и пламенным закатом неба. Земля вмиг высохла. Шаман еле устоял на ногах, рыкнув от досады. Похоже, неизвестная тварь сама их сыскала.
- Вот тварь! - мрачно констатировал мужчина, вытянув в сторону девчонки руки и выкрикнув короткое слово. Девочка с хохотом извернулась и исчезла. Вокруг горели юрты, троблинги, занимавшиеся ранее своими повседневными делами были мертвы, лежи в неестественных позах. Их тела были скрючены и частично обуглены. Пахло гарью, и Хан потащил за собой Кайлана, прикрыв рот и нос рукавом, в голове начинало неприятно шуметь, а запах трав едва угадывался молодым троблингом.

+1

28

- Так почему мираж? Альвы явно не склонны становиться большими котами, - услышал Кайлан, после чего задумался над ответом. Стоит ли рассказывать Хану что-то? Скорее всего, раз они стали путевыми товарищами, да еще и в такой щекотливой ситуации, то троблинг должен знать, что альв перед ним альв лишь до тех пор, пока напрягает свою концентрацию и сдерживает сильные эмоции. Иначе потом хлопот не оберешься, да и прибьет. А вот стоит ли рассказывать ему все? А почему бы и нет? А почему да, к чему троблингу совать нос в его личные, практически семейные дела? Но потом Хан дал ему исчерпывающий ответ, удовлетворяя его изыскательский интерес, и альв решил, что все-таки шаману стоит все знать, а ему стоит все рассказать, пока у них есть время.
- Возвращаясь к твоему вопросу: чтоб я знал, почему мираж, - начал колдун свой рассказ. - Несколько месяцев назад мы с дядей крепко не поделили земельный вопрос, - деликатно описал альв предательское нападение дяди с его войском на их родовую башню.
- Альвы обычно не склонны становиться чем бы то ни было, но я в некоторых ситуациях оказывался запертым в миражиной шкуре. Последствия нашей с дядюшкой склоки. Отца мой дядя убил, а меня не смог. Есть у нас семейное заклинание, разработанное моим предком - творит с тобой страшные вещи, любую жизнь перекручивает во все стороны. Не как творение Геддона, стремившегося созидать, это разрушительное заклинание, разрушение структуры и формы живого существа. Возможно, госпоже Шиархи не понравились эксперименты моего уважаемого предка, и с тех пор повелось, что каждый член нашей семьи на определенном этапе жизни попробует эти чары на собственной шкуре. Дядюшку, например, перед смертью проклял отец, - не сдержавшись, Кайлан передернулся, вспомнив чудовище: оленьи рога, птичий клюв, руки с бритвенно-острыми черными когтями и альвийский торс, вросший в змеиный хвост, тело, от потребления непомерного количества пищи разросшееся до невероятных размеров - заклинание вызывало голод и приспосабливало возрастающую массу. Хотя он, как опытный маг Хаоса, повидал на своем веку всякого - взять ту же маму, выглядела ничуть не лучше, когда ее наконец удалось стабилизировать, - Кайлан нет-нет да и видел кошмары с чудовищным дядей.
- А меня проклял дядюшка, но одновременно я перенесся через мой медальон куда кости лягут, - заключил Кайлан. - Легли в Земли Геддона, может, в этом дело. Главное, что мне удалось в чем-то стабилизироваться, прежде чем заклинание пошло в разнос. Иначе...
Альв махнул рукой, пытаясь не примерять на себя разнообразные обличья, которые могло породить удивительное заклинание. Наджара Фадири, на старости лет даже изгнанная за многие безобразия, подробно описала все, что знала о том, что ей самой удалось сочинить. Судя по всему, действовало заклятие довольно просто - сводило с ума все гены и запускало механизмы роста. Тело подопытного превращалось во что придется, каждый раз по-разному. Единственная закономерность - выросла масса, значит, растут размеры, значит, растут аппетиты, и так далее. Управлять превращениями, по ее словам, не легче, чем какой-нибудь Бурей Хаоса, выпущенной на поле, полном неприятельских армий: только пока заклинание не разогналось, архимаг Хаоса мог попытаться остановить его. Кайлан знал по опыту, что архимаг Порядка мог собрать то, что осталось после, во что-то, способное прожить столетие-другое. Но полтораста лет назад, когда это случилось с его сестрой, перед глазами снова встали нервирующе подробные картинки изменяющей форму экспериментальной белки до финального этапа - Наджара была очень хорошим художником, и представшее взору травмировало психику колдуна навсегда.
- Не думаю, что это применимо во сне, но наяву, стоит моей концентрации ослабеть, я превращаюсь в миража. Бывает весело, - альв улыбнулся, вспомнив какой-то эпизод из прошлого.
- Если ты почувствуешь что-то непривычное: взгляд меж лопаток, касания чего-то незримого, попытки повлиять на тебя ментально – сразу сообщай, - и альв кивнул, прислушавшись к своим ощущениям, чтобы не пропустить эти знаки, отчего его уши, чуть более длинные, чем обычно (и мохнатые), настороженно встали торчком. Буквально сразу же он уловил чутким носом неприятный запах, слоившийся на несколько благодаря его расширенному восприятию: гарь всевозможных вкусов, трупнина, кровь и неизвестно как примешавшийся легкий оттенок озона. Волоски - шерсть? - по всему телу встали дыбом, и дорогу им преградило неизвестное. Звериный инстинкт велел держаться подальше от существа перед ними, хотя оно выглядело лишь как необычайно странная девочка. От девочки и доносился давешний запах, источая опасность. Когда она прошипела что-то, Кайлан вслушался, и запах гари стал четче, выделясь на общем фоне, и он понял слово, или его общий смысл - "Горите".
- Что это, чей-то кошмар? - спросил Кайлан, стараясь поспевать за убегающим шаманом. С кошмарными сновидениями и прочими пороками подсознания маги его школы бороться не умели - мало кто умел. Кто-то даже выдвигал смелые теории, что их магия кошмары наоборот порождала - а также помутнение ума и безумие, - хотя что вообще может породить магия Хаоса, разве только случайно.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (10.07.2018 19:32)

+1

29

[NIC]Хан[/NIC][STA]Слышащий тишину[/STA][AVA]http://sg.uploads.ru/jCQlX.png[/AVA]

Троблинг задумчиво и медленно кивнул, когда его спутник всё-таки среагировал на заданный вопрос, ответ на который Хан уже смирился не услышать. Однако альв оказался благодушен, менее спесив и горделив, нежели многие его собратья. Он, пожалуй, был достаточно приятен. При этом в нём ощущалась немалая сила; Кайлан, определённо, мог быть опасным противником, которого лучше иметь в друзьях. История удивительного альва была незавидной и, Хан не сомневался, объёмной, но уточнять различные мелочи и детали он не стал, на время удовлетворившись общим описанием. В конце концов, не пили они с одной чарки да не ломали лепёшку за столом, чтобы считать друг друга больше, чем просто знакомыми, нечаянными соратниками, объединёнными одной крупной бедой. Одно то, что остроухий не раздражал шамана, вполне устраивало второго. Вот только беспокоила Хана уловленная перемена в лице собеседника, когда речь зашла о незнакомом «дядюшке». Сны зачастую были отражением реальности и в них порой просачивались образы из сознания самих шаманов. Готов ли будет Кайлан встретиться с тем, что вызывает у него неприязнь или страх?
Но думать об этом было решительно некогда, когда глаза слезились от ненастоящего дыма, а горло саднило так, будто сотня кошек драла его несколько дней кряду.
- Думаю, это чудище можно назвать и так, - мрачно прогундосил в рукав троблинг, упрямо пробираясь по выгоревшему становищу. Под ногами хрустели не то кости, не то оставшиеся от поддерживающих юрты шестов головёшки. Краем глаза мужчина заметил опалённую и черневшую деревянную куклу, наряд которой, прежде яркий, стал серым и обгорел с одной стороны. Шаман невольно нервно сглотнул - точно такая же кукла была у его племянницы, - и постарался как можно скорее отвести взгляд. Обрывки тканей, залитая кровью земля, мечтами чавкающая под сапогами, уродливые и обезображенные тела - жуткое зрелище. По пути шаман видел необычный лук, припорошенный пеплом. Таких он не встречал в родных краях, таких не было у его народа. Может, из подсознания альва пробилось? Вокруг снова становилась тихо, мертвенно тихо, где-то вдалеке ухнула сова, позади закаркало вороньё, прогоняя свидетелей трагедии.
- Я надеялся, что мы найдём эту тварь раньше, что у нас будет хоть какой-то эффект неожиданности, - с досадой бросил мужчина, отпустив из крепкой хватки руку альва, когда они уже вышли за черту поселения и встали на небольшом пригорке. Хан обернулся, но городок был всё в том же упадке. – Похоже, оно убило хозяина этого сна. Этот троблинг уже не проснётся, - с горечью сделал вывод мужчина, покачав головой, ведь он так и не смог найти, почувствовать собрата, владевшего образом прекрасной деревеньки. Видимо, он любил свою деревню всей душой, а теперь она была черна и мертва, заполняясь густым белёсым туманом. Справедливости ради стоит отметить, что туманная дымка медленно, но верно расползалась от поселения в разные стороны. Хан ощущал в ней магию, которая частично была ему знакома. Неужели в подсознание его собратьев проник какой-то невиданный ранее паразит? Он мог сделать такой вывод именно из-за ощущений. Какой смысл мастеру колдовать туман вместо того, чтобы пытаться выбраться?
- Кажется, мы столкнулись с тем, чего ранее никогда не видели. Либо этого не существовало, либо нам везло с этим не сталкиваться, - пробормотал троблинг, продолжая шагать прочь от деревушки. Сил смотреть на мёртвое сознание не осталось. – Правда, я совсем не понял, что это существо сказало, - поморщился он. – Это всё усложняет.
Сказав это, мужчина полез в один из мешочков на своём поясе, выудив оттуда довольно крупную сушёную ягоду синего цвета, после чего протянул её Кайлану:
- На вот. Если дело будет совсем плохо – съешь. Это поможет проснуться без моего участия. Голова гудеть будет дня три, может тошнить, но это лучше, чем не проснуться вовсе.
Конечно, это была крайняя мера, и троблинг был откровенно не в восторге, что до этого вообще может дойти. Подобные спасательные ягодки употреблялись шаманами крайне редко, чаще всего они помогали вырваться из запутанных лабиринтов разума, в котором всё смешивается и переплетается тугими узлами, попросту – из разума сумасшедших. Событийность данных подсознаний, чаще всего, настолько резкая, переменчивая и стремительная, что далеко не всем мастерам-шаманам удаётся распутать происходящее, притормаживая своей магией непомерный ритм. Троблинги умели входить в бессознательные чужие головы, но не сказать, чтобы любили это делать. А сейчас молодому шаману и его невольному товарищу предстояло продраться сквозь мрачную фантазию чего-то неизвестного. Хан совершенно точно был недостаточно опытен в таких походах, но оставить всё как есть и не попробовать не хотел.

+1

30

Растревоженные беседой и неприятной встречей с паранормальным явлением воспоминания захлестнули альвийского Владыку. Отец, мать, сестра, дядя, когда-то красивые статные альвы, искаженные проклятием их рода, несущим то же самое имя, что и они, запомнившиеся ему такими, изувеченными, покореженными остатками самих себя... Дриады в снежном лесу, смертельная рана, пираты, обрушенная своими руками на собственную же голову башня Сарборо, милая Герда в могиле - ее черный лук, висевший на таком здоровом во сне плече, и он же, лежащий в сероватом пепле, подобном свежевыпавшему снегу. Все это было выжжено на его душе, преследовало его в снах, к которым он, в силу возраста, сделался равнодушен, и чем сильнее он старался не думать, не воскрешать эти образы перед внутренним взором, тем ярче они становились. Если подумать хорошенько, - сказал себе Кайлан, прижимая ко рту и носу край плаща в тщетной попытке укрыть слизистую от воображаемого дыма, я - последний, с кем этот шаман хотел бы делить сновидение.
- Как думаешь, оно тут одно? - сипло спросил альв, тут же заходясь кашлем - в этом сновидении пепельное удушье казалось таким настоящим, что оторопь брала. Право, он слыхал о том, как безумие поселяется в голове у чародея, извращая его магию, но чтоб безумный мог заставить уснуть всю деревню - ладно бы только тонко настроенных и вечно норовящих в транс шаманов, но всю деревню обычно таких устойчивых к магическим воздействиям троблингов некто утащил в сон! Кайлан прозакладывал бы свою несчастную жизнь на то, что какой-то шаман отхватил больше, чем смог проглотить, пытаясь провернуть какой-то эксперимент.
- Кажется, мы столкнулись с тем, чего ранее никогда не видели. Либо этого не существовало, либо нам везло с этим не сталкиваться, -  Кайлан был готов подписаться под каждым словом своего соратника, и только тревожные мысли не давали ему покоя - а вдруг и правда кто-то из своих же шаманов решил что-то сотворить, из хороших побуждений либо из дурных - в обоих смыслах - и вот, сотворил. Альв поспешал за Ханом, прислушиваясь к его речи. – Правда, я совсем не понял, что это существо сказало. Это всё усложняет.
- Оно сказало "гори" или что-то вроде. И при этом завоняло горелым сильнее - даже застило остальные запахи, - гибрид альва и миража сморщил приплюснутый звериный нос, вспоминая. - Не знаю, право, если это делает вещи проще...
С удивлением уставившись на ягоду, что Хан сунул ему в руки, альв выслушал его инструктаж и спрятал снадобье подальше, пронизывая троблинга взглядом алых кошачьих глаз и демонстрируя, что не собирается употреблять его и бросать шамана тут одного. Насколько Кайлан знал, а знал он, в силу возраста, на удивление много, неуверенность в себе была гибельной практикой в любой известной школе магии, и шаманизм не должен был быть исключением. Учитывая то, что они находились в мире подсознания, вопрос уверенности в собственных силах стоял особенно остро. К тому же, если им не удастся победить что бы это ни было, он, даже сожрав ягоду, как есть, с гудящей головой и тошнотой, погрузится в зачарованный сон вслед за остальными резидентами поселения.

Отредактировано Кайлан Аса-Фадири (11.07.2018 18:31)

+1


Вы здесь » Айлей » Ичарвиаш » Поселение Элге