Айлей

Объявление



sarita   talion



01.01.2022 С Новым годом, друзья! Пусть в наступившем году посты пишутся легко, фантазия летит высоко, и времени хватает и на реальную жизнь, и на сказочную! Мы любим вас, спасибо, что остаётесь с нами!



12.11.2021 В честь годовщины основания в Белой Академии объявляется бал-маскарад! Приглашены все ученики и преподаватели, обещают почти безалкогольный пунш, сладости и танцы, и пусть никто не уйдет несчастным!



С 30.10 по 14.11 на Айлей праздник в честь Самайна! Приходите к нам рисовать тыковки и бросать кости на желание



16.10.2021 Перекличка завершена. 30.10.2021 стартует неделя Самайна, тема - колдуны и ведьмы. Ищите аватарки!)) Объем тем сокращен до 1000 сообщений в теме, не пугайтесь



Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Discord - Денаин#2219
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » Отыгрыши на острове Корн » Площадь магических фонтанов


Площадь магических фонтанов

Сообщений 31 страница 45 из 45

1

http://s8.uploads.ru/dXYSR.png

Популярное место для романтических свиданий и магических "показательных" поединков магов-водников.

0

31

Дёрнув ухом, Квиллан снова призадумалась. Что она может и не может сказать? Раз уж родственничек так хочет сломать шею, единственный способ его удержать это защищать его собственноручно, держа как можно ближе. А то понесётся куда-нибудь без её ведома... И лови его потом.
- Это безусловно связано с его именем.
Даже несмотря на то, что она была принцессой, Квиллан не любила политику. Политические дрязги давали ей особо опасные задания с огромными гонорарами, и больше ничего альвийка не искала от них. Углубляться в причины покушения на графа Таргоро убийце не хотелось. Её не интересуют причины, мотивы, поводы. Она просто исполнитель, инструмент, позволяющий настоящему убийце дотянуться до желаемой жертвы. Ножу нет дела до того, что он режет. Однако, всех остальных это крайне волновало. Семью убитого, его знакомых, его подданных, его друзей, его врагов. Настоящего убийцу тоже. Даже гильдия интересовалась только собственной безопасностью. За тысячелетия её существования через руки наёмных убийц прошло множество высокородных. Графы, короли, Владыки, Главы. Все мертвы, все лишь прах, а гильдия ещё стоит. Жалкие песчинки на тайной тропе под ногами тёмных личностей в тёмных одеждах. А всё потому что проколовшегося и раскрывшего себя убийцу устраняют. Тут уже просыпается интерес того самого беспристрастного ножа.
Когда Риэсс попросился пойти с ней, чёрные брови удивленно взметнулись вверх. Он, конечно, парень рисковый, но почему же он не попросился с той же Виреллой на её корабль? Там было куда как безопаснее. И шанс на выживание больше. Там, в море, на него мог повлиять фактор наличия ещё одного мага хаоса. А в том предприятии, куда хочет по уши угодить жених сестры, шанс был нулевой. То есть, наличие второго мага хаоса их шансы не снизит.
- Легко может статься так, что шансы на избежание огромной печали сильно повысятся. - Сосредоточенный и невесёлый взгляд Квиллан говорил о том, что шансы повысятся совсем не в том смысле, в каком бы хотелось Риэссу. - Однако, помощь второго мага не помешает, - альвийская принцесса-разбойница улыбнулась, но опять же с подтекстом: помощь не столько не помешает, сколько не поможет. - Если вы желаете отправиться со мной, идём. Если нужно подготовиться, я подожду вас тут.
Квиллан снова отвернулась, принявшись разглядывать цветные струи. Король воров ушёл, но он непременно подготовит всё, что она просила.

+1

32

Проходя по площади магических фонтанов Датне который раз убедился, что выполнять за своего отца поручения, не такое уж и скверное занятие. Юноша неспешно прогуливался на фарфоровом лице застыло выражение мимолетного любопытства и легкой скуки. Зато яркие стально-серые глаза внимательно наблюдали за происходящим. Он побывал в стенах Белой Академии впервые, а ведь подавляющее большинство молодых вамфири имело честь обучаться в этом старинном заведении. Казалось воздух пропитан магией. Принц ощущал это всем своим существом, но показать свое волнение он не имел право, он же не просто мальчишка, которого родители отправили сюда на экскурсию, он – наследник Главы Дома Крови.
Зато его спутник – придворный маг, которого навязали с ним «телохранителем» все никак не мог совладать с собой и ходил, озираясь по сторонам, постоянно засматриваясь на молоденьких студенток.
Данте тяжело вздохнул, состроив меланхоличную мордашку, легкий порыв ветра растрепал его длинные шелковистые волосы. Вот навязался же этот дурак на мою голову, как в зоопарке ей богу. Поскорее бы со всем разобраться, а то этот шут вредит репутации нашего Дома.
Да собственно, послали их сюда как раз за тем, что в последнее время в стенах Белой Академии собралось слишком много наследников. И если наследник Дома Исцеления проходил здесь обучение, то внезапный визит принца Сам-Ри немного взволновал отца Данте. И он как примерный сын поспешил успокоить своего беспокойного родителя, проведя небольшое расследование. И заодно развлечь себя. Но с последним было сложнее, для начала нужно было куда-то сплавить это ничтожество, имя которого юный наследник даже не удосужился узнать.
- Иди и найди принца, - повелительным тоном произнес Данте, обжигая своего слугу ледяным взглядом, - только не говори, что я здесь,- голос птенца приобрел лукавые нотки,- это будет сюрприз.
-З-зачем, что?
– слишком много вопросов для одного слуги, - А чем займетесь вы, мой принц?
- Это. Не. Твое. Дело.
А телохранитель оказался куда сообразительнее, чем показалось Данте в начале. Он молча откланялся и вскоре затерялся в толпе студентов. Вамфири проводил его смеющимся взглядом. Ладно, пусть это бесполезное существо принесет хоть каплю пользы. А я пока проведу себе экскурсию.

+1

33

------- >>>>> Кабинет преподавателя магии Крови

Задачу поставил перед ним принц интересную, но сложную. Во-первых, стоило еще раз осмотреть пациента. Хорошо бы взять еще его кровь на анализы, но это уже как повезет. Но для этого стоило сначала отыскать этого самого проклятого мальчика-альва. Пение его крови было особенным благодаря проклятию, но уже на половине пути мужчину отвлекла другая мелодия. Слишком знакомая, чтобы игнорировать ее. Нахмурившись, Инсанирэ свернул в сторону от столовой и направился к выходу из здания.
Дорожка из мелкого гравия вывела  мага к площади. Самое популярное место студентов. Если прислушаться, здесь можно слушать целые концерты разный исполнений. Веселые игристые голоски крови влюбленных девушек, сильные баритоны крови старших магов, раскатистые гулкие голоса, готовящихся к экзаменам старшекурсников. Улыбнувшись, мужчина осмотрел площадь, стараясь из общего гула вычленить те ноты, что привлекли его внимание. Цель нашлась быстро. Не заметить среди довольно однообразного ученического контингента величественного и элегантного птенца Главы Дома Крови. Данте выделялся среди общей массы как роза среди клумбы одуванчиков.
Неспешно направившись к нему, Инсанирэ не мог не заметить, как придворный маг Дома куда-то спешно отправился, глазея по сторонам голодным взглядом отощавшего волка. Хмыкнув, мужчина подошел к Данте.
- Не ожидал вас здесь увидеть, молодой повелитель. Что привело птенца Дома сюда? – чуть склонил голову в приветственном поклоне, поинтересовался маг. – Не думаю, что ректору придется по душе, если ваш спутник решит перекусить здесь какой-нибудь молоденькой студенткой. Правила Академии очень строги в отношении посторонних.
Все это было вольно подозрительным. Слишком много молодых наследников собиралось под одной крышей. И ладно бы Арнэо, он уже не первый год проходил обучение в стенах этого заведения вполне официально. Допустим, Сам-Ри действительно сильно беспокоило состояние его наложника, об этом говорили нотки тревоги в песне его крови. Но что привело сюда Данте? Этот мальчик не был покладистым и смирным ребенком. Да и его предпочтения Инсанирэ помнил еще с первых годов, когда он прошел ритуал. Это был тяжелый момент его жизни. Сам маг присутствовал при обращении, помогая Главе и остальным поддерживать юного избранника. Тело мальчика хоть и было сильным, но все же не выдерживало нагрузки. Но видимо Данте приглянулся не только Главе, но и самой богине. Обряд обращения прошел успешно, и вот перед ним уже взрослый и самостоятельный птенец, уверенно стоящий на ногах. Мужчина чуть улыбнулся уголками губ, вспоминая те давние времена. Да, мальчик и правда изменился, не сказать, чтобы в лучшую сторону, но из него выйдет отличный правитель. Своей цели Глава определенно добился.

+1

34

На дорогах было на удивление сухо, поэтому на улице было очень людно. Народ по своему обыкновению прогуливался в хорошую погоду, пользуясь случаем. Солнце приятно грело, весело щебетали птицы, а в воздухе витали самые различные запахи. Они-то и привлекали молодого наследника больше всего. Не описываемый словами аромат цветущих деревьев, тягучий, словно мед, теплый солнечный запах. Дорогой парфюм, естественные запахи людей, их эмоции. Бодрящее разум счастье, грусть, романтизм или страх. Люди такие притягательно разные, но терпкий пьянящий аромат вносил свою тревожную нотку в эту симфонию. Данте вздрогнул, его как холодной водой обдало воспоминаниями о том самом дне. Тогда возникли некоторые трудности с обрядом обращения. Нет, пожалуй, назвать трудностями то, через что прошёл Данте, было бы слишком скупо – он видел ад, он был в нём, варился в этом кипящем масле, но всё же вышел из него со смертельными ожогами на душе. Но лишь благодаря своей решимости он вернулся к своей привычной жизни. Остались лишь воспоминания, которые являются ему в кошмарах. И этот запах напрямую ассоциировался у юного принца с теми событиями.
- Не ожидал вас здесь увидеть, молодой повелитель. Что привело птенца Дома сюда? – поразительно, но Данте даже запомнил его голос. Инсанирэ, ах да, как я мог забыть. Он же работает в академии преподавателем. Принц деловито оглядел мужчину, освежая в памяти его визуальный образ.
– Не думаю, что ректору придется по душе, если ваш спутник решит перекусить здесь какой-нибудь молоденькой студенткой. Правила Академии очень строги в отношении посторонних.
Подобные слова вызвали у принца ироничную ухмылку. Во-первых, плевал он на все эти правила, его они не касались. По крайней мере Данте был в этом убежден. Во-вторых, юноша привык брать на себя больше, чем полагалось. И сейчас, повинуясь мимолетной прихоти наследник решил, что дела Дома можно уладить и чуточку позже. А сейчас, когда провожатый, который должен был по идее контролировать поведение юноши занимается поисками принца, причем Данте не уточнил какого именно.
– Приветствую, господин Инсанирэ, –  фарфоровое личико принца исказила ехидная улыбка, а в голосе скользили легкие нотки иронии, – вообще-то мой спутник здесь за тем, чтобы проследить чтобы я вел себя хорошо, ах какая жалость, что ему пришлось отлучится…
– Мы здесь по поручению нашего дражайшего Главы, – продолжил юноша после небольшой, но выразительной паузы,– ничего интересного, простая формальность.
Высокомерие и чувство безнаказанности. Такие характерные чувства для молодых людей, хоть Данте и считал себя образцовым наследником, сегодня он явно не собирался тихо-мирно разбираться в государственных делах. Ему было обидно, что в свое время Глава посчитал, что ему не место в стенах Белой Академии и Данте обучался в замке. Принц считал это полнейшей несправедливостью, хоть и понимал, что это было сделано скорее всего из-за его нестабильного поведения и дурных наклонностей. Что же. Сейчас, когда папочка был склонен к паранойе о том, что другие дома плетут против него заговоры, а разбираться самому ему было некогда благодаря намечающейся свадьбе, прошлось отправить своего наследника на разведку. На мирную и безобидную вылазку.
Наследник, у которого отсутствуют любые моральные достоинства, жестокий юниц с царскими замашками. Ведь так я известен в широких кругах? Инсанирэ, ты знаешь это, я знаю, все знают. И ты всё равно продолжаешь относиться ко мне, как к своему господину? Хм, любопытно, или он как раз пришел чтобы проверить не замышляю ли я чего?
– Не волнуйтесь, я постараюсь отыскать своего провожатого, – слова, сказанные скорее, как чистая формальность, и почему-то Данте был убежден, что преподаватель будет вполне удовлетворен его ответом, ведь мужчина не особо тяготился делами Дома. А значит и заскоки наследника не должны были его особо тревожить.

+1

35

Тихо шумела вода в фонтанах. Ее голос заглушал шум детских голосов и смех. Были ли подростки-ученики благородных кровей, или же простые дети с улицы, они всегда оставались детьми. Шумными в большинстве своем хулиганами и проказниками, которые любят играть в подвижные игры, носиться и смеяться, придумывая различные шутки друг над другом. А магические силы лишь делают их игры и шутки более разнообразными.
Инсанирэ посмотрел на бегающих вокруг фонтана учеников, чуть улыбнулся своим мыслям и снова обратил свое внимание на птенца. Небольшое поручение, значит. Не связано ли оно с внезапным визитом наследника Дома Иллюзий? Сказать по правде, дома постоянно делают друг другу какие-то пакости, шпионят и строят планы. Особенно в этом преуспели темные. Что ни говори, хоть магия и не влияет на характер  носителя, но все же накладывает свой отпечаток. Мужчина вздохнул.
- Это не мое дело. Но если по вашей вине, или вине вашего спутника, пострадают ученики, я не стану защищать вас от гнева ректора. – маг убрал за ухо темную прядь волос, выбившихся из прически. – А он только на вид такой милый старичок.
Вообще дела Домов мало интересовали самого мага. Его больше волновали дела Академии. Инсанирэ давно выбрался из этого котла, в котором варились все Дома вамфири, с их интригами, сплетнями и дворцовыми играми. Противостояние двух магий внутри него дали возможность избавиться от подавляющего влияния Главы, и редкую возможность выбирать свою судьбу самостоятельно. Чем маг и воспользовался.
- Я волнуюсь лишь о безопасности учеников Академии, мой повелитель. Ни ваши дела, ни дела Дома, меня совершенно не волнуют. – Лгать наследнику Главы своего Дома было бесполезно. Власти он, конечно, такой не имел, как над остальными, но вот мог легко разгадать ложь. Да и смысла лгать не было. – Смею предположить, ваш папенька снова поддался приступу чрезмерной бдительности и заинтересовался одним из наследных принцев, пребывающих в Академии. Так как господин Арнэо проходит здесь обучение уже не первый год, и о нем Глава уже справлялся, смею предположить, вас интересует принц Иллюзий. – Мужчина поправил складки своего плаща и повернулся к зданию Академии. – Чтобы облегчить вам поиски, господин Данте, сообщу вам одну деталь. Сам-Ри пришел в Академию по личному делу, никак не связанному с маниакальными планами вашего отца. Сейчас он находится в кабинете ректора, я полагаю, ибо его дело займет некоторое время, и мне кажется, он предпочтет остаться здесь ненадолго.
Мужчина взглянул на собеседника. Ему было любопытно, как поступит принц, получив подобную информацию. Останется здесь, чтобы сделать за наследником Иллюзий, или же удовлетворится и уйдет по своим делам? Хотя, если бы Инсанирэ сказал больше, молодого принца могла бы заинтересовать эта информация. Но вамфири решил придержать часть информации. Во-первых, мальчик его заинтересовал самого. Во-вторых, здесь уже находился один из принцев, которому было бы весьма интересно познакомиться поближе с данным экземпляром. В-третьих, Инсанирэ банально пожалел ребенка, который и без того попал в ситуацию, а быть игрушкой дворцовых интриг Домов вамфири не самая приятная участь для малолетнего альва. Который к тому же носит на себе печать проклятия. А ведь учитывая привязанность Сам-Ри к этому мальчику, он просто идеальная жертва для манипуляций и давления. Птенец Иллюзий сейчас довольно слаб, а вот Данте вполне по душе подобные игры. Так что, пожалуй, ему не стоит знать всех деталей.

+1

36

Данте с раздражением и одновременно любопытством мимолётно мазнул взором по снующим кругом ученикам. Для него они не имели никакой ценности, многие даже талантами особыми похвастаться не могли. Просто мусор.
Данте презрительно фыркнул, когда парочка студенток начала неприлично громко обсуждать его со своими подружками. Аристократические черты выдают в юноше благородное происхождение, а белоснежные гладкие волосы и дорогие одежды, лишь усиливают эффект. По коже лица, цвет которой ужасно близок к оттенку мрамора, скользит лукавая улыбка, но в тоже время она полна высокомерия.
- Это не мое дело. Но если по вашей вине, или вине вашего спутника, пострадают ученики, я не стану защищать вас от гнева ректора.
- Я не нуждаюсь в защите, - пошипел принц, гордо вскинул голову, уверенного в себе наследника, крайне задевали подобные заявления, но затем юноша быстро взял себя в руки и закончил уже первичным ему ироничным тоном, - ах, как печально, когда верные слуги отказываются защищать своих беззащитных принцев от праведного гнева совсем не простого Ректора…
Лукаво сверкнув серыми, словно сталь, глазами блондин печально отвел взор в сторону. Было очевидно, что Инсанирэ больше волновала безопасность столь оберегаемых им учеников нежели участие в интригах, которые так любили практически все высокородные вамфири. Что за вздор. Неужели в этом есть хоть какая-то выгода? Принц тщетно пытался угадать мотивы поведения мужчины. Принц Крови перевел пылающий взгляд светло-серых глаз на своего собеседника, переплетая его с полными вековой мудрости взором Инсанирэ. Его помыслы были сокрыта за непроницаемой пеленой, так что принцу оставалось только со скучающим видом изучать радужку. У вамфири были обычные темные глаза, но когда юноша в них смотрел, то видел цвета несуществующие в природе. Растерянно моргнув, Данте попытался собраться с мыслями. Да, чистокровные вамфири всегда такие, пленительно прекрасные и безмерно опасные.
Но красота преподавателя магии Крови меркла по сравнению с сообщённой им информацией. Данте не скрывал своего восторга от того факта, что Сам-Ри прибыл сюда по личным причинам. Значит, скучные дипломатические дела Домов тут не при чем. Вот и славно. Можно будет немного поиграться, а затем вернуться к своим привычным делам. Слова, которые заставили молодого аристократа блаженно запрокинуть голову, безусловно были связанны как раз с личностью вопроса по которому принц Иллюзий решил покинуть земли вамфири. Так, для начала найду принца, потом, наверное, и другого… что же тебя сюда привело, мой ушастый собрат? Я иду искать, кто не спрятался я не виноват… Предстоящая причудливая игра вызывала у молодого наследника полнейший экстаз вперемешку с азартом. Даже холодное сердце, которое билось ровно, как часы, даже когда Данте убивал, пропустило один удар.
Внезапно утонувший в своих мыслях Данте осознал, что совсем перестал себя контролировать, что было недопустимо, если он намеривался без лишних происшествий поразвлечься в стенах Академии.
- Значит Глава Иллюзий здесь ни при чем? -  смущенно промолвил Данте, изобразив на лице безмятежную улыбку, а в душе начинал всерьез опасаться, как бы маг не уловил его переменчивое настроение и насторожился всерьез, тогда о подобных расследованиях можно было бы благополучно забыть, - тогда я, пожалуй, ограничусь дружеским визитом. Давненько я не видел других птенцов.

Отредактировано Данте Альберант (17.05.2016 19:47)

+3

37

Инсанирэ уже собирался уходить, когда в привычную уже для него музыку Академии вплелся новый яркий тон. Мужчина недовольно нахмурился, прислушиваясь к шальным переливам, к пляске торжества и удовольствия. Бросив быстрый взгляд на принца, маг только вздохнул. Пожалуй, все же не стоило ему рассказывать о личных причинах Сам-Ри. Кажется теперь вечных подковерных интриг и придворных игр ему не избежать.
Конечно, Данте не был глупцом, потому и привлек внимание Главы. Да и в качестве принца неплохо устроился и вполне справлялся с ролью. И теперь быстро сообразил, что слишком увлекся, а потому постарался максимально закрыться. Как у будущего правителя, у него почти получилось. Но перевес в силе и опыте, а так же пусть и короткая, но промашка принца Крови позволила Инсанирэ распознать его напускную маску безразличия и легкой отстраненности, а так же беспечной улыбки на губах парня.
В его дружеский визит мужчина не поверил ни на грош. Не было у Данте друзей. И не потому, что он слыл кровожадным и жестоким типом. Потому что сам считал себя выше этих глупостей. И в его слова показались магу нелепыми. Но ничего он не стал говорить принцу, решив проследить за ним и посмотреть, как будут разворачиваться события.
Данте хоть и показательно отмахнулся от предостережения, но все же у мага оставалась надежда на благоразумие парня. Все же не дурак был, не стал бы связываться с магами, куда сильнее него. Да и Академия была оплотом магии уже не первое столетие, и каждый из правителей понимал, связываться с магами заведения себе дороже. Этого не мог не понимать и птенец Крови. Но основная опасность была в том, что принц часто увлекался. И тогда был просто не в состоянии остановиться. Слишком много власти для простого мальчишки. Мужчина с высоты своих лет понимал это, но сделать ничего не мог.
- Вас проводить, мой принц? – поинтересовался Инсанирэ, сделав вид, что ничего не заметил в поведении парня. – Возможно, я смогу вам помочь. Все же вы не частый гость здесь.
О решении Главы на счет обучения в Академии маг помнил. Как и помнил недовольство тогда еще юного птенца. Обучение здесь было престижным. Жалел ли Данте о том, что ему так и не посчастливилось попасть сюда в качестве ученика, или же смирился и отпустил свою детскую обиду? Это для Инсанирэ оставалось тайной.

+1

38

- Вас проводить, мой принц?
Мой принц. Данте прикладывает титанические усилия, чтобы не выдать улыбки. Для него такое обращение было непривычно, обычно слуги ограничивались робким «милорд» или с лицемерными улыбками, которые так любили придворные, ядовито шипели «господин».
- Возможно, я смогу вам помочь. Все же вы не частый гость здесь.
- Неужели вас так тревожит перспектива того, что беззащитный принц случайно потеряется в столь опасном месте? - с ироническим удивлением спрашивает Данте, приподнимая бровь.
Но отказывать преподавателю он не стал, а жестом пригласил его проследовать с ним в сторону главного корпуса академии. Попутно юноша всем своим существом старался подчеркнуть, что он не просто один из учеников, а наследный принц одного из сильнейших домов вамфири. Нет, не верно. Самого сильного Дома из всех существующих.
Принц не делает шаг, а словно перетекает с одного места на другое, серебристо-серая тень с ледяными глазами. Он что переливчатый металл, в движении кажется мягким, застывает при прикосновении, не согнешь.
Голос - бархат, мягкий, опускается до пронзительного шепота, завораживает, каждое слово - тяжелая капля, и ни одной лишней. Волосы - серебряная река, что струится вместе с хозяином.
Внезапно юноша замер на месте, а на его до сих пор невозмутимом лице застыло смятение. Какое знакомое пение… неужели?!
Данте опирается на массивные каменные перила и всматривается вдаль, его алмазные глаза широко распахнуты и с необъяснимой жаждой впитывают малейшие черточки открывшегося вида. Полы длинной черной мантии степенно колыхаются под легким ветром, серебряные нити, переплетенные по ткани замысловатыми узорами, мерцают и сияют на солнечном свете яркими цветами и листьями. Передние пряди светлых волос заколоты сзади, открывая взору все детали красивого и точеного лица, которое до сих пор держало на себе отчетливый отпечаток тревоги.
Тёрка.
Принц не ошибся, на острове находилась одна из его слуг. Очень проблемных, да. Если его маг-спутник был существом предсказуемым, то волчица могла учудить все что угодно. А потом груз ответственности всецело ляжет на его плечи и ему придется смущенно, улыбаясь оправдываться перед ректором извиняясь за проделки своей подчиненной. Если, разумеется, извинений будет достаточно. Данте раздраженно фыркнул и тяжело вдохнув, постарался успокоиться. Нужно срочно отыскать эту чертовку пока она ничего не натворила. Только вот как быть с Инсанирэ? Как объяснить своему спутнику, что планы резко изменились? Принц скользнул взглядом по лицу преподавателя. Скорее всего, архимаг давно уже сам все понял. Осталось только уточнить степень опасности проделок Тёрки.
- Извиняюсь за излишнее любопытство, - вкрадчиво начал принц все так же неотрывно глядя куда-то вдаль, - допустим, какая-то волчица без разрешения проникла на территорию Академии и случайно нарушила хм… пару правил. Что будет некому принцу, который за нее в ответе?
Юноша выдержал выразительную паузу и провёл настороженный взгляд на Инсанирэ.
- Чисто теоретически, разумеется, - закончил парень неотрывно глядя в темные, почти бездонные, глаза мага.

+1

39

Внезапно, источая золотой свет, засияла маленькая сфера над головой Квиллан, похожая на светлячка. Её свет был ярким, но при этом не слепил глаза. Он был невероятно тёплым и успокаивающим, отгоняющим прочь любые страхи. Сфера плавно опустилась вниз и коснулась головы альвийки, быстро охватывая её своим сиянием. И как только золотое сияние охватило всё тело, свет заполонил всю комнату, спустя мгновение потухнув. Но вместе со сферой исчезла и Квиллан, испарившись лишь одним богам известно куда.

*В неизвестность*

0

40

Переход из: Страж Степей [гостиная с камином]
Издавна Белая Академия была оплотом всех жаждущих изучать и постигать магические дисциплины, величественным, всплывающим на устах среди любой ниши разномастного населения Айлея местом, в стенах которого выучивались лучшие носители волшебного дара. Дети высокомерной аристократии, отпрыски богатых дворянских семей, сыновья и дочери зажиточных купцов – студенты магического университета, к которым Аммун, будучи неспособным творить заклинания, питал скрытую зависть и развившуюся на ее фоне такую же хорошо маскируемую неприязнь.
В прошлом он не единожды мечтал посетить стены Белой Академии – не в качестве ее студента, но в качестве гостя. Точно так же, как и собственными глазами хотел увидеть множество других мест, молва о которых слетала с уст как простого обывателя, протягивающего монеты в обмен на фрукты для семьи, так и богатого господина на банкете монаршего замка. Этими стремлениями полукровный вульфар был обязан исключительно собственному любопытству и любви к неизведанному, однако никогда прежде не думал о том, что в утробу магического университета его завлечет погоня за собственным племянником.
– У меня есть поручение для тебя, моя драгоценная Лантанфа. Не могла бы ты неприметно...
Хельм осекся, смиряя взглядом двухметрового телохранителя-троблинга: от вида ее громкой наружности начало просьбы показалось ему таким же глупым, насколько глупо мог бы выглядеть крестьянин, надевающий седло на дойную корову в преддверии битвы за независимость деревни.
– Забудь. Не могла бы ты просто пройтись по академии? Прежде ты уже встречалась с Ольшином в замке, так что просто высматривай кого-то похожего на нашего блудного наследника, – проговорил полукровка и тут же зевнул, заодно сладко потягиваясь.
Он почти не питал серьезных надежд на то, что встретит в Белой Академии наследного графа Таргоро, однако, взвесив всю имеющуюся информацию пришел к выводу, что угнездившаяся на острове посреди Внутреннего моря Белая Академия – одно из немногих мест, наиболее подходящих для укрытия от возможных недоброжелателей. От сенешаля замка Таргоро, Орика Амальрика, Аммун так же слышал о делах «Черной длани» вблизи академии, поэтому решил, что если не найдет Ольшина – то хоть заявит о своем присутствии на острове и попытается выйти на контакт со связующими гильдии.
– А что будете делать Вы, господин Хельм? – поинтересовалась Лантанфа, накидывая капюшон плаща на голову. Неизвестно, был ли в этом какой-то прок, если из-под него все равно оставались видны темно-фиолетовые дреды, усеянные вплетением костяных фрагментов и прочих шаманских прелестей.
– Осмотрю местные достопримечательности, – улыбнулся полукровка, – Может, у них и комната с зеркалами найдется...
«Пестрый» Таргоро не связывался с ответственной за его путешествия гильдией продолжительное время - с тех пор, как покинул родовой замок. Он более не стремился так же яро выполнить последнее поручение, связанное с поимкой скрывающегося наследника Таргоро и нынче задумывался больше о собственном развлечении под прикрытием выполнения вверенного ему поручения. Убийство лорда Рихарда оставило после себя приятное чувство удовлетворенности, ведь с гибелью альфы стаи Рхаурр, отправившегося на тот свет к ублюдку Алексу Таргоро, розовласый мальчишка мог считать свершенной месть за покойную мать. Перед ним стоял новый вопрос: стоит ли подвергать жестокому возмездию остатки рода Таргоро? Аммун не испытывал личной неприязни к Ольшину, которому, напротив, во многом симпатизировал, как милому и доброму родственнику, но в то же время имел обязательства перед «Черной дланью» и желание пролить еще больше крови в дополнение к той, что окрасила стены Стража Степей.
Интересно, какого это: стать последним из графского рода?
– Кстати, как я выгляжу?
– Я не буду опять вас причесывать, господин Хельм. Как-нибудь сами справитесь, – отмахнулась Лантанфа перед тем, как оставить своего патрона в гордом одиночестве среди шумящих фонтанов. Безлюдность площади угнетала: неужто все были на занятиях?
– Маги... кхе.
Аммун поморщился, понимая, насколько чужд этому месту, буквально пропитанному колдовскими эманациями. В легком прыжке он взобрался на каменный парапет одного из многочисленных фонтанов, медленно прогуливаясь вдоль его границ. Взгляд оранжевых глаз мазнул вокруг, изучая архитектуру Белой Академии: это оказалось не так уж и весело, как он себе представлял. Полукровка ловко перепрыгнул на парапет соседствующего фонтана, но вид от этого не сильно изменился.
За бесславно рвущимися к небу языками воды глаза вскоре различили движущуюся фигуру, явившую причину для радости от появления потенциального собеседника – пусть даже мага. Не медля ни секунды Аммун бросился вперед по влажному камню, собираясь выпрыгнуть на дорогу прямо перед носом незнакомца, произведя первое – ошарашивающее, – впечатление в лучших своих традициях: специфичные способы знакомства «Пестрого» Таргоро зачастую оставляли желать лучшего.
Акробатичность, ловкость, проворство – ни одно из этих качеств не уберегло бывшего циркача от предательски скользкой опоры под ногами. В последний миг первоначальный план эффектного появления провалился, отправив мальчишку в неприятный полет прямиком на увиденного им обитателя Белой Академии.

+2

41

Предоставленный сам себе Данте неспешно прогуливался по опустевшей площади. Слуга с исполнительностью верного пса поспешил выполнить приказ своего принца: найти Арэо и Сам-Ри. А Данте таем временем порядком заскучал, а испытывать даже малейший дискомфорт принц крови не привык. Посему вся эта ситуация стала его порядком раздражать. Вскоре легкое недовольство сменилось самым настоящим гневом. Он такой вязкий и липкий, что, кажется, стелется пеленой перед глазами, покрывая плесенью кристально чистые воды, ряды прекрасных каменных построек и даже шелковистые волосы и одежды его Величества. Гнев пахнет безысходностью. Блуждающий наследник напоминает ожившую статую. Холодную, безупречную в своем равнодушном совершенстве.
Спасибо, дражайший мой родитель за скучнейшую командировку в моей жизни. Данте, повинуясь порыву эмоций, опрометчиво заговорил с отцом на Безмолвной речи, но тот хранил выразительное молчание. Прошу прошение, Господин, больше я вас не побеспокою.
Данте медленно оглянулся по сторонам, сделал несколько шагов и остановился у самой кромки водной глади. Сейчас Принц Крови был при полном параде: дорогие черные одежды с фамильным гербом, идеально уложенные белоснежные волосы, дорогие перстни и поражающая свои изяществом диадема. Столь любимый верхами консервативной аристократии фарс, дабы еще раз подчеркнуть, что простым смертным никогда не преодолеть пропасть, образовавшуюся между власть имеющими и серыми обывателями. Обременённый грузом своего тщеславия Данте не предал внимания тихому пеню крови, от чего-то призрачно знакомому. На его правильном лице не отражалось ничего, кроме холодного высокомерия. До поры, когда на него вдруг свалилась лиловая комета.
В непроницаемых серых глазах со стальным отливом на мгновенье мелькает искра удивления, и всего на один-единственный миг, но этого хватило чтобы от апатии юного наследника не осталось и следа. Каким-то чудом принцу и розововолосому чуду удалось сохранить лицо и не растелиться на холодных камнях, поражая умы случайных прохожих вульгарностью данного инцидента.
- Ты? – в слащавом голосе Данте нескрываемо проскальзывали нотки смятения, - Аммун Хельм?
Так они и стаяли. Ошарашенный принц с пёстрым нечто на руках. От былой недоступной идеальности остались только осколки. Уголки губ Данте непроизвольно сломались в хищной, но чертовски обаятельной улыбочке. О позволил себе немного обнаглеть и не стал поспешно избавляться от своей ноши. Боги, и почему это вы вдруг стали ко мне так благосклонны?
- Что же ты здесь забыл, мой мальчик? – принц с неподдельным интересом скользил пристальным взглядом по своей неожиданной добыче, - в любом случае, мне стоит поблагодарить тебя…
Данте легким движением поставил Аммуна на, стоящую неподалеку, каменную скамеечку, а затем пафосно склониться в реверансе и поцеловать узкое запястье мальчишки.
- Ты спас меня от мучившей меня скуки, милейший из рода вульфаров, - продолжал паясничать Данте, чем-то пародируя манеру общения самого полировки, - так что меня небольшой должок.

+2

42

– Да-да, он самый, наиболее очаровательный и самый лучший из рода Таргоро! Безмерно благодарен, что не позволили мне испачкать мой дорогой наряд...
Рассеянное внимание Аммуна, первым делом убедившегося в том, что его любимая шапка по-прежнему на голове, сконцентрировалось на приятных глазу чертах человека, предотвратившего глупое падение виконта земель Таргоро.  Неожиданно он широко улыбнулся и ткнул пальцем в нос Данте.
– Ах, погоди-ка... Его Высочество принц Дома Крови? Клыкастый соблазнитель, я тебя помню!
Было в этой картине нечто двусмысленное, эстетически очаровательное: находиться среди блестящих струй фонтанов на руках у красивого аристократа, однажды чуть было не совратившего «Пестрого» Таргоро на множество – или не такое уж и множество? – сладостно-непотребных, пожалуй, даже запретных вещей. Четыре точки на шее служили несводимым шрамом, напоминающим о чудесном знакомстве с беловолосым вамфири на аукционе рабов. Память о восхитительной ночи отзывалась ворохом противоречивых чувств, сворачивающихся в тугой клубок с напряженными эмоциями.
Тонкие пальцы мальчишки скользнули к чужому уху, касаясь того аккуратно и трепетно.
– Что же ты здесь забыл, мой мальчик?
– Кхе, да ничего особенного. Просто ищу одну занимательную пропажу... С двумя руками, парой ног и весьма дорогой головой. А ты, мой драгоценный Данте, какой чудной волей Шиархи забрел сюда? Неужто принц Дома Крови – один из студентов Белой академии? – Аммун сощурился, с недоверием глядя на аристократа: уж лучше пусть он окажется хотя бы преподавателем или вовсе ректором, нежели учеником этого места. Хотя мальчишка очень сомневался, что Данте – подходящая кандидатура на тот возраст, в котором в академию поступают будущие колдуны-студиозусы.
Интересно, размышлял подросток, какого вероятность, что и вамфири в Белую академию привели свои, «темные» делишки сродни тех, которые клубились едким дымом в его собственном сознании?
– Должок, говоришь? Это я люблю! – промурлыкал Аммун, смущенный от запечатленного на его запястье прикосновения чужих губ и, скрестив под собой ноги, уселся на скамейку, на которую был поставлен любезным Данте.
– Что бы такого мне у тебя попросить, м-м...
Хельм задумался, касаясь пальцем нижней губы. Ему помнилось приглашение Данте видеть его гостем замка в землях вамфири: быть может, это станет апофеозом крайне удачного стечения обстоятельств в том случае, чтобы достичь наибольшей безопасности своей жизни в случае раскрытия истинного убийцы лорда ди Рхаурра и, возможно, даже Ольшина Таргоро.
– Ничего не приходит в голову. А ведь ты, как никак, тоже спас меня от скуки!.. Ах, это место сродни болоту: на дне наверняка есть что-то интересное, однако сверху ничего не видно. Но, коли здесь присутствует сам принц Дома Крови, то не так уж страшна участь оказаться утопленником, – хитро сощурился мальчишка, поглядывая на объект своего пристального внимания.
А затем расплылся в лукавой улыбке, наградившей детское лицо в этот момент особенной печатью смазливости:
– Утопленником ваших объятий, принц.

Отредактировано Аммун Хельм (29.11.2016 14:00)

+1

43

Переход из крепости Сарборо

Придерживающий что-то на груди беловолосый альв появился из ниоткуда и нетвердым шагом словно бы по инерции сделал несколько шагов к размытым сияющим огням фонтана. Амулет телепортации больше не чудил, но левая рука чародея все крепче вцеплялась в вещицу, словно она была его последней связью с реальностью. Боль в спине жгла и толкала его вперед, редкие звуки чужих голосов доносились словно через силу. Обитатели острова, застигнутые бурей, стремились поскорее убраться с улицы и совершенно не замечали плетущегося из последних сил раненого альва.
Наконец, его бесцельный путь преградил бортик фонтана. Маг тяжело опустился на него, держась за свой амулет. Меч, который он так и не выпустил, выскользнул из ослабевших пальцев. Красивый и дорогой на вид, он был лишь безделушкой. С тех пор, как, собираясь на охоту за чудовищем, Кайлан взял его, слегка гордясь своей предусмотрительностью, меч пригодился альву лишь однажды, и вовсе не для военных целей. В голодный час можно было бы заложить эту вещь, вот и вся ее польза. Размышляя так, Кайлан созерцал упавший меч, на чей ясный клинок сыпались сверкающие в свете фонтанов снежинки, тяжело дышал и старался усыпить боль в спине. От потери крови и шока он почти забыл, что был ранен, и совершенно не думал о том, где он может находиться. Или откуда пришел. Мешанина голосов, совсем его не касавшихся, гудела в воздухе, и ее заглушал свист ветра. Кайлан поднял взгляд и с удивлением обнаружил возвышавшееся над площадью здание, казавшееся смутно знакомым. Память не смогла достучаться до его сознания со своими разъяснениеми, но альв почувствовал необъяснимое побуждение встать и добраться до здания, что он и попытался сделать.

+1

44

Несмотря на равномерно принесенные в настроение Аммуна как радость, так и огорчение, он определенно мог считать минувший день максимально продуктивным относительно последних месяцев жизни, проведенных в поисках сбежавшего наследника графа Таргоро. Черная Длань больше не требовала от своего эмиссара завершения предыдущего задания по нахождению Ольшина, что развязывало Хельму руки и позволяло с чистой совестью вернуться в родовой замок, вновь проводить дни за собственными капризами с интригами до тех пор, пока у гильдии не найдется новое поручение.
О своих же незапланированных проказах в землях ди Рхаурр «Пестрый Таргоро» предпочел тактично умолчать: хроники цареубийства – не самая безопасная вещь, информацию о которой можно было бы доверить даже связным гильдии убийц, а последствия гибели Рихарда подросток собирался использовать в собственных корыстных целях. Вдобавок велика была вероятность, что глава «Длани» осудила бы незапланированные действия Аммуна с неприятным для последнего исходом. Лучшей тактикой по сохранению собственной шкуры в безопасных условиях оставались прежние намерения придерживаться перед лицом гильдии легенды о том, что в смерти лорда Рихарда повинна последняя гостья Стража Степей.
Ведь ему так удачно удалось повесить на бедняжку всю вину за случившееся.
– Мда. Холодновато стало.
Подбитый мехом плащ, что «Пестрый Таргоро» накинул на плечи, не спасал продрогшее тело от клыков бури, повсеместно терзавшей остров с Академией. В свободной руке мальчишка, заранее приготовившись, сжимал скругленные зубья талисмана, зачарованного на телепортацию в родовое имение Таргоро: сложно было придумать более подходящий способ для того, чтобы покинуть Белую Академию в условиях рассвирепевшей погоды. В последний раз желая взглянуть на усеянную фонтанами площадь, Аммун, вздрагивая от холода, шагал по бортикам архитектурных произведений, пока его путь не оказался прерван чьим-то туловищем, использующим в качестве опоры то, что для розовласого подростка служило дорогой.
– Ух ты, мой собственный труп! – радостно воскликнул тот после недолгого изучения находки.
Пропитанная кровью одежда заявляла о насущных проблемах встреченного существа так же красноречиво, как земля под его ногами, усыпанная снежным полотном, быстро багровеющим под рубиновыми каплями. Юношеское счастье, просто так напущенное из соображений балагурной театральности, быстро смерилось смесью удивления с легким огорчением, когда попытки незнакомца подняться на ноги позволили свидетельствовать о том, что душа мужчины не спешит отрываться от плоти прямиком в чертоги Ашхаи.
– А-а н-нет, еще живой. Надеюсь, хотя бы не припадочный, – вслух рассудил мальчишка, спрыгнув с бортика на захрустевший под обувью снег и принявшись расхаживать взад-вперед подле альвийского тела.
Ах, была бы рядом Лантанфа, размышлял «Пестрый Таргоро», она бы быстро помогла бедолаге подняться на ноги. С его же собственным телосложением сделать такое казалось проблематично – да и нужен ли был вообще Хельму акт подобного альтруизма? Глаза цвета облепихи мазнули по имуществу незнакомца, давая оценку относительно богатства, которое тот мог бы себе позволить. Известный своей лояльностью к бедным сословиям, он никогда не мог пройти мимо обездоленных простолюдинов или замученных слуг, очевидно нуждающихся в чужой помощи: быть может, ответственность за то возлагали воспоминания о детстве, проведенном в городских трущобах, отданных на откуп всем нищим и «отверженным», либо же собственная человечность Аммуна брала верх над ним в подобные этому моменту.
– По виду бродяга, – потирая увенчанный розовыми волосами затылок, тихо пробормотал мальчишка в ответ собственным мыслям. Взгляд коснулся дорогого с виду клинка и детские черты лица сложились в недоверчивую гримасу, пока их обладатель гадал, откуда у нищенствующего путешественника могла оказаться подобная роскошь. Украл? В таком случае прежнего владельца оружия можно было считать крайне неосмотрительным человеком, раз он позволил исчезнуть подобной красоте из своих ножен.
– Ах, так ты еще и ушастый! Может, помочь тебе чем-нибудь? Как видишь, остальным ты мало интересен, а я в уплату за свое внимание приму всего-навсего разрешение потрогать твои уши, – дружелюбным тоном обратился Аммун теперь напрямую к альву, присаживаясь на бортик фонтана рядом с ним, – Дай-ка подумать... Здесь наверняка есть целители, вот только я понятия не имею, где именно. Белая Академия для меня – абсолютно незнакомый лабиринт из пропахших магами коридоров.

+1

45

Боль была вполне терпима, пока он не шевелился, но стоило только попытаться подняться, опираясь рукой на бортик фонтана, как спину альва словно раскололо пополам. Пока он лежал на бортике, собираясь с силами и мыслями, тихое завывание ветра заглушил чей-то звонкий голос. Голос прорезал туман беспамятства, сбивавшийся облачками в голове альва, ударами возвращая его в мир живых. Сконцентрировав все оставшееся у него сознание, Кайлану удалось различить отдельные слова.
– По виду бродяга, - услышал он. В лучшие времена его кровь бы вскипела. Он не относился к нищим и обездоленным с отчуждением, но определенная доля брезгливости в нем присутствовала, несмотря на воспитание своего куда более терпимого отца. И уж точно ему не понравилось бы сравнение с одним из опустившихся, изгнанных и потерявших все... Хоть он и был скорее всего изгнан, пусть ни у кого и не хватило смелости приехать в его владения, чтобы осуществить это, он не потерял все. У Кайлана все еще была его башня, его близкие и его магическая сила. Со смертью отца и дяди почти не осталось никого равного ему в магии Хаоса. Однако, вся его мощь оказалась бессильна против глупой случайной стрелы в спину, на которые так богата судьба. Выпендриваться и по-альвийски задирать нос в таком положении не стоило.
- Помо...
Альв не смог закончить простое слово, закашлявшись. Стрела скорее всего пробила легкое, что подтвердилось долгим кровавым кашлем. Кашель доконал его окончательно, и Кайлан сполз с бортика фонтана на мостовую, вновь попытался встать и вновь рухнул, валяясь перед незнакомцем в унизительной позе. Как полураздавленный жук. Совсем не к лицу могущественнейшему магу Хаоса в мире. Боль оглушила альва, но даже сквозь этот звон до него донеслись совершенно нелепые слова незнакомца. И он сумел выдавить из себя хриплое:
- Уши?

0


Вы здесь » Айлей » Отыгрыши на острове Корн » Площадь магических фонтанов