Айлей

Объявление





26.06.2020 Завершён переход на эпизодичную систему. Все пустые локации были удалены, все локации с играми можно найти в разделе Игровой архив. Описания локаций также сохранены в разделе География Айлей. К сожалению, игры в борделе «Белый налив» были безвозвратно утеряны при переезде.



Внимание, конкурс!

09.06.2020 Дорогие друзья, мы решили самую малость разнообразить ваш досуг и позволить пофантазировать на тему того, какие страшилки мог услышать ваш персонаж в детстве или будучи взрослым во время посиделок у костра. Приглашаем к участию всех без исключения Летний конкурс "Зловещий костер"


Подробнее о новостях...







Шиархи
Хранительница
Айлей
Сам-Ри Ниэль
ICQ - 612800599
Админ
Шеду Грэй
Модератор
Дарина
Discord - Денаин#2219
Дизайнер, модератор
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Айлей » Настоящее » [месяц Тармины, 3999] Лекарские тайны (квест "Моровое поветрие")


[месяц Тармины, 3999] Лекарские тайны (квест "Моровое поветрие")

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

ЛЕКАРСКИЕ ТАЙНЫ (КВЕСТ "МОРОВОЕ ПОВЕТРИЕ")
(изображение по желанию — не шире 500 пикселей)

Участники: Талион Каэр'лан, Ольшин Таргоро
Место: окрестности графства Таргоро
Время: месяц Тармины, 3999
Описание: В Таргоро настоящее бедствие: неведомая хворь косит жителей, и справиться с этим не может никто из местных лекарей. Виконт сбился с ног, пытаясь отыскать лекарство, но быть может, странствующий предсказатель в таком деле окажется куда полезнее их всех?

0

2

=> переход из локации Тайная тропа

…Дорога выдалась долгая.
Предсказатель порядком устал и вымотался после нескольких недель блуждания по лесам и болотам. Его поспешный уход из Сарианы, столицы клана Тьмы, куда более походил на бегство — он даже не успел взять с собой почти ничего, лишь сумку со своими лекарскими принадлежностями, колоду карт, да несколько зелий. Причиной его столь спешного ухода из столицы была церемония избрания альвийского Владыки, а точнее, ее последствия.
Гадатель сопровождал Владыку Хаоса, пообещавшего изгнаннику дом и защиту в землях Аса, но после ритуала родовое проклятие, что тяготело над Владыкой, вышло из-под контроля и окончательно овладело им. И бывшему Владыке в облике миража, и его спутнику-изгнаннику ничего не оставалось, как бежать из альвийских земель. Где-то во владениях Таргоро, говорил бывший Владыка, — терялся след его сестры, способной помочь снять проклятие.
Миражу, хоть и разумному, едва ли было уместно появляться в поселениях, и он часто пропадал где-то в лесах. Целитель не видел его уже неделю, и понятия не имел, когда тот объявится снова, и поэтому продолжал идти, придерживаясь выбранного пути. В небольшой деревушке, где изгнанник останавливался накануне, подтвердили, что замок Таргоро совсем недалеко, и действительно, к вечеру он уже вышел к большому озеру, над которым возвышались древние стены величественного замка. Признаться, альв не слишком-то представлял, что делать дальше, куда идти, и как искать пропавшую сестру Аса-Фадири, которой он должен был передать поручение Владыки Хаоса, однако же, идти ему больше и вовсе было некуда. Дорога порядком вымотала его, да к тому же небо над головой хмурилось, первые тяжелые капли уже падали на землю, и вот-вот грозил пойти проливной дождь.
У наглухо закрытых ворот стояла бдительная стража. Набравшись смелости, изгнанник направился к воротам.
Почтеннейшие, не скажете ли вы мне, это земли Таргоро? Дело в том, что я… а впрочем, не важно… — гадатель говорил несколько сбивчиво, — Быть может, вы знаете, где здесь можно остановиться на ночлег?.. У меня не так много денег, но я целитель, и, может, смогу отработать место под кровом у очага…
Альв совершенно сбился под суровыми взглядами стражей порядка. Пожалуй, вид его и впрямь не вызывал особого доверия — видавший виды дорожный плащ, ворох звенящих дешевых украшений, по-альвийски длинные волосы.
Целитель, говоришь? — хмурым взглядом окинул его привратник. — Из альвов? — еще один подозрительный взгляд. — Подожди-ка здесь, — он кивнул страннику на небольшую сторожку у ворот, а затем повернулся к своему напарнику: — Доложи, кому следует…

0

3

Объездив вдоль и поперек все пострадавшие территории, Ольшин вернулся в замок за новостями. Честно говоря он надеялся услышать что-нибудь более убедительное, нежели «Ваша милость, некоторая толика люцерны способна облегчить симптомы…»
Дядя уехал, скорее всего на поиски решения той же проблемы, но за пределами Таргоро. Не то чтобы самому виконту нельзя было покидать замок, теоретически он мог бы позвать племянника с собой. Но с другой стороны – кто-то же должен разбираться с бесчисленными бумажными завалами? Ольшин отложил очередную стопку бумаг и устало откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза, помассировал переносицу. Как будущий граф он отлично понимал всю меру своей ответственности и будущее бремя власти. Как семнадцатилетний отрок хотел в поля верхом, рыбачить и рассказывать страшные истории у костра до рассвета и украдкой тащить вино из ближайшей таверны через слуховое окошко. Обычно Ольшину с горем пополам удавалось совмещать эти части натуры, но сегодня что-то определенно пошло не так. Оставалось еще десятка три угнетающих его прошений, а ему уже хотелось на этом покончить.
«Надо сделать перерыв», – решил виконт и медленно встал, когда в комнату, как с пожара, ворвался переполошенный стражник.
Ваша милость! Ваша милость, там это…
Горим? – печально уточнил Ольшин, на всякий случай прикидывая, что надо спасать в первую очередь. Стражник замотал шлемом и усами:
Нет, там эта… Пришел целитель! Альвийский! Прям у ворот!
Вот это было уже интересно. Виконт заинтересованно кивнул и направился к воротам. С его стороны, конечно, неосмотрительно
соваться к незнакомому типу без оружия и доспеха, но его ведь пообещали больше не пытаться убить? Черная длань, как ему представлялось, вполне способна заставить своих членов сдержать данное слово. Поэтому он с интересом осмотрел рыжего длинноволосого юношу, выглядящего как обычнейший путник, не обременный избытком серебра в карманах.
Придя к выводу, что на странствующего монаха, жаждущего нести свет и исцеление, тот не слишком похож, Ольшин решил сразу перейти к делу:
- Приветствую вас, что бы вы ни искали в моих владениях, - это прозвучало несколько задиристо, но с его точки зрения проблемой это не было. - Я виконт Таргоро, будущий владелец этого замка и этих земель. Я слышал, что вы целитель, и это очень удачно, поскольку у нас свирепствует мор. - Ольшин вздохнул, скрестил руки на груди и оперся спиной о ворота. - Никто вас заставлять не станет, разумеется, но мои лекари не справляются, так может, альвийское искусство даст лучший результат? Заставлять никто не будет, а деньги дадим хорошие, к тому же, - парень осмотрел рыжего с ног до головы. - Найдется место во дворце, тарелка с едой, лавка за общим столом и прочие надобности. А нет - так думай сам, чем заплатить, или иди в город, он дальше по берегу. Только там все равно мор. Ну?

+1

4

Похоже было, что хозяева замка едва ли пустят путника переночевать и переждать под своим кровом непогоду — слишком мрачными и суровыми казались гадателю стены, окружавшие величественный замок. Дожидаясь возвращения отправившегося с докладом стражника, альв погрузился в размышления о том, что же ему делать дальше, и куда направить свой путь, и, задумавшись, не сразу осознал, что страж порядка вернулся не один. Совсем молодой дворянин, что стоял перед ним, с небрежным, и, пожалуй, на взгляд альва, слегка высокомерным видом, к удивлению гадателя, лично вышел встречать незваного гостя.
Ты — хозяин здешних земель? — чуть удивился растерявшийся гадатель, пытаясь на взгляд определить возраст виконта. Тот казался ему совсем юным, чтобы принимать какие-то решения, и тем более командовать, но, впрочем, век людей был слишком короток, и у них наверняка были другие понятия о возрасте. Да и альву, нечасто сталкивающемуся с людьми, с трудом удавалось хотя бы примерно угадать их возраст. И все же виконта выдала его чуть задиристая манера речи, свойственная скорее юношам, чем зрелым мужам, но в которой, однако, не было ни пренебрежения к явно более низкому социальному статусу собеседника, ни презрительной надменности, так часто свойственной власть имущим. А поэтому гадатель решил пропустить мимо ушей тон юного выскочки.
Приветствую тебя, виконт Таргоро, — с улыбкой отозвался травник, чуть наклонив голову в знак уважения — гордые альвы не кланялись людским королям. — Мое имя — Талион Каэр'лан. — Своего клана он, будучи изгнанником, не назвал. — Да, я действительно целитель…
В какой-то момент альв понял, что речь виконта звучит слегка высокомерно не просто так — путешественнику показалось, что за звонкими задиристыми нотками слышится тревога, а дальнейшие слова юноши лишь подтвердили эту догадку. Моментально посерьезнев, альв отрывисто переспросил:
— Мор? Каковы симптомы?..

Выучка целителя, большую часть жизни проведшего в храме Табири, посвятив себя исцелению страждущих, сработала моментально. Если минуту назад он еще раздумывал о том, чтобы идти дальше, не задерживаясь в не слишком гостеприимном замке, то теперь уже перебирал в уме, что из трав могло бы ему пригодиться, и где их можно достать в это время года.
Я останусь, юный виконт, — наклонил голову альв. — Но не ради награды, — вновь улыбнулся он. — Я — служитель светлого Табири, и не возьму плату. Это — мой долг. А впрочем, нам еще следует выяснить, будет ли моя помощь тебе хоть чем-то полезна… Позволишь мне немного отдохнуть и смыть дорожную пыль? А после расскажешь мне, что за беда постигла эти края…

Отредактировано Талион (25.05.2020 22:07)

+1

5

Первый же вопрос Ольшину не понравился, хотя он прекрасно понимал, что видит перед собой странник: несколько растрепанного мальчишку, даже без короны и знаков высокого положения, даром что одет прилично. И тем не менее... Он невольно фыркнул и поморщился, дернул носом, как раздраженный кролик:
- Еще нет, но когда-нибудь им стану. Если ты искал встречи с моим дядей, регентом Таргоро, то ты на пару дней ошибся, он вернется, только разберется с кое-какими делами,- парень вздохнул и с досадой понял, что выглядит настолько потрепанно, что какой-то заблудший бард без клана и ветви даже не считает своим долгом хоть как-то придерживаться правил приличия. Ему явно стоило что-то делать со своим внешним видом и производимым впечатлением. Потому что будь здесь отец - он бы, вероятно, заставил ушастого кланяться силком, благо, силы и армия позволяли.
Ольшину вытворять такое не позволяли лень и чувство собственного достоинства. Еще не хватало поднимать перепуганную стражу из-за одного невежды. К тому же им действительно требовалась помощь лекаря, что давало гостю некоторые послабления касательно решительно всего. В том числе и этикета.
Он скрестил руки на груди и чуть выше задрал нос, только этим и реагируя на заносчивость лекаря, сердито и отрывисто бросил:
- Жар, потом черная сыпь, у некоторых кашель или живот там прихватывает... Уж так у всех по-разному, что воедину не соберу. Только сыпь на всех одна, а от нее больные потом и... умирают...
- Ольшин, который носился по всем городам и весям с этой проблемой несколько дней подряд, вздохнул и отвернулся, осекаясь на полуфразе, нахмурился, выпрямляясь так неохотно, будто опасался не устоять без надежной опоры под спиной. - Так тебе симптомы или отдыхать, благородный служитель светлого бога? - его интонация ну никак не была почтительной, но формально более изысканную речь он навряд ли мог придумать, особенно если учесть состояние виконта. Ольшин отвернулся и зашагал во дворец, сделав знак слугам: - Тебе покажут твою комнату, лекарь. Через два часа обед и я хотел бы послушать твои предложения и выводы  о происходящем. Уж по крайней мере, тогда я точно буду уверен, что ты не лжешь.

+1

6

Нет, я вовсе не искал встречи с регентом… Я просто искал приют на ночь… — реакция блондина и его тон снова заставили альва растеряться, и он опустил взгляд, перестав улыбаться. Неужели целитель задел его чем-то, или обидел? Или тот посчитал, что с изгнанником разговаривать иначе и не следует? Впрочем, травнику было не привыкать к подобному обращению — на то он и изгнанник. К счастью, за пределами альвийских земель ему хотя бы никто не грозился отрезать не по праву длинные волосы, да избить до полусмерти за то, что посмел показаться на глаза высокородным господам. По правде сказать, все остальное по сравнению с этим можно было считать верхом гостеприимства и радушия.  К тому же, альв запоздало осознал, что разговаривает с весьма знатной персоной, хоть в титулах людей он путался. В храме Табири, что служил ему домом до всей этой истории с Владыкой Хаоса, целитель имел дело чаще с простолюдинами, но, бывало, забредали и знатные персоны. Со всеми он держался одинаково — перед Светлым Табири равны все, будь то король или последний бродяга. Но вне стен монастыря такой подход, пожалуй, не слишком одобрялся, и альв рисковал навлечь на себя гнев оскорбленной знати.
Прости меня, если я своим вопросом оскорбил или обидел тебя… господин Ольшин, — альв растерялся, пытаясь вспомнить, какое обращение приличествует титулу виконта, вновь чуть склонив перед ним голову в знак почтения. — Не гневайся понапрасну, ведь нам следует объединить усилия, чтобы победить ту напасть, что бесчинствует в твоих землях. Поверь, я не враг тебе… — он снова улыбнулся виконту, открыто и приветливо, но тут же спохватился, что тот может расценить это как неуважение, и поспешно опустил взгляд. — Благодарю тебя, господин, за то, что не отказал в приюте страннику…"пусть и преследуя собственную цель" — добавил он про себя, впрочем, не обижаясь за это на виконта, так как цель того действительно заслуживала внимания. Необходимость остановить мор стала теперь и его целью, ведь неспроста же Шиархи привела его именно сюда.
Твой упрек справедлив, — обезоруживающе улыбнулся целитель, ничуть не обидевшись на дерзкую интонацию юноши: его недоверие к заблудшему страннику тоже вполне можно было понять. — Время — наш самый ценный ресурс, и его не следует упускать. Но пойми, я провел в дороге весь день, и едва ли смогу быть полезным, падая с ног от усталости… — он чуть виновато развел руками, отчего его многочисленные дешевые браслеты негромко звякнули. — Не тревожься, Ольшин… то есть, господин Таргоро, — спешно поправился он, — Светлый Табири нам поможет... —  Очередным кивком головы обозначив благодарность во след уже отвернувшемуся аристократу, он последовал за слугой.

***
Умывшись холодной водой из кувшина, что принес слуга, и наскоро приведя себя в порядок после дороги, целитель сел на узкую кровать, вытряхнув из дорожной сумки свое нехитрое снаряжение. Мешочки с травами — немного, но здесь самые редкие и ценные, а остальные можно достать практически везде, несколько амулетов, доставшихся от Владыки, которому сейчас они были без надобности, а впрочем, и гадателю от них проку никакого, небольшая ручная мельница для измельчения ингредиентов, еще кое-какие инструменты, несколько готовых зелий. Негусто… Но в замке наверняка найдется все, что нужно. Вздохнув, целитель поднялся — времени и правда терять не следовало, ведь Ольшин сказал, что неведомая болезнь заканчивается смертельным исходом. Описание симптомов, данное виконтом, было довольно странным, но судить он не спешил, пока не увидит все собственными глазами. Дождавшись положенного часа, гадатель попросил встреченного слугу проводить его в трапезную, где потихоньку собирались жители замка. Сев в полутемном углу, чтобы не привлекать к себе внимания — он все еще не привык, что в людских землях никому нет дела до того, что он изгнанник, — травник придвинул к себе тарелку. Закончив трапезу, он поднялся, намереваясь найти виконта, чтобы получить от него всю информацию.
Господин Ольшин? — выждав момент, когда вокруг беловолосого аристократа оказалось поменьше народа, целитель тронул его за плечо. — Расскажешь мне все подробно? Скажи, есть ли в замке или в ближайшем поселении пострадавшие? Мне необходимо взглянуть на них…

Отредактировано Талион (23.06.2020 02:59)

+1

7

Ольшин глубоко вздохнул и закатил глаза. Вероятно, у остроухих были свои, крайне своеобразные представления о приличиях и воспитании.
- То есть на мое приветствие соответствующим образом ты не ответил просто так...Эти альвы! - он досадливо прицокнул. - Ко мне вообще-то положено обращаться "Ваша милость", но ты, - он подчеркнул это обращение. - Можешь оставаться при "господине Ольшине". Не облезу. Но не советую так же обращаться к графу Лигвы, этот и уши оборвать может... - он смерил задумчивым взглядом длинные рыжие волосы, обрывать которые было бы определенно логичнее, но озвучивать этот вариант не стал. Едва ли благородный граф падет настолько низко. Он вздохнул и пошел обратно в кабинет - разбирать бумаги и составлять новые списки жертв, пока рыжий отдыхает.
К столу он спускался в довольно скверном расположении духа. Новый лекарь - это новая надежда, это хорошо. Но количество новых жертв и другие неприятности порядком испортили Ольшину аппетит. Но во-первых, ему нужны были силы, во-вторых, приключение с Черной дланью раз и навсегда научило его не упускать возможность поесть, когда она появляется. Он все еще пребывал мыслями в своих мелких горестях и не заметил, как и что он ел, только одобрительно кивал, позволяя подкладывать себе еще и еще пока не понял, что наелся. После этого Ольшин встал, намереваясь найти гостя, обнаружил его совсем рядом и сел обратно, нахмурился удивленно:
- Какие еще подробности тебе нужны7 Я ж не лекарь, я специально не рыл... - он ненадолго задумался, потом все же встал и ощупал кинжал на поясе. Привычка никак не относилась к альву и происходящему вообще, просто вспоминая Длань, Ольшин всегда проверял наличие оружия, а в идеале - еще и защиты. - Пойдем. Служанка говорила, ее товарка тоже заболела, ходила с утра к колодцу, сейчас вот лежит. Сыпи нет, только жар. Наш лекарь ее уже осмотрел и сделал компрессы, больше, говорит, ничего не может сделать. Я тут ничего не сделаю, только если тебе глянуть... - виконт поморщился. Он был совершенно беспомощен в этом деле и мог только проводить гостя до нужной комнаты.
Ольшин широко распахнул дверь маленькой комнатки на множество человек, в которой сейчас лежала только одна девушк, и приглашающе махнул рукой.

+1

8

Проследовав за виконтом по коридорам замка, целитель вошел в маленькую комнатку для слуг, сразу же направившись к постели больной девушки, положил ладонь ей на лоб, поразившись, каким горячим он был — жар лихорадки буквально сжигал несчастную.
Все будет хорошо… — успокаивающе произнес он, обращаясь к девушке, которая была то ли в сознании, то ли в полубреду — не разобрать, лишь полуоткрытые глаза сверкали лихорадочным блеском, да на щеках алел нездоровый румянец. Обернувшись к Ольшину, травник покачал головой, показывая, что все далеко не так хорошо — судя по всему, болезнь стремительно развивалась, и необходимо было принимать срочные меры.
Позови слугу. Пусть принесет воды, полотенец — нужно сделать еще компрессы, чтобы сбить жар. И котелок горячей воды. Еще пусть достанет трав — чабрец, цветки липы, зверобой… что найдется в ваших запасах. — Движения целителя переменились, сделались четкими и выверенными, распоряжения он отдавал твердо и четко, его мечтательная задумчивость и легкая рассеянность сменилась сосредоточенностью и решительностью — теперь он был полностью сосредоточен на деле. Сняв свои браслеты и небрежно бросив их на стол, он собрал волосы лентой, чтобы не мешали, и приступил к делу, не дожидаясь, когда слуги принесут все означенное, достал свои травы, собранные еще в альвийских лесах, бережно высушенные и хранимые им с особой тщательностью. Щепотку сушеного сбора бросил на тлеющие угли в очаге, чтобы очистить воздух, несколько листьев — в принесенный слугой котелок, оставил его настаиваться, повесив над очагом, а сам вернулся к больной, протирая ей лоб смоченным в холодной воде полотенцем. Обматывая запястья девушки прохладной тряпицей, чтобы хоть немного сбить жар, альв заметил на ее руке, чуть выше сгиба локтя, несколько черных пятнышек.
Господин Ольшин, — позвал целитель, — о такой сыпи ты говорил? Должно быть, когда придворный лекарь осматривал девушку, ее еще не было. Плохи наши дела, если болезнь проявляет себя так быстро…
Сосредоточенно хмурясь, целитель всмотрелся в ауру больной при помощи магии. Черный клубок спутанных нитей пульсировал в светло-мерцающей спокойной глади ее ауры, а нити, похожие на шипастые лианы, незаметно, но неумолимо простирались все дальше — болезнь прогрессировала. И альв совершенно не знал, что это за хворь, в чем и признался Ольшину, не утаивая своего неведения.
Мне не доводилось встречаться с таким прежде… Симптомы известны, но сама суть болезни неясна… Выходит, что в твоем замке зараженных больше нет? Но это не похоже на чуму, которая распространяется мгновенно от единственного больного, иначе у многих бы уже проявились симптомы. Значит, заражение происходит не так… Смотри, девушка очнулась… Выпей вот это, — обратился целитель уже к служанке и поднес к ее губам деревянную плошку с остывающим отваром, придерживая голову. — Ольшин, мы могли бы расспросить ее. Мне совсем не хочется мучить ее еще больше, ведь она так слаба, но у нас нет выхода — времени терять нельзя…

0

9

Безусловно, неведомая хворь, темным саваном укрывающая земли не слишком большого графства грозила не только самим людям, но и их ближайшим соседям. Жителям Таргоро были не столь важны дела соседей, покуда в их собственном доме стали уходить из жизни друзья, любимые и родственники. Из многих уголков графства стали появляться злые шепотки, призванные пошатнуть вертикаль власти. Однако все эти слухи и наговоры пока что не покидали пределов графства. На самой территории болезнь начала расползаться в нескольких областях, захватывая города и посёлки, не разбирая возраста и пола. Некоторые наместники взяли на себя смелость запретить въезд и выезд из своих поселений. Советники регента были едины в мнении, что информацию о косящем жителей Таргоро море, необходимо держать в тайне хотя бы до тех пор, пока не будет определён источник и не найдено лекарство.
Девушка, принесшая болезнь с собой в замок, подвергала опасности всех, но кто об этом мог подозревать?  Пока было не до конца понятно, каким образом распространяется хвороба. Было ясно лишь, что люди довольно быстро угасают и жар практически невозможно сбить, либо он сбивался на короткий срок. Служанка бредила, делала глотки снадобья судорожно и не выплюнула его в лицо лекарю только чудом. Сделав несколько нервных глотков, она тут же откинулась на свою лежанку и стала бормотать что-то невнятное под нос. Она явно была не слишком удачным информатором или собеседником.
В коридоре тем временем послышался приглушённый стук каблуков чьих-то сапог. Некто стремительно приближался к каморке служанок, распугав по пути нескольких слуг. Послышался неприятный медный звон подноса. Тяжёлое дыхание торопыги было слышно уже за несколько секунд до того, как он появился в проёме двери и судорожно вращал глазами, пытаясь отдышаться и одновременно доложить графу свежие вести, что называется, с полей. Правда, теперь полями битвы были мирные города и села, а враг оказался невидимый и крайне опасный.
- В-вашшша, ух, милость! - чуть более громко, чем того требовали правила приличия, окликнул Ольшина гонец и попытался встать по стойке смирно, хотя его грудная клетка все ещё ходила ходуном. Он старался не смотреть на забывшуюся в бреду служанку, чтобы не сглотнуть нервно, рискуя подавиться слюной. Каждый теперь мог оказаться на её месте.
- Пришло несколько отчетов от лекарей! - на очередном выдохе протараторил он, протягивая виконту бумаги и едва удерживаясь от соблазна согнуться пополам и хорошенько отдышаться.
В этих бумагах юный граф найдёт сразу несколько версий того, откуда могла прийти хворь: кто-то считал, что первый больной заразился от дикого зверя, кому-то показались крайне подозрительными ягоды с границ земель, кто-то обвинял во всем застоявшуюся в колодцах воду. Одну травницу, обезумевшая от страха группа людей, даже сожгла на костре в своём небольшом поселении. Кто-то из них якобы видел, как она в ночи какие-то травки собирала. Была в этих записях интересная информация о течении болезни. Например, о том, что первые очаги сыпи проявлялись на локтях и подмышках, а появление язв на месте сыпи провоцировало заражение воздушно-капельным путем. По крайней мере, помощник одного из лекарей сообщал, что его господин не успел ни съесть еды, ни выпить воды в Графстве, но осмотрел старика со струпьями, а на следующий день сам слег с симптомами хвори. Никто не выживал, оказавшись на койке. Так же в бумагах можно было найти листок, где значилось количество умерших и заболевших в разных местах. Возможно, отметив на карте очаги, можно было бы узнать, откуда именно потекла болезнь.

+1

10

Манера этого альва "тыкать" продолжала раздражать Ольшина до скрежета зубовного, но он стоически пропустил это мимо ушей, вздохнул, подходя ближе и недовольно хмуря брови: если бы у него был дар Табири, он бы отдал весь по капле, лишь бы помочь несчастным. Но у него была только Тень. Которая - нет слов - тоже могла бы быть полезной, но не в этом случае. Здесь приходилось довериться господину лекарю, и даже слушаться его указаний. Еще полгода назад Олли нашел бы много поводов и слов, чтобы максимально показать вздорный нрав и куда-нибудь послать альва с его манерами, но теперь виконт научился принимать понятие общественного блага и своей роли в нем, поэтому только вздохнул и махнул рукой, подзывая слугу. Он надеялся, что тот не глухой и все требования гостя и так услышал, поэтому повторять не счел нужным. Лишь проследил за сборами господина лекаря - как бишь его там, Талион? - и хмуро кивнул, рассматривая сыпь на девушке. Он не хотел бы ее смерти. Чьей угодно не хотел бы, но, вероятно, Ашхаи не собирался ни у кого спрашивать дозволения.
- Мы не сможем ее расспросить, - мрачно сообщил он. - Мне кажется, у нее вообще бред из-за жара.
По-хорошему, ему стоило бы отойти от кровати подальше, чтобы не заразиться самому и не заразить кого-нибудь еще, но он чувствовал, что это будет с его стороны низкой трусостью. Чувствовать себя трусом Ольшину уже порядком надоело, поэтому он заставил себя стоять рядом с постелью, надеясь, что это хоть немного подбодрит больную. Если бы болезнь была противником, виконт бы уже вступил в схватку с ней - на жизнь или на смерть. Все лучше, чем просто стоять и смотреть, как угасают самые верные слуги.
Ольшин вздохнул и обернулся на стук каблуков, недовольно кивнул: с его точки зрения, отчет могли бы собрать и побыстрее, учитывая серьезность ситуации, но сейчас упрекать и наказывать было явно не время. К тому же эти самые лекари, вероятно, львиную часть времени тратили на уход за больными и попытки их спасти. Слуга уже принесен просимые травы - все, что нашел, - и воду, и полотенца, но виконт только рассеянно указал ему на стол и на пол рядом с кроватью, наскоро разбивая всю принесенную стопку отчетов на две половины. Одну он, ничего не спрашивая и не уточняя, сунул лекарю, надеясь, что тот умеет читать и быстрее него выцепит нужную информацию, вторую забрал себе, хмуро пробегая глазами по диагонали. Новости не радовали: казалось, силы, способной спасти графство и его самого, не существует в природе. Впрочем, возможно, если найти еще одного мага, скажем, Жизни...
Ольшин вздохнул и убрал очередной свиток, окликнул ближайшего слугу:
- Эй, там, принесите карту. Есть у меня одно подозрение...- он не закончил фразу, взглянул на лекаря. - Господин Талион, у вас не появилось свежих идей?..
Возможно, стоило спасать несчастную, а не читать карты, но виконт отдавал себе отчет в том, что он не может разорваться, и что если встанет выбор, спасать ли служанку или всех остальных, он выберет остальных. Хотя, вероятно, еще долго будет ощущать вину. Но все то же общественное благо не оставляло ему особого выбора. Он - будущий граф и должен оберегать подданных. Такова суть вещей.

+1

11

Занявшись своей пациенткой, целитель перестал обращать внимание на остальных, присутствующих в комнате. По его личному мнению, виконту делать тут больше было совершенно нечего — он уже рассказал все, что знал, а теперь разве что хотел убедиться, что симптомы действительно те самые?.. Слуга тоже уже выполнил все распоряжения, принеся все требуемое, и травник кивнул ему, показывая, что больше от него ничего не нужно, намереваясь ненавязчиво выпроводить посторонних, включая виконта, чтобы они не тревожили и без того находящуюся в не лучшем состоянии служанку. Он вслушался в бессвязное бормотание больной, но, судя по всему, это действительно был лишь горячечный бред, и получить какую-либо полезную информацию от девушки едва ли удастся. Проверив отвар, кипящий на очаге, и помешав его деревянной ложкой, он занялся компрессами. Даже если не было известно лечение, долгом лекаря все равно было облегчение страданий несчастной, и сейчас в его силах было лишь попытаться сбить жар.
Не следует тебе тут быть, Ольшин, — обернувшись и на миг отвлекшись от своего занятия, негромко сказал он молодому аристократу, — это может быть опасно…
Альв не успел договорить, как его прервали торопливые шаги в коридоре. Неодобрительно хмуря брови в ответ на нежданное вторжение гонца, он все же протянул визитеру стакан воды — бедолага явно задыхался от спешки, и предоставил Ольшину разбираться с донесениями, терпеливо дожидаясь, когда, наконец, суматоха и шум прекратятся, и все разойдутся. Гонец, однако, его неодобрительный взгляд предпочел проигнорировать, громко докладывая Ольшину о положении дел.
Господин Ольшин, не мог бы ты все-таки… — снова робко начал целитель, осторожно подбирая слова и стараясь как можно мягче выпроводить посторонних прочь из комнаты, которая теперь больше напоминала штаб по планированию военных действий — виконту зачем-то понадобилась еще и карта местности. Договорить ему снова не удалось — юный граф зачем-то сунул ему в руки стопку бумаг с отчетами. Растерявшийся целитель автоматически взял их, не понимая, что он него требуется, ведь ему следовало заниматься больной, а не вникать в гору отчетов — для этого у виконта наверняка есть помощники, секретари... Вдохнув поглубже, чтобы на этот раз все-таки обрушить гневную отповедь на головы тех, кто нарушает покой его пациентки, он зацепился краем взгляда за строчки из отчета. Информация оказалась довольно полезной — лекари описывали различные попытки лечения и применяемые средства, беда была лишь в том, что ничего из этого, как видно, не помогало, и в лучшем случае могло лишь чуть облегчить состояние больных. С ужасом вчитываясь в строчки о количестве смертей, целитель все больше темнел взглядом.
Ольшин, немедленно прикажи своим людям уйти отсюда, — тихо, чтобы не услышали слуги, и не началась паника, сказал он виконту. — Болезнь пока еще в той стадии, когда она не опасна для окружающих, но это лишь вопрос времени. Видишь? — травник указал на место в отчете, где говорилось о стадиях течения болезни. — Вон! Уходите, — обращаясь к гонцу и слугам, альв решительно махнул рукой в сторону двери. — Вы тревожите больную, а ей необходим отдых и покой…
На вопрос Ольшина он лишь покачал головой:
Боюсь, больше я ничего не могу сделать… Разве что удастся хоть немного сбить жар, это даст ей еще немного времени… Уходи, Ольшин, тебе действительно не следует так рисковать. — Сам же целитель собирался оставаться с больной, сколько потребуется, и хоть как-то облегчить ее участь. — Ты хотел изучить отчеты и карту? Я приду к тебе, когда… когда смогу.

Отредактировано Талион (02.10.2020 20:37)

0

12

Всю жизнь Ольшин полагал доблесть несомненной добродетелью, и потому в любой заварушке был готов мчаться впереди всех, показывая пример и утверждая всем своим существом сохранность традиций и близость к простым людям,  готовность защитить их, если нужно, собой и вообще сражаться, не прячась за спинами. С неведомым мором была та неловкость, что сражаться с ним Ольшин не мог. Он мог до конца оставаться рядом с больным, демонстрируя, что не оставит своих людей в беде. но судя по лицам, эти самые люди от его героизма в этом были не в восторге. Первый робкий намек от лекаря Ольшин "не услышал", все еще надеясь хоть как-то внести свою лепту в исцеление несчастной. Или хотя бы в появление надежды.
С гонцом ему очень повезло, он по крайней мере смог сделать умный вид, просматривая отчеты и что-то начиная подозревать - если бы болезнь была действительно естественной, мор бы уже расползся по крайней мере по всем владениям людей! - но опять же, его полномочия и тут оказались резко ограниченными. Если бы он мог хотя бы передать энергию или там призвать чье-нибудь благословение... Ольшин с надеждой посмотрел на отчеты в руках лекаря, искренне полагая, что те могут пролить хоть какой-то свет на происходящее. Но по лицу лекаря он как-то быстро понял, что хороших новостей не предвидится и смирился. Оставаясь здесь, рядом с больной, он, выходит, лишь попусту рисковал, ведь в случае его болезни и смерти дальше несчастное графство рискует свалиться в смуту.
Ольшин вздохнул, опуская плечи и выпрямляясь,кивнул Талиону и почти железным тоном приказал:
- Все прочь. Мы с господином лекарем справимся сами.
Разумеется, он осознавал, что "справляться" будет в основном господин лекарь, но опять же, отступать постепенно показалось ему достойнее. Он сумрачно посмотрел на мужчину:
- Новых версий у вас не появилось, да? - Ольшин собрал все бумаги и потер лоб. - Тогда я еще раз посмотрю все это... Странно, что тревожных вестей нет, скажем, из ди Рхаурра, они же тоже могут болеть. Надо присмотреться и обозначить границы распространения заразы. Может быть, соседи что-нибудь скажут, - он постарался выпрямиться и максимально деловитым тоном, какой себе только мог позволить семнадцатилетний подросток, сообщил: - Я буду ждать вас с новостями, - он постарался сделать вид, что хорошие новости действительно возможны, хотя они оба знали, что это не так. - Если бы я мог отдать хоть что-то для их исцеления - я бы отдал. Магический дар, здоровье, все золото казны, правый глаз, - виконт поморщился и тронул плечо гостя, уже собираясь уходить. - Господин лекарь, если у вас появится хоть малейшая зацепка - не молчите. Я не пожалею ничего.
Больше сказать ему было нечего, и Ольшин действительно вернулся в свой кабинет, сумрачно обозначая границы распространения заразы на карте и пытаясь связать их хоть как-то. Течения времени он при этом попросту не замечал.

+1

13

Бросок на результат лечения служанки
[dice=5808-1936-26]

Пост будет позже по итогам броска

0


Вы здесь » Айлей » Настоящее » [месяц Тармины, 3999] Лекарские тайны (квест "Моровое поветрие")